Магнитный луч аккуратно затянул мой истребитель в открывшийся шлюз. Лёгкая вибрация известила: корабль опустился на металлический пол ангара.

Я открыл дверь и вышел, внимательно оглядываясь по сторонам. Ангар оказался довольно просторным. По углам, почти у самого потолка, были установлены плазменные турели — они не сводили прицелов с моего истребителя.

«Ну и как отсюда выбираться в случае опасности?» — пронеслась тревожная мысль.

Вдруг я услышал шум и резко обернулся. Двери ангара распахнулись, и внутрь вошла целая делегация: несколько гражданских и военный в окружении шести штурмовиков.

Я едва сдержал ухмылку. Броня штурмовиков относилась к старой серии — даже по меркам моего времени. Яр был прав: наука и технологии здесь либо застыли на месте, либо даже откатились назад. Их плазменные штурмовые винтовки уступали моей, а штурмовых мечей вообще не наблюдалось.

— Мы — досмотровая группа, — начал военный в чине капитан-лейтенанта — судя по всему, командира секции корабля или орбитальной станции. Его следующие слова подтвердили догадку: — Я капитан-лейтенант Каэль Дорн, командир секции досмотровых ангаров орбитальной станции «Эридан-4».

— Ратибор, — коротко ответил я.

— Прежде чем мы начнём досмотр, я вынужден уведомить, что представитель Великого Дома Меровингов выдвигает против вас обвинения… — Каэль Дорн замялся, и я тут же воспользовался паузой.

— И какие обвинения против меня выдвигает представитель Меровингов? — спросил я, всё ещё не понимая, что за цирк здесь устроили представители Синдиката. В том, что это именно они, я не сомневался ни на миг.

— Капитан-лейтенант, хватит этого пафоса! Отдай его мне, а корабль пусть Синдикат заберёт себе, — из группы гражданских вперёд выступил невысокий, чуть полноватый мужчина с чёрными волосами и пронзительным взглядом.

— Успокойтесь, посол граф Велен, — резко оборвал его Каэль Дорн. — Дайте мне сделать свою работу.

— Не перегибай палку, Каэль, — прошипел посол Великого Дома Меровингов, и в его голосе прозвучала скрытая угроза.

— Мне кажется, или Меровинги теперь заправляют в звёздной системе «Эридан-4», а не Синдикат Перекрёстка? — подлил я масла в огонь.

Ответа не последовало, но я видел: мои слова упали на благодатную почву.

Капитан-лейтенант Каэль Дорн резко развернулся к послу. В его голосе зазвенела сталь:

— Если ты сейчас не заткнёшься, Велен, я сообщу руководству Синдиката, что ты влезаешь в наши дела. И вспомню все твои грешки. После этого ты вылетишь отсюда как пробка — сразу к своему герцогу на Камелот. Ты понял меня, Велен?

Граф Велен, посол Великого Дома Меровингов, молчал. Но взгляд, брошенный на меня, не сулил ничего хорошего. Первый враг на этой станции, — мелькнуло в голове.

Он молча развернулся и направился к выходу из ангара. За ним, не проронив ни слова, последовал ещё один гражданский — судя по всему, его помощник.

Каэль повернулся ко мне. Я буквально ощутил, как его взгляд пытается прожечь броню моего костюма — будто он проверял, хватит ли у него силы превратить меня в пепел одним лишь взглядом. Но уже через мгновение капитан-лейтенант взял себя в руки. На лице появилась натянутая улыбка:

— Мелкое недоразумение. Так, на чём я остановился?

— Вы хотели сообщить, в чём именно меня обвиняют Меровинги, капитан-лейтенант Каэль Дорн, — вежливо напомнил я.

— Да, вы правы, Ратибор… — Каэль бросил короткий взгляд на гражданских. — Но сначала давайте покончим с формальностями. В связи с обвинениями Меровингов ваш корабль будет опечатан без досмотра. Вам необходимо снять броню и вместе с оружием оставить её внутри истребителя.

Я молчал, лихорадочно взвешивая варианты. Паника ледяной волной накрыла меня — в висках стучало: «Так просто я им не сдамся». Рука непроизвольно сжалась в кулак.

— Вам не о чем беспокоиться, Ратибор, — Каэль, словно уловив мои мысли, слегка смягчил тон. — Если сейчас начнёте сопротивляться, живым вы отсюда не выйдете. А так у вас есть реальный шанс всё решить переговорами. За корабль и вещи можете не переживать: пока Синдикат не примет решение, он будет стоять опечатанным в этом ангаре. И никто… — капитан-лейтенант сделал многозначительную паузу, вглядываясь в моё лицо, — никто, включая вас, не сможет вскрыть его без специального разрешения.

— У тебя нет выбора, Ратибор. Соглашайся, — тихий голос Яра внезапно прозвучал в динамиках бронекостюма. — Связь будем держать через нейроинтерфейс. Говорить не смогу, но сообщения получать будешь. Кстати, во время последнего обновления я кое-что добавил от себя.

Перед внутренним взором вспыхнуло небольшое окошко — чуть левее поля зрения. Я скосил глаза и прочитал:

«Привет, друг. Чтобы отправить сообщение, просто подумай. Потом отдай команду „отправить“».

«Привет, Яр», — мысленно произнёс я. Строка тут же отразилась в окошке. «Отправить», — скомандовал я нейроинтерфейсу.

— Всё работает, — мгновенно отозвался Яр.

Глубоко вдохнув, я поднял глаза на Каэля и штурмовиков, чьи винтовки по-прежнему были нацелены на меня.

— Капитан-лейтенант, я согласен. Могу я пройти в истребитель, чтобы снять броню и переодеться в обычную одежду? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Каэль Дорн улыбнулся — на этот раз почти дружелюбно:

— Рад, что мы нашли общий язык, Ратибор. Вам хватит пяти минут?

— Вполне, — ответил я и, развернувшись, направился к люку корабля.

Первым моим порывом было захлопнуть дверь и врубить щиты — а потом разнести тут всё к чёртовой матери. Но я сдержался: отключил системы бронекостюма, и он тихо раскрылся, выпуская меня наружу.

Я отчётливо понимал: даже если вырвусь из ангара, из системы мне не улететь — по крайней мере сейчас. Стоит мне начать атаку, и к орбитальной станции тут же стянутся боевые корабли. А турели самой станции накроют мой истребитель плотным огнём. Без шансов.

Пока эти мысли вихрем крутились в голове, я снял специальную форму, открыл отсек бронекостюма и аккуратно сложил её. Достал обычную форму, переоделся. Взгляд невольно упал на герб Дома Северных Медведей — он гордо красовался на груди, на самом видном месте. Придётся что-то придумывать… Или нет? — мелькнуло в голове. — Посмотрим, что будет дальше.

Я вышел из истребителя и закрыл дверь.

Тут же ко мне подскочили штурмовики — щёлкнули наручники. А гражданские уже облепили корабль, навешивая на него блокирующие механизмы.

Я стоял, ожидая команды — что делать дальше. Тишина ангара давила, лишь отдалённый гул систем нарушал безмолвие.

— Поторопитесь! — прикрикнул на гражданских капитан-лейтенант. Его голос эхом отразился от металлических стен.

Как только последний блокирующий механизм был установлен, гражданские поспешили покинуть ангар. Каэль бросил короткий взгляд на одного из штурмовиков — тот едва заметно кивнул, и бойцы цепочкой потянулись к выходу.

Каэль подошёл ко мне вплотную и пристально посмотрел в глаза. В его зрачках мелькнуло