ничего – ну какая же это амнезия! А вот такая – но об этой такости чуть ниже. Ах да, еще порой нюх отшибает – прямо как при ковиде, и даже механизм схож, поскольку страдают либо проводящие пути, либо сами нейроны, отвечающие за работу с запахом.

Заметно реже одним из ранних симптомов деменции с тельцами Леви становятся зрительные галлюцинации: пациент видит, причем довольно отчетливо, в деталях, то людей (знакомых реже, незнакомых чаще), то зверей, то деревья-травы-цветы, то какую-нибудь машинерию либо и вовсе каменюку здоровенную. Обычно просто видит, без звукового сопровождения. Но иногда и звук присутствует, и запах, и даже ощущения тактильные (то есть змейка может и зашипеть, и чувствительно цапнуть). Понятное дело, что пациент бывает обескуражен и фраппирован, но вслух выражается иначе. И недоумевает, понятное дело: мол, откуда все оно взялось? Ну не может енот полоскать лифчик жены в кастрюле борща, сидя в холодильнике, – так вот же он: сидит, полощет! Галлюцинации эти могут возникнуть и на более поздних стадиях болезни – все зависит от того, как быстро будет поражена лимбическая система и как быстро нарушится баланс нейромедиаторов в сторону ослабления системы, работающей с ацетилхолином, и усиления систем, работающих с дофамином и серотонином. Вот как раз наличие зрительных галлюцинаций на ранних этапах болезни – тоже одна из визитных карточек деменции с тельцами Леви.

На ранних стадиях болезни основные навыки (да и более тонкие и сложные тоже) еще сохранны – однако страдает функция управления ими: пациент делает все медленно и будто бы нехотя – даже мыслит и говорит в заметно более неспешном темпе; появляются аспонтанность (ну как тут не вспомнить про гордую птицу ежика!), безынициативность, начинает страдать планирование – человек живет себе день за днем, и это вовсе не дзен. Из-за того что поражается базальное ядро Мейнерта и проводящие пути от него к коре, возникают трудности с зрительно-пространственными связями: к примеру, тест с собиранием кубиков Коса пациент заваливает; тест рисования часов – тоже, просто из-за того, что соотнести ту картинку, что видят глаза, и ту виртуальную реальность, что по заданию рисует мозг, все сложнее (а одна из функций ядра именно такова). А еще сильно проседает концентрация внимания: человек постоянно на что-то отвлекается, не может толком сосредоточиться.

Память продолжает плавно снижаться – в большинстве случаев заметно медленнее, чем при других видах деменций. Да и снижение это происходит не столько за счет того, что не удалось запомнить, уложить на нужную полочку или сохранить информацию. Нет, она и поступила, и уложилась, и даже не стерлась. А вот вовремя извлечь ее – уже проблема. Связано это с тем, что гиппокамп при деменции с тельцами Леви страдает не столь сильно и дольше остается неповрежденным, чем при других деменциях. Зато страдают нейронные связи между лобными долями и подкоркой – прежде всего этим самым морским коньком («гиппокамп» так и переводится с греческого). Вот и не приходит запрос на извлечение информации по адресу. Это уже позже, когда поражение затронет более обширные области, исчезнет разница с теми, другими деменциями, но поначалу (и довольно долго) она будет заметна.

И еще одна особенность деменции с тельцами Леви. Она проявляется довольно рано и приключается в восьмидесяти (плюс-минус) процентах случаев болезни. Это так называемые флуктуации (имеются в виду флуктуации в психическом состоянии). Как это выглядит? Человек только что был вполне себе активен и относительно бодр – и вдруг его словно перевели в спящий режим: он в прострации, он вроде бы и бодрствует (формально и весьма относительно), но находится в какой-то своей сонной лощине, на вопросы толком не отвечает и почти не реагирует, страшно невнимателен и рассеян, весь где-то там. Такое состояние может длиться и минуты, и часы, и даже дни, после чего будто щелкает переключатель, и – о, вы снова с нами!

Что еще? Многие пациенты с этой болезнью во сне бывают крайне беспокойны, вплоть до отчетливого психомоторного возбуждения: ну не выключается у них во сне мышечный тонус, как должен, потому могут наколобродить всяко.

Повторюсь, на поздних стадиях все эти визитные карточки блекнут, и на первый план выходит общая и стереотипная картина глубокой деменции.

Лечение деменции: его общие принципы и направления

Сначала я обозначу, по каким направлениям это лечение происходит. А уже дальше можно будет перейти и к конкретике – в том числе и по каждому из отдельных видов деменции. Нередко слышу вопрос: мол, какая разница, что именно за деменция у человека? Задавшие его и правы, и не совсем правы одновременно – кое-какая разница в подходе к лечению все же есть.

Итак, озвучу общие принципы и направления.

– Основная терапия – она направлена на то, чтобы не дать помереть тем нервным клеткам, которые живы и вполне себе работоспособны, а также на то, чтобы они не только не помирали, но и не филонили. Тут набор невелик, но постоянен.

– Дополнительная терапия – преследует те же, в общем-то, цели, но тут есть пространство для маневра, и врач выбирает то, что лучше (или хоть как-то помогает). Именно этот список может варьировать в зависимости от того, что за вид деменции у человека, какова ее глубина, а главное – какова причина и можно ли на эту причину хоть как-то повлиять.

– Терапия сопутствующих психопатологических состояний – ведь, кроме собственно снижения памяти и интеллекта, едва ли не у каждого первого из пациентов есть и тревога, и бессонница в самых причудливых ее разновидностях, и депрессия не редкий гость. А еще не стоит забывать и про бред, и про галлюцинации. Да и нарушения поведения, когда пациент отжигает так, как не всякий юный психопат сможет, увы, не такая уж редкость.

– Терапия соматических болезней – то есть телесных и на первый взгляд не связанных напрямую с деменцией. Нужна она затем, чтобы, во-первых, дать организму силы: ведь центральная нервная система – довольно прожорливый энергопотребитель. Во-вторых, некоторые из этих самых болезней могут оказаться либо косвенной (или просто одной из) причиной деменции – как это бывает, например, при сосудистой или диабетической, либо фактором, который делает течение деменции быстрее, а ее саму – глубже.

– Дополнительные немедикаментозные методы – это и физические нагрузки, и когнитивная стимуляция, и отдельные виды психотерапии (чуть позже я расскажу, зачем это вообще нужно), и нюансы диеты.

Что же касается