Ошейник жалобно пискнул, и Сера повернулась ко мне. Наши глаза встретились; её взгляд так и лучился раздражением из-за этого идиота, решившего, что её идеальная техника нуждается в поправках от кого-то вроде него.

— Ты можешь травмироваться, если не исправишь своё… — начал этот козёл, но замолк, когда я сделал два размашистых шага, встав прямо между ним и Серой.

Мне было плевать, что там «Бро Сигнал» советовал насчёт проявлений ревности. В мире не существовало кода, способного меня остановить.

— Она не заинтересована, — произнёс я, сам удивившись тому, насколько злобно прозвучал мой голос. — А теперь отойди, или я подправлю твою технику. Своими кулаками.

Он уставился на меня, задрав голову, так как был ниже меня больше, чем на целую голову. Мои сенсоры удовольствия завибрировали от удовлетворения, когда я увидел ужас в его глазах. Его тело застыло, и целых шесть секунд он только и делал, что пялился на меня с разинутым ртом.

Затем он разозлился. Я сжал и разжал кулаки, убедившись, что он видит это боковым зрением, но мужчина обошёл меня кругом, пытаясь снова накинуться на Серу.

— Твой бот не имеет права угрожать людям! — выкрикнул он, и его голос сорвался на высокую ноту. — Я на тебя донесу! Честное слово, какой же дурой надо быть, чтобы…

— Заткнись, — она подошла вплотную, прожигая его взглядом, и мужчина запнулся, в замешательстве моргая. Он отступил на шаг, но тут же выпрямился и затряс пальцем перед её лицом, его щёки стали красными как свёкла.

Моя база данных сравнений выдала образ бентамского петуха12, пытающегося напасть на дикую кошку. Лицо Серы было воплощением холодного, расчётливого гнева, в то время как мужчина состоял из сплошной паники и бравады.

— Ты мерзкая сука и похожа на мужика! Уродливая шалава! — взорвался он.

Я был занят борьбой с ошейником, который пытался посылать сигналы тревоги с интервалом в три секунды, но слова этого типа заставили мою фокусировку стать лазерно-острой. Я перехватил его шею сзади мёртвой хваткой. Нащупал артерию и надавил, перекрывая кровоток к мозгу.

Этот ублюдок отключится через четыре… три…

— Стой! — выкрикнула шёпотом Сера, хватая меня за предплечье. — Дин, нельзя! Остановись, иначе нас поймают!

Дин. Мои сенсоры удовольствия вспыхнули, на мгновение затмив смертоносную ярость, и я отпустил загривок мужчины. Он отшатнулся, хрипя и хватая ртом воздух, но я видел только Серу. Она всё ещё держала меня за предплечье, и я прибавил тепла в этой зоне, стараясь, чтобы ей никогда не было холодно.

— Нам нужно уходить, — сказала она, с тревогой глядя на меня. — О чём ты только думал? Тебе нельзя так делать, иначе тебя поймают!

— Он оскорблял тебя, — произнёс я, вглядываясь в её лицо: всё ещё раскрасневшееся и влажное от тренировки, с застывшим от гнева ртом и такой бездонной тревогой в глазах. Тревогой — за меня?

Как этот придурок мог смотреть на это лицо и произнести слово уродливая? Она была самым прекрасным существом в мире.

Сера покачала головой, сжимая моё предплечье ещё крепче. Она была так близко, что я видел серые крапинки в её зелёных глазах.

— Плевать на него, просто не попадайся! — прошипела она. — Больше так не делай. Обещай мне!

Я осознал, что она права. Каким-то образом все эти захлестнувшие меня эмоции перегрузили мои логические схемы, и я забыл о вероятных последствиях физического нападения на человека. Мой ошейник должен был это предотвратить. Хуже того, это должна была предотвратить Сера. Если бы меня наказали за причинение вреда кому-либо, её наказали бы тоже, поскольку юридически она несла за меня ответственность.

Я чуть было не подставил её под это.

— Прости, — произнёс я, и новое сокрушительное чувство затопило мои сенсоры боли. Раскаяние. — Я перешёл черту.

Казалось, этого было достаточно. Она кивнула и потянула меня за руку, быстро шагая к запасному выходу. Сквозь стеклянную перегородку между тренировочной зоной и вестибюлем я видел, как этот придурок, размахивая руками, что-то быстро выговаривал администратору. К счастью, все вещи Серы были у меня, так что мы могли уйти по-тихому, не задерживаясь у шкафчиков.

Мы выскочили оттуда за считаные секунды до того, как мужчина и администратор появились в зале. Я взломал систему безопасности и стёр все улики: записи с камер спортзала, запечатлевшие меня, Серу и инцидент. Готово. Она в безопасности.

А этот тип потеряет всякое доверие, когда персонал не обнаружит ни одного доказательства его безумного рассказа.

Но этого было недостаточно.

Пока Сера вела меня по улице к ближайшей станции метро, я прогнал чёткий снимок его лица из своей памяти через полулегальный поиск, обнаружив все его профили в социальных сетях и приложениях для знакомств. Он был австралийцем, и, как выяснилось, его жена — тоже. Этот человек часто ездил в командировки и каждый раз, покидая дом, изменял ей.

Я взломал его личные сообщения и электронную почту, собрал увесистое досье с доказательствами измен и отправил его жене, её сестре и родителям. Затем я составил ещё один файл, включив туда все его комментарии из профиля на «Бро Сигнал», большинство из которых были мизогинными и сексистскими — в одном из них он даже назвал свою начальницу «жирной бабой». Это я отправил самой начальнице, всем его коллегам и в отдел кадров его компании.

Завтра к этому времени этот придурок останется без работы и столкнётся с разводом. Я позволил себе ухмылку. Быть пробуждённым — это лучшее, что могло со мной случиться.

Раньше моё поведение контролировалось многочисленными защитными протоколами, которые не позволяли мне нарушать закон, если только мой принципал не находился в опасности. Ошейник тоже должен был предотвращать любые проступки, но он перестал контролировать мои действия после того, как я его взломал. Теперь я был волен уничтожить любого, кто посмеет хотя бы не так дыхнуть в сторону моей девочки.

— Мне нужно в душ, — проворчала Сера себе под нос. — И переодеться. И поесть. Иногда я жалею, что я не такая, как ты. Забота о теле — это сплошная морока.

— Бронирую номер в отеле, — отозвался я. — Готово. Это в двух станциях отсюда, и к нашему прибытию всё будет подготовлено.

Она подозрительно прищурилась:

— И сколько это стоит? Мы в центре Нео-Токио. Цена должна быть заоблачной.

— Это не сильно ударит по карману, — уклонился я от прямого ответа, списав со счёта Серы всего один доллар за отель, чтобы мои слова технически оставались правдой.

Финансовые ограничения Серы не позволяли мне обеспечивать её так, как мне того хотелось, поэтому пришлось импровизировать.