Пока я справлялась с нахлынувшими чувствами, мы вошли в столовую, взяли чай, морс и восхитительно пахнущие булочки от кухарки Золы. Разместились за столом и принялись поедать мягкую сдобу. Булочки навели меня на мысль о том, что нужно еще не забыть купить пончиков смотрителю библиотеки. Завтра единственный выходной, и надо будет сходить в город. Я там не была, только проездом. Куплю эльфу свои извинения и полюбуюсь местными достопримечательностями.

— Ты бы не метался, брат, а действовать начал, а то улетит птичка твоя, — вывели меня из задумчивости слова Канаша.

— Разберусь, — прогудел Калтан.

— Ты не теряйся, цветочки ей подари, открытку там… — хихикнул Канаш.

— Не, лучше серенаду под окном исполни, — предложила Клима.

Калтан из-под опущенных ресниц поглядывал на Селину. Брюнетка с фиалковыми глазами сидела за соседнем столом и строила глазки щуплому парню в фиолетовой форме. Тот что-то шептал ей на ушко и придвигал свой стул все ближе и ближе к девушке.

— Нет, ты лучше ей платье сшей. Только не говори, что сам сшил, скажи, что купил. Она точно оценит, к ней же без счета в банке не подходи, — съязвила Клима.

— Почему платье? Ты умеешь шить? — спросила я Калтана, от которого только пар не шел из-за стихийника, сидящего рядом с Селиной.

— Да, они одежду шьют, — сказала соседка.

— Кудрявая, не одежду, а форму. Прекрасную форму. Женщинам не понять, — махнул рукой шустрый.

— Куда нам до науки прокладывать стежки на одежде. Все одно — рукава, юбка, перед, зад, — хмыкнула Клима.

— Подождите, — прервала я ребят. — Вы действительно шьете форму?

— Не просто форму, а форму для военных, — ответил Калтан.

— Вот откуда вы так много знаете о тканях.

— Ага, — кивнул шустрый.

— И что, у вас уже есть наброски?

— Анна, мы не бросаемся словами. У нас имеется экспериментальный костюм. Сейчас ищем того, кто согласится его испытать.

— Давайте я, — без колебаний предложила свою кандидатуру.

Ну а что, это же просто форма. Надену, покручусь перед зеркалом. Ну, может, они проверяют на прочность материю. Или нет?

Парни переглянулись и, пока я не передумала, закивали головами.

— Завтра выходной, вот и проверим, — быстро сказал Канаш.

— Ой, нет, завтра не могу, мне в город нужно, — спохватилась я.

— Значит сегодня вечером после занятий? В восемь. Устроит?

Что-то быстро они согласились на мою кандидатуру. Других нет, что ли? Форма для военных, а я девочка. Будет ли она мне в пору? Я даже не узнала, что за испытание. Кто меня за язык тянул, спрашивается? А парни ждут ответа.

— Ладно, хорошо, — согласилась я. Отпираться поздно.

— Отлично! — потерли руки близнецы.

Закончив с завтраком, мы распрощались до вечера.

Первое занятие было по бытовой магии и проходило на втором этаже. Ретавия Верг сегодня никого не унижала и вообще, кажется, была поглощена своими мыслями. Красавица-брюнетка так же сидела на первом ряду в образе прилежной ученицы, при том, что совсем недавно рьяно выдирала волосы у Климы.

Куратор механически рассказывала о правильной постановке пальцев при воздействии магией на предметы во время уборки. Наклон, скорость, взмах, щелчок, от которых зависит качество процесса и целостность вверяемого нам имущества. Записав лекцию на аналитик и добавив в блокнот несколько незнакомых мне терминов, я услышала звонок. Следующее занятие, по истории, проходило на первом этаже, в большой аудитории, предназначенной для размещения сразу нескольких потоков. Спускаясь по ступенькам, я услышала, как меня окликнула Селина:

— Анна, постой!

Я остановилась.

Девушка подошла ко мне и замялась, подбирая слова. Спешащие студенты без конца нас задевали, и нам пришлось отойти в сторону.

— Я тебя не понимаю! — наконец начала высказываться брюнетка. — Почему ты не пошла с Реем, он ведь жених Мати. Он маркиз! Его семья близка к королю!

Серая, обычная форма на Селине смотрелась как праздничная, выделяя каждый изгиб ее фигуры. Волосы, как всегда, безупречно уложены в тугие пряди. Только вот глаза горят в недоумении. Я вздохнула, пожала плечами. Конечно, что еще может беспокоить красавицу. Рассказать ей о том, что изначально меня обозвали безродной выскочкой? Или о том, что, наплевав на очередь, карета маркиза чуть не сбила пешехода, просто из-за того, что тому не хотелось ждать? Мало того, с собой он привез девицу, которая скрашивает его будни. Нет, это как раз не считается зазорным или чем-то сверхъестественным. Многие эйты имеют содержанок до свадьбы, да что там, и после нее многие не пренебрегают обществом доступных эйт. Маркиз, он еще не женат на сестре, ну а как же любовь? Разве пользуются любящие мужчины услугами других девушек, если уже выбрали себе невесту? Объяснять это Селине нет смысла. Она сама готова выйти замуж за нелюбимого, главное, чтобы были достаток и положение.

— Селина, — тяжело вздохнула я, — с Реем не пошла потому, что была с другими. Менять свою компанию не намерена. Даже если это высокоблагородный эйт или будущий родственник. Это просто неуважение к друзьям.

— Друзьям, — тихо повторила красавица.

Тут зазвенел звонок, и мы поспешили на лекцию. Найдя в зале Климентию, я села рядом с ней. Студенты рассаживались. Галдели, рассказывали друг другу новости и делились впечатлениями.

Последним в аудиторию вошел невысокий пожилой мужчина. Большой живот, короткие тонкие ноги, седые волосы зачесаны назад. Маленькие, глубоко посаженные глаза осмотрели внимательно каждого студента. Мелкими шажками он подошел к своему столу и одним движением руки зажег на стене огромную карту мира.

— Меня зовут Максимилиан Леру. Для всех потоков мой курс всемирной истории обязателен. Нет таких, у которых бы ее не преподавали. Поэтому, выходя из стен Королевской академии, каждый из вас должен знать основные исторические события со дня сотворения мира. Итак, мы с вами узнаем о них и ответим на три основных вопроса по каждому из самых значимых моментов истории. Первый вопрос: когда? Второй: причина? Третий: итог? Рассказывать о сотворении мира смысла не вижу. Эту белиберду рассказывают все кому не лень. Я же буду давать исторические факты. Битва за Белое море, Великий поединок в Долине успокоения, серые дни Маркены и многие другие значимые события. Начнем мы с нашего любимого, с Интарии.

Преподаватель обвел взглядом заполненный до отказа зал и остановился на моей соседке.

— Вы, — указал он на Климентию.

Она вздрогнула и несмело встала.

— Нет, давайте-ка лучше вы, — передумал профессор и указал на меня. — Да, да, вы, светленькая. Как вас зовут?

— Анна-Лея Каллийская, профессор, — представилась я, поднявшись.

— Хорошо, Анна-Лея, подойдите к карте.

Я подошла и встала возле огромной стены с иллюзией нашего мира. Поежилась от обращенных на меня многих глаз. Тишина в зале