– У-у-у! – восторженно взвыла та.

Гранд начал двигать бёдрами, имитируя… ну, очевидно что. Мадам закатила глаза, оказавшись на грани обморока – что, впрочем, не помешало ей запустить пальцы второй руки под бутафорский ремень. Вместе с пальцами скрылась и монета.

Она действительно положила ему монету. Мама-дорогая!

Получив плату, Гранд отстранился и прыгнул на сцену. Уже там, стоя чётко напротив нас, мужчина, в одно движение, сорвал с себя штаны.

Я снова смотрела на чрезмерно наполненные плавки, но желание ржать улетучилось. Остался только безмерный, не подвластный описанию шок.

– Гранд, милый, вернись! – подскочив на стуле, воскликнула Офелия.

Миг, и в её пальцах сверкнула новая монета. Точно новая! Уж за чем, а за руками опекунши я следила!

Стриптизёр не сразу, но подчинился. Теперь он обнял Офелию за талию и начал медленно, весьма интимно, кружить. Под общий восторженный вой.

Тут моя нервная система не выдержала, я отвернулась. Две золотые монеты. При том, что в момент моего появления в этом мире у нас не было даже медяка. Вопроса «откуда деньги» не возникло – очевидно, что Офелия их припрятала. Если говорить простым языком – закрысила.

«Арти, – позвала я мысленно. – Когда ты осматривал дом, ты проверял комнаты опекунши?»

«Это было первое, что я сделал».

«И?» – подтолкнула нетерпеливо.

«Там нет ценностей».

«Откуда она, в таком случае, вынула деньги?»

Ключевой артефакт не ответил, но точно знаю, что мы подумали об одном и том же. Это был негигиенично-неприличный вариант.

Где-где…

Впрочем, стоп.

Когда парный танец закончился, Гранд вернулся на сцену и продолжил двигаться в одиночестве. Он пошёл по кругу, в желании привлечь внимание остальных дам. Особый интерес проявлял к первым столикам, но этот ряд был заполнен примерно наполовину, что наводило на мысль о привилегированности мест.

– Алексия, дорогая, у тебя есть монетка? – взвыла Офелия.

Мадам не шутила. Прямо сейчас она выглядела как какой-то маньяк.

Щёки красные, глаза блестят, взгляд фанатично-стеклянный… Я сначала отодвинулась, а потом наоборот подалась вперёд и спросила как есть:

– Хочешь сказать, что спустила три миллиона в трусы стриптизёру?

Короткая заминка, и Офелия махнула пухлой ладошкой:

– Ты слишком молода, ты ничего не понимаешь.

– Три миллиона моих денег! – воскликнула я.

Офелия посмотрела рассеянно, а в следующий миг стянула с пальца перстень. До этого момента я этот перстень даже не замечала. Просто не приглядывалась – уже привыкла, что у нас с мадам, в виду нищенского положения, никаких украшений нет.

– Гранд! Гранд!

– Офигеть, – тихо прокомментировала я.

Через несколько минут я снова наблюдала как тяжёлая золотая штука скрывается в мужских плавках.

Ситуация была как бы ужасной, но всё-таки смешной. Я вообразила каково это – ходить в трусах, набитых золотом. Бедный мужик! Ведь со стороны выглядит так, словно он обделался.

Но деньги. Деньги, блин!

А ещё девушки всех возрастов… Они, в большинстве своём, мечтают выйти замуж за аристократа, полагая, что статус – гарантия сытой жизни.

Видимо зря. Разумнее мечтать о каком-нибудь Гранде. Ведь у него личный золотой прииск.

А Офелия… То, что совести у опекунши нет, это уже ясно. Но логика? Логика! Пару часов назад мадам отчитывала меня за утренний кофе, заявляя, что это неприлично, а сама притащила в стрип-клуб и наглядно демонстрирует как совать руки в чужие трусы.

Я по-прежнему пребывала в шоке, потребовалось несколько минут, чтобы переварить происходящее. Потом я снова перегнулась через стол и сказала:

– Офелия, мы уходим.

Толстушка посмотрела растерянно.

– Как это? Милая? Шоу только начинается. У Гранда ещё два выхода, и…

– Мы уходим, – повторила я.

Опекунша посмотрела с неприкрытой обидой. Словно я кровавый узурпатор.

Но мне было плевать, я начала подниматься. Номер черноволосого «жеребца» к этому моменту закончился, и теперь женщина-конферансье расхваливала танцора на все лады.

– Алекси-и-ия… – протянула Офелия жалобно.

В теории я могла бросить толстушку здесь, ведь денег, если в ход пошли перстни, у этой овцы не осталось. Но нет. Хорошенького понемножку. Пусть страдает.

– Домой! – я не сказала, а рявкнула.

Офелия пошла пятнами, но тоже начала вставать.

В следующую секунду красивый голос конферансье объявил:

– А сейчас, дорогие дамы, на сцену выйдет ещё одна звезда нашего шоу. Мастер перевоплощений! Прекрасный и несравненный… Господин Д!

Зал пришёл в экстаз. Я бросила невольный взгляд на сцену и обомлела. Пусть всего на миг, но я действительно решила, что там, на круглом возвышении, стоит лорд Дрэйк.

Разумеется, это был артист. В хорошем гриме, в неплохо подобранной одежде и искусно скопированной позе.

Для меня образ рассыпался, едва стриптизёр сделал первый шаг. Движения всё-таки не те.

– Оу! – выдохнула Офелия. – Оу! Господин Д! – И уже мне: – Алексия! У тебя есть деньги? Я же знаю, что есть! Алексия…

Всё. Жёстко ухватив Офелию за локоть, я потащила её к выходу.

Я ждала спешащих наперерез официантов с требованием оплатить коктейли, однако никто нас не остановил. Мы покинули заведение быстро и без проблем. Только шкафообразные охранники на входе-выходе показались какими-то странными.

Они были сильно похожи на тех дезинфекторов-кысоловов.

Или показалось?

Впрочем, не важно. Нужно выйти из этой подворотни и поймать коляску. Отдельная задача – усмирить воображение! Просто оно норовило нарисовать реакцию самого Дрэйка на подобное шоу.

Хорошо, что высокого лорда здесь нет. В том же, что касается шпионов… Если кто-то из них проник за нами в зал, надеюсь у них хватит ума промолчать? Просто тревожить начальство по пустякам себе дороже. Никогда не знаешь, что тебе за это прилетит.

То же время, клуб «Алый каблучок»

Проникнуть в закрытый женский клуб было легко. В отличие от начальника разведки, Дрэйк не церемонился и приказал прибывшим бойцам провести захват. Всё было сделано максимально тихо – так, что никто из посетителей и артистов не заметил.

Женщина-конферансье тоже была не в курсе, и ход представления не нарушился.

Зато высокий лорд получил много пищи для размышлений.

Тут, в клубе, использовался стационарный иллюзорный купол неплохой мощности. Цель иллюзии – скрыть истинную внешность посетительниц, причём, прежде всего, он прочих прибывших на представление дам.

Охрана и администрация знали каждую посетительницу в лицо.

В процессе аккуратной беседы с «обезвреженными» охранниками вскрылась особенность – попасть в заведение с улицы было невозможно. Для прохода требовалось поручительство кого-нибудь из завсегдатаев. И, как правило, внушительный первый взнос.

Взнос шёл на оплату еды и напитков. Особенно напитков.

Это была вершина айсберга, копать дальше Дрэйк не стал.

Подробности он намеревался узнать позже, из отчётов своих людей. Прямо сейчас его интересовало другое. Вернее