на его откровения Фрэнк. — Впрочем, это и понятно.

Он сморщился, как от съеденной дольки лимона, пока ещё плавающей в его бокале с коктейлем, но не от кислоты жёлтобокого фрукта, а таким образом выражая крайнюю степень пренебрежения ко всему, только что сейчас услышанному.

— Наверное, коллеги дона Луиса по теневому бизнесу, успели сообщить, что против него уголовное дело прекращено.

— Что Вы! Что Вы! — замахал руками хозяин ресторана. — Просто слухами земля полнится.

Он так и улыбался, снисходительно и торжествующе прямо в лицо посрамленному слуге правопорядка:

— Как это так могло получиться, что, ни в чем противозаконном не уличили фирму дона Луиса, хотя о его злых кознях столько времени трубили на каждом углу?!

Причём, глаза директора ресторана тоже выдавали его меркантильный интерес, по поводу провала в работе правоохранительных органов:

— Ведь, и сам о не прочь подать в суд за причинение ему морального ущерба, нанесенного по вине, не в меру назойливого бывшего инспектора Оверли.

— Вот когда подашь на меня свой иск, тогда мы с тобой и посудимся! — нахмурился Фрэнк.

Допив свое писки, он бросил на стойку бара смятую банкноту:

— Сдачи не надо!

У выхода из заведения, по бегающим глазам швейцара, вернувшего ему портфель, Фрэнк понял:

— Успел-таки, хитрец, порыться в содержимом.

Да вот только вряд ли было там чему поживиться:

— Внутри, кроме пустого термоса из-под кофе и не нужных никому бумаг ничего он не оставлял.

Иначе он бы просто не отдал портфель, пусть только на временное хранение, в этом притоне мафии:

— Где никому ничего доверять нельзя!

Все документы, касающиеся расследования преступлений дона Луиса и его людей, Фрэнк Оверли успел сдать еще сегодня утром.

Как и было ему велено — людям из архива их Центрального Федерального Бюро.

Причем, сделал это разу же, едва получил па то приказ своего руководителя мистера Бредли.

В свою очередь, вызвав инспектора к себе, шеф городского офиса Центрального Федерального Бюро тогда не стал «тянуть резину» с лишними объяснениями и мотивировками своего решения.

Сказал просто:

— Дело дона Луиса сдаем в архив. Так что, изволь все свои следственные бумаги передать туда и прямо сейчас!

— Мы так не договаривались! — в ответ процедил сквозь зубы, будто съеживаясь от обиды, Фрэнк Оверли. — Ведь Вы же знаете, что он — преступник.

— О многом другом, тем более, речи у нас с тобой в общении не шло, — прервал его возражения мистер Бредли. — Как и о твоем назначении на новую должность.

— Что это может быть за чушь! — вырвалось у инспектора, вопреки всем полагающимся правилам субординации. — Никуда на сторону я от вас на работу никогда не просился.

— Не кипятись уважаемый господин Оверли, — официальным тоном остановил вспышку его недовольства влиятельный собеседник. — Вот решение губернатора штата Джона Антони Кроуфорда.

Мистер Бредли протянул через свой письменный стол плотный лист лощеной бумаги — с оттиснутой ниже текста гербовой печатью и витиеватой росписью.

«…Для укрепления работы окружной прокуратуры перевести в ее штат помощником прокурора бывшего инспектора Центрального Федерального Бюро по борьбе с наркотиками Франклина Оверли…» — с удивлением прочитал Фрэнк, касающееся лично его, распоряжение.

Так и вышло, что продолжил он этот странный день, начавшийся с разбитых надежд и увольнения, совсем уже в новом для себя и окружающих, качестве.

…Передав все дела, вначале из служебного сейфа а потом и из книжного шкафа своего бывшего кабинета в штаб-квартире ЦФБ, он следом занялся тем, что уничтожил личные, теперь уже ни для кого не предназначенные, материалы секретных наблюдений, сделанных в офисе концерна дона Луиса — «Грузовые перевозки Грасса».

Лишь после этого новоиспеченный помощник окружного прокурора зашел в «Морскую звезду», чтобы, как сам выразился:

— Завить горе веревочкой.

Действительно, такого удара, что произошел только что, он никак не ожидал.

— Настолько крепкими являются связи дона Луиса среди сильных мира сего, что даже прямых улик оказалось все же недостаточно, чтобы передать дело в суд присяжных, а затем, в конце концов, очень надолго упрятать главаря мафии за решетку.

К тому же, судя по его встрече в ресторане «Морская звезда», где уже все вокруг прекрасно знали о случившемся, Фрэнку было совсем не трудно догадаться:

— Событие это и сам факт отстранения его от дел, связанных с расследованием преступлений наркомафии стали достоянием общественности.

Выйдя из «Морской звезды», Фрэнк поднял руку, жестом останавливая, проезжавшее мимо такси.

— Домой! — расстроенным голосом бросил он водителю, подобравшему этого своего очередного пассажира.

Но тут же спохватился — назвал адрес дома, где вот уже несколько недель подряд он с Альбертом Коленом снимают квартиру.

Мальчишка встретил его у порога.

Едва услышав звонок, он распахнул дверь и с радостным криком так и бросился на шею другу.

— Ну, будет, будет! — стараясь сдержать довольную улыбку, сказал Фрэнк.

Сам же, тем не менее, сразу после своего появления на пороге, скорчил гримасу недовольства:

— Я же тебе говорил — обязательно спрашивай имя посетителя, прежде чем открыть двери!

Он уже устал убеждать подростка в строгой необходимости быть теперь предельно бдительным:

— Совсем забыл, что дол Луис и его люди на свободе?

— Не сердись. Фрэнк, — повинился тот. — Ну, пусть я виноват, больше не буду.

Мир был достигнут.

После чего уже Фрэнку Оверли пришлось держать ответ перед юным другом.

— Я во всем буду слушаться, только и ты со мной соглашайся, — заявил подросток.

— В чем именно?

— Пойдем, погуляем сегодня куда-нибудь, — попросил Алик.

Все это время ему и без того приходилось строго соблюдать правила безопасности, установленные для него другом.

Одно же из главных таких условий, особенно:

— Меньше высовываться из квартиры, чтобы случайно не попасть на глаза кому-либо из знакомых.

Тогда вся конспирация точно пойдет насмарку!

— Или, чем черт не шутит, — по мнению Фрэнка. — Как бы к нам по месту проживания не пожаловали неожиданные гости.

Но сегодня день особенный:

— С дона Луиса сняты все обвинения!

И уж ему теперь, пожалуй, нет никакого дела до бывшего свидетеля.

— Может, оставит Алика в покое, — рассудил новоявленный помощник окружного прокурора. — Ведь, теперь-то похищать его мистеру Грассу совсем не с руки.

И он был номинально прав:

— Любой догадается, откуда ветер дует?

Так что уговорить бывшего инспектора пойти на прогулку сегодня не составило особого труда.

— Ладно, убедил, пойдем с тобой, покатаемся на каруселях в Луна-парке, — согласился Фрэнк. — Заодно и в детское кафе заглянем.

Он улыбнулся уже без всякой подспудной мысли, сменить милость на гнев, как это было только что:

— Не грех отметить мою новую должность хорошей порцией мороженого.

— Какую такую должность? — удивился бывший уже теперь затворник, наконец-то получивший