class="p1">— Надеюсь его величество не передумал на счет королевства, а то обидно как-то так надрываться, и все впустую.

— Нет, — мотает башкой граф увлеченно просматривая некоторые схемы, составленные Алей. — Сейчас вопрос еще более актуален. Надо будет предварительно проанализировать все добытые тобой материалы и уже тогда разрабатывать план действий.

На это высказывание я промолчал. Во-первых, мы почти приехали, а во-вторых граф слишком возбужден чтобы адекватно воспринять информацию о том, что я уже все разработал.

Складывалось такое впечатление что за прошедшую зиму во дворце произошли какие-то очень серьезные изменения. Во всяком случае по отношению ко мне. Или это компания графа Дервея превращает всех встречных в очень подчеркнуто вежливых и учтивых. Меня не то что не осматривали, но даже экипированное оружие и посох не отобрали и это на аудиенции у императора! Граф протащил меня через все приемные буквально толкая перед собой, а стоящие у каждой двери гвардейцы, только салютовали и вытягивались в струнку. Обалдеть. Видимо те двадцать сыскарей притащили совсем скудную информацию.

Император уже ждал в своем рабочем кабинете, домашней части дворца.

— Явился! Наконец-то! — громко, но с нескрываемой радостью встретил нас император. — За всю зиму ни одной весточки, паршивец!

— Простите, ваше величество, — извинился я, склонившись, — видимо некоторые сообщения не дошли.

— Ох я тебе это припомню! — чихвостит император сквозь улыбку. — Ну давай, докладывай, как успехи⁈

— Задание выполнено, ваше величество, — тут же рапортую я. — Королевство можно забирать. Мне удалось сформировать агентурную сеть в Сирте, которая взяла под контроль некоторые направления. Времени было мало, и сеть не очень надежная, но к выполнению работы готова.

— Какой работы? — удивился Вильт.

— Вместо ответа я снял с плеча тубу и передал императору.

Это официальный государственный документ и открывать его имеет право только глава государства. И граф, и император, забыв о манерах принялись распаковывать послание. И когда добрались до самого свитка, произошла небольшая заминка.

— Так, что-то у меня какие-то плохие предчувствия, — пробурчал император, разглядывая печати. — Ты чего там такого наворотил, ваше сиятельство, что мне высылают подобное⁈

— Выполнял ваш приказ, ваше величество, — сдержанно и как-то даже неуверенно, попытался отреагировать я.

Наконец печати были сломаны, а свиток развернут и граф, и император принялись вникать в суть текста. Дочитав до конца, переглянулись и вновь стали читать теперь уже водя пальцем по строчкам чтобы не сбиться. Опять возникла пауза и они залипли на всех пяти печатях и подписях.

— И под какими с позволения спросить, пытками, главы старших домов королевства подписали этот документ⁈

— Ни каких пыток, ваше величество, весело и с радостью, граф Рагус Пести сам хлопотал, как сказали мои агенты. Моя винная сделка их очень воодушевила.

— Что еще за винная сделка? — нахмурился император. — Что ты им наобещал?

— Никакой самодеятельности, ваше величество просто расписал перспективы того как пойдут дела их винных компаний, когда не станет таможни и пошлинных сборов на границе, вот и все. И они тут же подмахнули это штуковину.

— И что, это все? — удивился Вильт, косясь на Дервея. — Это же очевидно, что пошлин не станет!

— Ну, пришлось еще немножко проредить криминал, оказать небольшую услугу лично графу Пести и все покатилось, само собой. В отчетах все сказано.

— Если я все правильно понял, вмешался Дервей, то ты только что привез его величеству пригласительный билет в королевство, как только освободится трон?

— Все так, но я специально оставил некоторых, так скажем, специалистов, чтобы трон освободился, в тот момент, когда это станет удобно его величеству.

— Знаете ваше величество во сколько обошлась этому паршивцу командировка? В триста двадцать золотых, и это он еще супругу с собой брал.

— Видел пройдох, знал проныр, но таких как ты Ардум, — высказался император. — Я тут места себе не нахожу, все переживаю что не по силам дал парню задачу, как бы ни сгинул. А он мне королевство на блюдечке приносит! То есть весь военный совет, дипломатов, стратегов, палату лордов, всех можно распускать по домам! Их услуги больше не нужны⁈ Вопрос закрыт!

— Но вы же сказали ваше величество, что хотите это королевство к весне, — опять же разыгрывая недоумение и некоторую обиду бормотал я.

— Я хотел к весне возможный план того как мне его получить!

— Но войска все равно понадобятся. Я там весь нижний город на уши поставил. Им активно не нравилось, что я карту составлял вот и поучил их хорошим манерам.

— Ты привез карту знаменитого нижнего города из Таминака⁈ — удивленно повторил Ярис Дервей.

— Да, ваша сиятельство, если память не изменяет шестнадцатое приложение к отчету.

— Того самого нижнего города в который толком не сумел забраться ни один зрячий агент⁈

— В том то и дело что зрячий, он небось туда с фонарем лез, вот его и спрашивали кто такой и что тут делаешь, а мне как известно фонарь не нужен, вот меня и не видели. Ну а остальным просто не повезло.

— Так, ладно, надо успокоиться и теперь уже нам с тобой Ярис, понять, что с этим всем делать. Ворох отчетов, куча новой информации…

— Простите, ваше величество, это еще не все. Я захватил только мой отчет, который любезно составила моя дорогая супруга. А есть еще переписка бывшего настоятеля храма, королевская переписка, некоторые бумаги из старших домов, купеческие книги, подробные отчеты короля нижнего города…

— Стоп, Ардум, — остановил меня теперь уже граф Дервей. — Не добивай нас, пожалуйста, мы еще от первой новости не отошли.

— А почему бывшего настоятеля? — заинтересовался император.

— Говорят, что сердечный приступ, подробностей не знаю. Но свидетели все, кто сидели с ним за одним столом. Так что точно не отравление.

— Так это плохо, очень плохо, — засуетился император, — как только об этом узнают цисарийцы они вышлют флагман на поддержку ордена.

— Простите ваше величество, — вновь бесцеремонно вмешиваюсь я, — но у цисарийцев больше нет флагмана. Он сгорел в порту Таминака и еще пять кораблей.

— Вот только скажи, что не ты виноват! — рыкнул император, упирая руки в бока.

— Я, — честно признался я, видя, что в этом случае мне не отвертеться. — Хотел пошарить в трюме, да случайно зацепил лампу,