вот фигушки! На каникулах работать тебе не дам! Будешь отдыхать, как положено любой ведьме! А про все эти «а», «б», «в» и прочие ижицы … Во сколько собирается закрывать таверну Толстый Хиль в новогоднюю ночь?

- Часа в два, может в три ночи, – ответила я, – К этому времени, он говорит, вся публика разбредается смотреть фейерверки и уличные гуляния. Остаются единицы, ради которых держать открытой таверну нет смысла.

- А студенческий бал будет до утра! – победно заявила Алина, – После закрытия своей харчевни ты вполне можешь присоединиться к нам! Ну-ка, встань!

- Чего ещё? – не поняла я, но на всякий случай, встала.

- Чего, чего … Эту руку вот сюда, эту вот сюда! И, трам-пам-пам, трам-пам-пам …

- Сдурела?! – окрысилась я.

- Н-да … танцовщица из тебя … ты только не обижайся!..

- Я и не обижаюсь. Я сразу сказала, что танцевать не умею.

- Будешь уметь! Это тебе я говорю! А, когда я что-то говорю …

- Знаем, знаем, – ехидно перебила я, – Когда ты что-то говоришь … например, про применение лягушачьих шкурок в деле магии … остальные хихикают!

- Подумаешь! – покраснела русалка, – один раз ошиблась! Но, если я сказала, что ты будешь танцевать, то ты будешь танцевать! Спать не будешь, есть не будешь, а танцевать будешь! Так и знай!

Я с тоской посмотрела на наполовину исписанный конспект. То, что Алина не отступит, было предельно ясно.

- Ну, давай, – вздохнула я, – Учи …

И началось! Трам-пам-пам, трам-пам-пам, тара-рира-рира-ра! Трам-пам-пам, трам-пам-пам, тара-рира-рира-ра! Держи спину прямо! Подбородок выше! Взгляд слегка в сторону! Трам-пам-пам, трам-пам-пам, тара-рира-рира-ра! Трам-пам-пам, трам-пам-пам, тара-рира-рира-ра! Приседай мягче! Носки ног разверни в стороны! Руки не хватаются судорожно за одежду, а свободно лежат! Трам-пам-пам, трам-пам-пам, тара-рира-рира-ра! Трам-пам-пам, трам-пам-пам, тара-рира-рира-ра! Не приседай так низко, ты танцуешь, а не вприсядку идти собираешься! Трам-пам-пам …

Через пятнадцать минут у меня заболела спина, ещё через пятнадцать минут – ноги. Это же ужас! Это же так неестественно!

- Правда, здорово? – с наслаждением промурлыкала Алина, немыслимо вращаясь вокруг меня, с закрытыми глазами, – Отдаёшься танцу, и плывёшь … плывёшь …

- Какое «здорово»? – прохрипела я, – Сплошное мучение!

- А ты не напрягайся, – не открывая глаз, посоветовала русалка, – Войди в ритм и получай наслаждение!

Это хорошо сказать «войди в ритм». Ритм музыки я слышала, но подстроиться под него решительно не получалось.

- Ты не сопротивляйся, – снова раздался совет Алины, – Я буду вести в танце, а ты только старайся не оторваться от меня. И плыви.

Надо же: «плыви»! Я закрыла глаза и попыталась представить себя в воде. Вот вода колышется в странном ритме: трам-пам-пам, трам-пам-пам, тара-рира-рира-ра! Трам-пам-пам, трам-пам-пам, тара-рира-рира-ра! А я стою в этой воде по плечи, держусь за русалку, положив ей руки на шею и на бедро, и качаюсь вместе с водой. А, что? Прикольненько! Я и не заметила, как танец полностью захватил меня.

- Ну, ведь можешь, когда захочешь! – послышалось рядом со мной.

Я спохватилась и открыла глаза. Это что? Это, получается, Алина выскользнула от меня в сторону, а я одна танцую, поддавшись ритму? Ну, дела! Я такого от себя не ожидала!

- Всё! – категорично подвела итог русалка, – Ты идёшь на бал, и точка! А я тебя ещё и не такому научу!

Я только сомнительно покрутила головой. Но вредная русалка не отставала от меня все две недели, до самого праздника.

Утро тридцатого декабря выдалось морозным, но ясным. Преподаватели, кажется. тоже были в ожидании микро-каникул и, вопреки ожиданиям, студентов не мучали. Лекции были коротенькие, и почти всё – повторение по уже пройденному материалу. Ну, может, кроме магии. Пока ещё бытовая её разновидность. Преподаватель магии, молоденькая фея Салса, очень серьёзно относится к своему предмету. И на каждом занятии мы углубляем свои знания. На каждом. Но, даже и она, поддалась общим настроениям, и мы колдовали новогодние украшения. Пусть они через три дня развеются, но настроение праздника создадут. Мы прониклись идеей и старались вовсю.

Через пару часов Салса впечатлилась. Чего здесь только не было! Самое простенькое колдовство сделала я: бесконечный снег, который менял свой цвет от густо-синего через бледно-голубой до чисто-белого и обратно. Снег не долетал до земли, бесследно растворяясь над поверхностью. И не мочил предметы, на которые падал.

Я тщательно посчитала, и у меня получилось, что хватит на три-четыре дня. До конца праздников. Сейчас образец снегопада скромно сыпался в углу аудитории. Остальные будущие маги развернулись шире. Весёлые, разноцветные призраки весело скакали по стенам, весело скалясь на все триста двадцать зубов, норовя выскочить в коридор, под потолком порхали тысячи бабочек с зеркальными крылышками, Алина пустила расти по стенам благоухающие цветы, по виду напоминающие гигантские снежинки, и утверждала, что такие цветы через пару часов доберутся до главного зала, где намечено торжество, и полностью покроют его стены. На те же три дня. Были весёлые фейерверки, не обжигающие руку, если к ним прикоснуться, блуждающий солнечный зайчик, который, попав на кого-то из присутствующих, формировал у него на лице забавную маску. Ой, да много чего было весёлого и забавного. Не обошлось и без сомнительных «шуточек».

- Это что? – подозрительно спросила Салса.

- Светлячки! – бодро отрапортовал студент Игнас, тёмный альв, – Разноцветные!

- «Светлячки»? – сардонически переспросила фея, – Знаем мы этих «светлячков»! Каждый год одно и то же! Раздолбаи! Вы, что же, господа, полагаете, что ваши преподаватели не читают книг из собственной университетской библиотеки? В частности «Занимательную магию для начинающих», страница тридцать семь, раздел «Светлячки Монферана»? Вы думаете, я не знаю, что каждый светлячок, севший на платье, делает кусок платья вокруг себя прозрачным? А светлячков этих, как я понимаю, тысячи три?

- Фи!!! – вырвался единодушный презрительный выдох у девочек. Показалось мне или нет, что некоторые выдохи были притворными?

- Да, как вы могли такое подумать?.. – начал было Игнас.

- Ну-ка, посади парочку себе на брюки! – не стала дослушивать Салса, – Чего тянешь? Незачёт тебе, Игнас! Раздобай! Всю коробку мне в шкаф! Живо! До конца занятия сорок минут. Не будет чего-то приличного, назначу на Новый год дежурным по конюшне!

- А это что? – фея остановилась возле товарища Игнаса по парте, лешего Фёдора.

- Белочки, зайчики … – повесил голову Фёдор, –