приезжала, но я ей сказал, что все это было ошибкой, — добавил муж.

Я холодно бросила…

— Это меня уже не касается.

Вместо ответа его пальцы с нежной настойчивостью обвили моё запястье, притягивая ближе. Глаза отыскали мои глаза…

— Касается. Черт, Лия. Надо было мне догадаться, что ты подумала худшее… И я хотел с тобой все обсудить, но ты не слушала. Дело в том, что я тебе не изменял.

На этот раз обе мои брови подскочили вверх. Это что-то новенькое! И абсурдное. Он меня совсем за дуру считал?

Вырвав свою руку, я резко парировала:

— Да что ты? А что же я такое видела собственными глазами? Там, в кафе?

Он стыдливо поморщился, словно ему не нравилось об этом даже вспоминать, но взгляда не отвёл. Пояснил…

— Не изменял физически. Да, хотел. Но не успел совершить непоправимое.

Я коротко, презрительно хохотнула.

— Не успел, говоришь… А знаешь почему? Да потому что я тебе помешала. Потому что нашла, чем тебя занять место походов на свидание с твоей бывшей. И знаешь что? Все, что ты ей говорил, все, что ты делал — это все равно измена. И даже если я поверю, что до дела ты не дошёл — а я, уж извини, в это не верю — тот факт, что ты с ней не спал, никак тебя не оправдывает.

Он сглотнул. В его глазах всколыхнулась паника. Такой взгляд бывает у человека, который не знает, как доказать свою невиновность.

Но в следующий миг он протянул мне свой телефон.

— Ты можешь прочитать мою с ней переписку. Оттуда ясно, что ничего не было…

Я с отвращением вздернула верхнюю губу.

— Видела я уже вашу переписку. Хватило её фото, где из одежды на ней только трусы, да и от тех одно название.

Он посмотрел на смартфон с открытым там чатом. И… неожиданно рассмеялся.

— Это ты написала ей, что она похожа на сардельку?.. А я и не видел этого раньше. Думал, что она сама от меня отвалила.

— Я её ещё и заблокировала.

Он хмыкнул.

— Теперь ясно, почему она объявилась только спустя пару недель и стала искать меня дома и в офисе вместо того, чтобы просто позвонить.

Я ничего не ответила. Не знала, что сказать и надо ли…

С одной стороны, то, что он с ней не спал — приносило мне облегчение. Если, конечно, в это верить.

А с другой… это все же мало что меняло между нами.

Он бы явно изменил мне, если бы я не припахала его к уходу за дочкой.

Кроме того, я не забыла всего того, что он мне наговорил.

Тем временем, его рука вновь отыскала мою. Пальцы переплелись с моими пальцами…

— Лия, я знаю, что все равно виноват. И что даже не попросил у тебя до сих пор прощения… Прости меня. Я был свиньёй, я не понимал, сколько боли тебе причиняю своими словами и действиями. Я не осознавал, как тебе тяжело, не готов был к тому, чтобы наравне с тобой нести ответственность за дочь. Зато готов теперь. Когда я в прошлый раз сказал тебе, что не брошу, потому что у нас семья, я едва ли понимал значение этого слова. Но понимаю сейчас. И больше всего на свете хочу, чтобы мы этой самой семьёй остались.

Я слушала его и, наверно, хотела ему верить. Но не могла. Не сейчас, не сразу.

Тем более, что главного он так и не сказал.

Прикусив губу, я отстранилась. Размеренно проговорила…

— Извини, Вася, но… я уже не могу тебе доверять. Дело ведь не только в измене, которой, может, и не было физически, но ещё и в том, как ты ко мне относился. Как ты меня унижал — каждым словом, каждым взглядом. Рядом с тобой я уже никогда не смогу чувствовать себя спокойно и надежно. Не смогу быть самой собой. Мне постоянно придётся опасаться, что если я потолстею или как-то ещё подурнею — это тебя оттолкнет. И ты пойдёшь искать очередную замену…

Он яростно замотал головой.

— Нет же. Пойми… я все переосмыслил. И мне все равно, как ты выглядишь и во что ты одета. Я хочу лишь одного — чтобы ты смотрела на меня, как прежде. Потому что я понятия не имею, как мне жить, если… ты меня разлюбишь.

Его слова что-то задевали внутри, но я старалась не поддаваться. Чувствовала, что нельзя позволить ему снова пролезть мне в душу, сыграть на моих эмоциях…

Мне нужно было все обдумать, осмыслить, утрясти в голове и в душе. Особенно с учётом той информации, что узнала от него только сейчас.

Мы молчали несколько минут, а потом я поднялась.

— Мы поедем, — сообщила лаконично.

Он кивнул.

— Конечно… Меня хотят подержать здесь одну ночь — так, на всякий случай, а потом я… могу вернуться домой. Если позволишь.

— Ну, запретить я не могу. Квартира у нас общая.

— Лия… я не прошу прощать меня немедленно. Но хотя бы… позволь быть рядом с тобой и Настей. Позволь быть полезным, помогать и поддерживать… И тогда ты поймёшь — я не так уж и плох. И я смогу стать ради вас лучше. Смогу стать тем, на кого ты сможешь положиться… снова.

Он говорил горячо, эмоционально и отчаянно.

Я на это лишь кивнула.

Слов мало. А что он покажет на деле — будет видно.

Между нами снова повисла неопределённость. Но она больше не угнетала, не тревожила. Время — лучший советчик. Оно все расставит по местам, как нужно. И однажды ответы на все вопросы придут сами собой.

А в этот миг, когда покидала палату…

В душе у меня зарождалась робкая надежда.

И я не собиралась её душить. Потому что чувствовала — будущее будет прекрасным.

Независимо от того, будет в нем Вася или нет.

Потому что моё счастье — только в моих руках.

И найти его можно во всём, что тебя окружает.

Эпилог

Несколько месяцев спустя. Декабрь.

Приближался Новый год.

Накинув на плечи пальто, я в последний раз перед выходом из дома посмотрела на себя в зеркало.

И осталась абсолютно довольна.

Нет, я не стала идеальной. Просто сбросила лишний вес, тщательно следила за лицом и волосами, не забывала о красивой одежде и умелом макияже…

И при этом знала — какие-то вещи останутся со мной уже навсегда. Те же растяжки на бёдрах, да и живот уже не станет вновь