— Именно! — улыбнулась. — Свяжи все. И ответь на другой вопрос.

— Как тринадцать связано с условиями… или, скорее, временем…

Я прикрыл глаза. Пять сотен лет… но точны ли эти сотни лет? Возможны ли смещения? Нет. Не думаю. Я уже знал, что даты фиксированы. Так почему же тринадцать? Сейчас третий год… третий. Неужели нужно ждать тринадцатого года нашей эры? Именно что нашей эры. Ведь прошлые прорывы закрывались в прошлой эре…

— Вижу, понимание появилось, — с опаской проговорила Гера.

— Еще десять лет сражений, — сжал я кулаки. — Как минимум. Либо потом пять сотен лет страданий. У вас же… если правильно я все посчитал, относительного нового летоисчисления, закрыли прорыв в четыреста восемьдесят седьмом году до нашей эры?

— Да. Четыреста девяносто лет назад. А до этого девятьсот девяносто лет назад. До этого тысяча четыреста девяносто лет назад, — загибала она пальцы. — А до этого прорыв шел за прорывом, а поколение полубогов сменялось поколением полубогов. Каждое последующее, как ты уже понял из сражения, сильнее предыдущего. Ровно на один шаг.

— Получается… первый прорыв произошел аж шесть тысяч лет назад… и длился четыре с половиной тысячи лет… — с шоком в голосе проговорил я, понимая это. — Тогда же и придумали Древний Язык?

— Скорее наделили его силой, — кивнула она.

А вот еще один ключ. Древний Язык, точнее, его знание нужно для того, чтобы закрыть прорыв в нужный день. Но… почему именно тринадцатый год? Что в нем такого особенного? Это нужно узнать. По взгляду Геры становилось понятно, что она не ответит, ибо не помнила сама.

— Спасибо, — поднялся я, наконец, с колен. — Есть о чем подумать. По крайней мере насчет года и Древнего Языка. Хотя… может, использовать старый календарь? Когда там хотят добавлять месяц для согласования дат и времени года?..

И Гера только улыбнулась. Кажется, я попал.

Глава 11

— Тринадцатый год. Тринадцатый месяц. Тринадцатый день, — со злостью проговорил я. — Вот же гадство! Вот почему они именно тот год выбрали для того, чтобы туда добавить месяц. Это чёртово их «иногда» или «пальцем в небо» вот гарантированно не случайно. Ведь так?

— Так, — кивнула Гера. — Думаю, ты знаешь, что Оракул не может отследить нашу судьбу, так как мы вырваны из цикла душ и тому подобное, Мойры нас не видят… причин много. Но вот обычные смертные… они в цикле, Оракул видит их судьбу. А значит, кто-то определил, кто-то выстроил события так, чтобы что-то происходило. Может, не сейчас, ибо судьба изменяется всегда, но в прошлом — однозначно. Кто-то повлиял на то, что будет происходить сейчас. Кто-то знающий. Кто-то, скорее всего, из нас. Подтолкнул, так сказать. Это не я… но, может, дочь Афины, но могу ошибаться. Я уже толком не помню… и чем больше я… смертна, тем больше забывается прошлого.

— Понял, спасибо, — кивнул я. — Хотелось бы ещё с тобой пообщаться, но сейчас в Спарте происходит чёрт-те что. Культисты решили захватить город, но у них ничего не вышло.

— Тогда беги, герой, — хмыкнула она, смотря с улыбкой на лице. — Какая-то моя часть навсегда осталась привязана к Гере… поэтому я рада, что ты стремишься защитить свой новый дом. Да, знаю.

— Ничего от вас не укрыть, — с усмешкой произнес я, после чего развернулся и помчал на выход.

Покинув Убежище, я оказался практически возле выхода из скрытого тоннеля. На всякий случай сначала прислушался, а потом проверил магические нити. Нигде рядом недостатка магии не было, концентрация её была… достаточна, а значит, тут нет, по крайней мере, тех, кто эту магию высасывает из пространства.

Открыв дверь, тут же рванул в другую сторону. Гарантированно к тому месту, где я заходил, стянуто ещё больше бойцов культа. В других могли уменьшить количество. Благо, примерно все сети тоннелей были похожи, так что выход найти было не так уж и трудно.

Но вообще… артефакты пришлось оставлять в убежище. Гера не может теперь его покинуть, её лишили… магии. Она могла управлять внешними потоками, но это не то. Нужно было именно подтверждение, что это магия живого существа. Какой-то сложный механизм защиты от воздействия магии мира. Но как говорят некоторые: «Работает? Не трогай!»

Найдя выход, я выскочил и тут же вступил в бой. Всего десять человек оставалось около этого входа, примерно как я и ожидал. Разобравшись с ними, рванул в сторону своего дома через южные ворота. Нужно было прихватить Артамену и доставить её с Ификлом в безопасное место.

— Вижу его, — отозвалась Кайлана. — Выбежал из тоннелей. С ним всё хорошо. Бежит в сторону дитя Гермеса.

— Лана, я тебя тоже слышу, — вздохнул я. — Потерять меня уже успели? Меня не было всего минут двадцать.

— Полтора часа, если быть точнее, — каким-то механическим голосом проговорила она. — Какое-то время я тебя чувствовала в тоннелях, но потом, когда ты свернул… пропал, причём буквально, словно тебя выдернули из нашего мира. Связали это с тем, что ты попал в Убежище.

— Хм-м-м… бой с сыном Ареса занял столько времени? Удивительно… — задумчиво проговорил я. — Или это всё туман виноват?

— Туман Ареса. Напитан кровью павших врагов. Белый с виду… багровый по сути. Дурманит разум и заставляет иначе чувствовать время, помогает сохранить силы организма и не вызывать его переутомления, но при этом тот, кто его создал, не подвержен этому воздействию, — почти моментально проговорила Медуза. — Сражалась я с одним пять или шесть сотен лет назад. Не особо понравилось. Еле одолела.

— Понял, — задумался я. — Опасная способность, если влияет на силу самого Кроноса. Ладно. Бегу. Артамена, всё там же?

— Да, я всё там же, — спокойно проговорила она. — Ификл в себя так и не приходил, но выглядит немного лучше. Наёмники далеко продвинуться не смогли, заняли оборону возле ворот. Сейчас предупрежу, чтобы тебя случайно со скорпиона не поразили.

— У них и скорпионы есть⁈ — искренне удивился я.

— Астер, блин, они на войну шли, конечно, у них скорпионы есть! Это полноценный боевой отряд, который уже снискал себе славу в боях в Сиракузах во время восстания у римлян!

Мои вопросы отпали полностью. Я хоть подробностей не знал, но слышать от той, кто понимает