такое время аллеям, Тэль пытался завести со мной разговор о сегодняшнем дне, о дворце, об учебе в академии, но я была рассеянной и отвечала невпопад.

— Таль, с тобой все хорошо? — усадив меня на лавочку в алькове из высоких кустов, наконец поинтересовался он, и я почувствовала, как по коже щекоткой пробегает заклинание медицинского анализатора.

— Физически — да.

— Так в чем дело?

— В тебе. Что случилось вчера в парке? Почему ты остановился?

Тэль отвернулся и посмотрел в сторону, как будто мог видеть сквозь зелень изгороди.

— Ничего, — после довольно продолжительной паузы ответил он. — Мне просто показалось.

— А что именно тебе показалось?

— Не важно. Не хочу об этом говорить, — довольно жестко добавил эльф.

— Понятно.

Я сникла и даже непроизвольно отвернулась от него, опуская взгляд.

— Таль…

Не знаю, что он хотел мне сказать, я не повернулась и ничего не ответила. Мне было больно. Больно от недоверия, расколовшего одно целое на две части. Мы были рядом, но не были сейчас вместе.

— Пойдем обратно, скоро пора будет выходить к завтраку, — предложил Владыка.

Обратный путь мы проделали в молчании, а как только осталась одна в своей комнате, я упала на постель и проплакала до тех пор, пока не пришли одевать меня к завтраку все те же эльфийки. Спрашивать девушки ничего не стали, но очень осторожно предложили убрать последствия при помощи небольшой и почти незаметной косметической магии, на что я с радостью согласилась.

К завтраку мы с женихом вышли под руку. Я улыбалась и старательно изображала радость от встречи со всеми присутствующими в светлой столовой. Аппетита не было, но я понимала, что это нервное, а организму силы еще понадобятся, и старательно запихивала в себя воздушную фруктово-творожную массу.

Тэль вел себя вполне естественно. С аппетитом ел свой любимый омлет, беззлобно подтрунивал над Таром, сиявшим от внимания деда как начищенная перед парадом пуговица на мундире гвардейца, интересовался придворными новостями у Олиста, предлагал мне попробовать изумительную смесь фруктовых соков. Меня Владыка по большей части старался все же не трогать, понимая, что я не умею так хорошо играть на публику, как он сам.

После завтрака мы со специально оборудованной для этого крыши павильона смотрели разыгранную учениками школы гвардейцев, академии магии и института власти реконструкцию битвы с орками. Даже не представляю, за какие провинности ребят в число орков отправляли, но они явно обиделись и чуть не поменяли итог сражения. Я отвлеклась от мыслей о странном поведении жениха и даже развеселилась из-за почти случившегося курьеза. Тэля это тоже позабавило, так что побелевший и чуть не падающий в обморок организатор представления переживал совершенно напрасно. Я даже с разрешения Владыки лично пожала руку особо отличившимся «оркам», во всеуслышание заявив, что противника нужно уважать. Во всяком случае, когда в его роли выступают будущие соратники.

В общем день постепенно налаживался. Обедали мы только вчетвером, делясь впечатлениями от представления, особенно активно это делали мы с Таром, который тоже болел за «орков».

— Настоящие орки далеко не столь благородны, — заметил Повелитель. — Они жестоки и беспощадны.

— Так то настоящие, — отмахнулась я. — А болели мы за своих, хоть и проштрафившихся.

И все шло хорошо, пока мы не пошли все вместе в мавзолей, а точнее пока Тэль неожиданно не свернул в сторону, коротко бросив: «Идите, я скоро буду». Мы остались в недоумении стоять посреди парковой аллеи, а он перелетел через зеленую изгородь, скрывшись из виду.

Первым моим порывом было тоже взлететь, но я натолкнулась на ошарашенный взгляд Олиста, увидела, как расстроился Тар, и пожалела мальчишку.

— Повелитель, не могли бы вы показать нам дорогу, а то я ее уже не помню.

— Да, конечно, — отмер эльф, и мы втроем двинулись в сторону мавзолея.

Тэль появился почти сразу после того, как мы вошли внутрь гигантского пня, и сделал вид, что ничего необычного не произошло. Но по обеспокоенному лицу Повелителя было однозначно ясно, что это не так.

Выбор Тара вполне предсказуемо пал на Великого Владыку. Рассказывал он увлеченно и интересно, я честно старалась сосредоточиться на истории неординарного эльфа, но не могла. Тэль вел себя в эти дни очень странно, но по-настоящему меня беспокоило не само его поведение, а то, что он отказался об этом разговаривать.

Несмотря на свою тревогу, я обратила внимание, что с прошлого нашего визита древо рода изменилось. Теперь чуть выше Тэля в нем был не только взрослый Олист, нои Тар, а сама иллюзия Владыки стала похожа на современный нам оригинал. Видимо, как и говорил эльф, изображения обновили на сердце лета.

А еще я присмотрелась ко всем иллюзиям владык и не увидела ни одной, радом с которой было бы несколько женщин.

— Скажи, а вообще были случаи, когда у Владыки имелось несколько жен? Не одновременно, а последовательно, — поспешила добавить я под ошарашенными взглядами эльфов.

— Ты знаешь, кажется, нет, — с удивлением произнес Тэль.

— А как же Дальнэринэль? — возразил ему сын.

— Первый раз он был женат еще будучи повелителем, — пояснил Владыка и повернулся ко мне. — Ты ведь хочешь знать, где будет твое место в древе рода после нашей свадьбы?

Я кивнула.

— Нужно будет обдумать этот вопрос, благо время есть. Полагаю, можно будет сделать исключение и разместить тебя по правую руку от меня. Анли однозначно останется на своем месте.

— Иного я и не предполагала, — заверила я жениха. — Просто стало интересно.

Он тепло улыбнулся и коснулся пальцами моей щеки, как будто хотел погладить, но быстро убрал руку.

Когда покинули мавзолей, до ужина оставалось еще полтора часа. Общение с Тэлем сегодня меня только расстраивало, и я отпросилась у него погулять с Майраном по саду. Мы неспешно шли по извилистым тропинкам, посыпанным какой-то мелкой каменистой крошкой.

— Что ты решил? — через некоторое время заговорила я, прерывая молчание.

— Насчет отца? — уточнил он и, когда я кивнула, ответил: — Не хочу его видеть. Осуждаете?

— Нет, Май. Ты мой друг, поэтому я в любом случае буду на твоей стороне.

— А как бы вы поступили на моем месте?

— Понятия не имею. Я и на своем-то не знаю, как поступить. Честно говоря, я и спросила в надежде получить предлог пораньше уйти отсюда.

— Вы поссорились с