кто-то утром просыпается и выбирает не предать. Ты сегодня удержала от смерти рабочих, которых даже не видела. Не дала нам с Альдой выбрать удобное решение вместо правильного. Вот это и есть имя.

Лиара долго молчала, а после тихо сказала:

— С тобой иногда невозможно спорить. Ты говоришь грубо, а попадаешь всегда в центр проблемы.

— Профессиональная деформация.

— Убийцы?

— Офицера.

Она посмотрела на него, и в этом взгляде смешались смущение, тепло и что-то совсем новое — уже не страх перед будущим, а осторожное признание, что это будущее действительно наступает.

Сзади открылась дверь.

На балкон вышла Альда, держа в руке тонкий конверт.

— Простите, что мешаю вашему почти приличному семейному моменту…

— Иди к нам, — негромко сказал Ардор.

Альда каким-то непостижимым образом вкрутилась в круг рук Ардора, тоже уткнувшись в него носом, и прижав руки к груди.

— Пришёл ответ из графства. Этот мерзавец и будущий каторжник, управляющий выражает радость, уважение, готовность к содействию и прочие виды дипломатической суеты. Завтра к полудню прибудет с делегацией.

Лиара насторожилась.

— Так быстро?

— Именно.

Альда протянула письмо.

Он прочитал, потом перевернул лист, анализируя печать, сгибы и краешек бумаги.

— Они были готовы.

— Да, — сказала Альда. — Либо ждали нашего запроса, либо хотели приехать сами.

— Почему?

Герцогиня вынула из конверта второй, совсем маленький листок.

— Потому что вместе с официальным ответом пришло это. Без подписи. Наш человек на почтово-телеграфной станции перехватил до того, как его успели вложить в другой пакет.

Лиара взяла листок и прочитала вслух:

— 'Не допускайте новых хозяев к нижнему архиву.

[1] Декабрь в местной традиции.

[2] В состав маркизата входят несколько графств. Альвис, Шаролл, Атеро.

Глава 2

Записка лежала на столе между лампой, раскрытым планом северного крыла и королевским указом о переименовании маркизата.

Маленький лист недорогой бумаги, сложенный вчетверо. Чернила чуть расплылись по волокнам, но слова читались хорошо, будто тот, кто писал, боялся быть непонятым.

«Не допускайте новых хозяев к нижнему архиву. В случае опасности — ликвидируйте всех.».

Несколько строк, а воздух в кабинете резко изменился.

До этого здесь пахло дождём, мокрой кожей плащей, горячим солго и пылью старых бумаг. Теперь ко всему примешался запах войны. Не настоящей, фронтовой, с дымом и криком, а другой — домашней, подловатой. В такой войне люди улыбались за обедом, передавали друг другу сахар, писали аккуратные письма и в то же время спокойно приказывали убить новых хозяев, если они подойдут к чему-то запретному.

Лиара прочитала записку второй раз, затем третий.

Она держалась ровно, только лицо стало слишком спокойным — таким, каким оно бывало у неё в те минуты, когда страх уже задавлен волей, и осталось только злость и решимость.

Альда стояла у края стола, положив ладонь на папку с первыми выписками по рудному двору. Внешне она оставалась прежней: собранной, холодной, безукоризненно владеющей собой. Но Ардор уже достаточно хорошо знал обеих, чтобы заметить, как у Альды чуть изменился взгляд. Не испугалась. Нет. Просто где-то внутри герцогини вон Зальта тихо закрылась дверь, отделив осторожность от жёсткости.

Он взял лист, повернул к лампе и посмотрел на неровные строки. Ему не требовалось быть криминалистом, чтобы понять главное. Автор вообще не пытался напугать их. Он обращался к своим. К тем, кто уже понимал, какое значение имеет нижний архив.

Альда медленно провела пальцем по плану усадьбы.

— Это под северным крылом. Старые производственные книги, журналы смен, ведомости по защитным мачтам, страховые списки, списание материалов и всё такое. Если что и есть, то только там.

— Или уже не там, — сказала Лиара.

— Если бы не там, — Ардор положил записку обратно на стол, — нас бы не предупреждали так нервно. Нужно сходить посмотреть.

Альда не стала возражать сразу и это выглядело хуже любого спора. Она смотрела на него слишком внимательно, оценивая не упрямство, а необходимость а Лиара шагнула ближе к столу.

— Это ловушка.

— Конечно. — Ардор усмехнулся.

— И ты всё равно в неё полезешь?

— Ловушка хороша, пока тот, кто её ставил, правильно оценивает габариты добычи. Надеюсь я им не по зубам.

В кабинете снова стало тихо. За окнами шумел дождь. Где-то внизу, за толстыми стенами бывшего дома Ванкосов, скрипнула дверь, и этот обычный ночной звук вдруг показался частью чужого движения.

Альда первой отвела взгляд от плана.

— Сейчас подниму своих.

— Без шума, — сказал Ардор. — Если начнётся шум, половина дома побежит спасать не людей, а бумаги. А вы побудете вместе.

Глаза Лиары вспыхнули. На мгновение прежняя Лиара — секретарь, привыкшая быстро понимать настроение хозяина и обходить углы — исчезла совсем. Перед ним стояла женщина, которая уже дала обет, уже приняла своё место рядом и больше не собиралась изображать удобную тень.

Но Альда положила ей руку на плечо.

— Сейчас он прав. Ты не боевик и не специалист по проникновениям, и это не время получать такую хлопотную специальность.

Лиара резко повернулась к ней, но ничего не сказала. В молчании между ними мелькнуло слишком многое: страх, злость, доверие, нежелание уступать и понимание, что иногда любовь не в том, чтобы стоять рядом, а в том, чтобы не мешать удару, который должен быть нанесён быстро.