это когда после долгого рабочего дня находишь в холодильнике последнюю порцию рамена. Или когда после недели дождей выходит солнце. Или когда сосед, которого ты не очень любишь, все равно поливает твои цветы, пока ты в отъезде.

Фрирен склонила голову, как будто пытаясь понять незнакомое заклинание.

— Но это... обыденно. Не волшебно.

— Почему же? — Сайтама улыбнулся. — Если подумать, волшебство — это когда что-то выходит за рамки ожиданий. А кто сказал, что волшебство должно быть громким и ярким? Может, настоящее волшебство — в том, чтобы каждый день находить радость в малом. Например, в распродажах.

— Распродажи? — Фрирен не могла сдержать удивления.

— Да! — глаза Сайтамы загорелись. — Это когда товары продают дешевле обычного. Особенно после праздников. Или перед новым сезоном. Люди собираются у дверей супермаркетов еще до открытия, с нетерпением ждут, когда откроют двери... Это как приключение! Иногда приходится быстро бегать между полками, чтобы успеть купить лучшие товары по низким ценам. А потом идешь домой с полными сумками, чувствуешь себя победителем.

— Это... звучит странно, — призналась Фрирен. — У нас магия открывает порталы между мирами. А у вас — двери супермаркетов.

— И то, и другое — пути к чему-то важному, — заметил Сайтама. — Портал — к новым мирам. А двери супермаркета — к хорошему ужину. Без ужина не проживешь, а без новых миров... ну, можно прожить.

Он посмотрел на огонь, его лицо стало серьезным.

— Когда я стал самым сильным в мире, я думал, что это сделает меня счастливым. Но оказалось, что без достойных противников жизнь стала скучной. Очень скучной. — Он пожал плечами. — Тогда я начал замечать другие вещи. Как приятно почувствовать солнце на коже утром. Как вкусно пахнет свежий хлеб из пекарни. Как смешно выглядит Камешек, когда пытается поймать свой хвост. Я понял, что жизнь полна чудес, просто нужно научиться их видеть. Даже без магии.

Фрирен молчала долгое время. Она вспомнила, как в столице магов дети играли в прятки среди обычных скамеек, как люди в Элдрии строили мост без заклинаний, как старики на рынке обменивались новостями вместо магических рецептов. Это было не так, как раньше. Но было ли это хуже?

— А что такое интернет? — спросила она неожиданно.

Сайтама удивленно поднял бровь.

— Ты слышала об этом?

— Штарк рассказывал. Говорил, что в твоем мире все связано невидимыми нитями. Что можно общаться с людьми за тысячи миль. Что можно найти любую информацию.

— Почти так, — улыбнулся Сайтама. — Интернет — это сеть. Как паутина, но не из нитей, а из информации. По ней можно путешествовать, не выходя из дома. Узнать рецепт блюда, посмотреть фильм, купить билет на концерт. Или найти распродажи.

— Невероятно, — прошептала Фрирен. — Без магии... как это возможно?

— Технологии, — объяснил Сайтама. — Это когда люди изобретают машины и устройства, которые помогают им жить. Компьютеры, телефоны, автомобили... Они не волшебные. Их можно починить, если что-то сломается. Или заменить на новые.

— А люди в вашем мире... они счастливы?

Сайтама задумался.

— По-разному. Некоторые счастливы. Некоторые нет. Но счастье не зависит от наличия или отсутствия магии. Оно зависит от того, умеешь ли ты ценить то, что у тебя есть. В моем мире много людей жалуются на то, что у них нет времени. Они постоянно куда-то спешат, не замечают красоты вокруг. А некоторые... — он посмотрел на Фрирен, — живут тысячу лет, но не могут найти счастье в сегодняшнем дне.

Фрирен почувствовала, как будто ее ударили в сердце. Она отвела взгляд.

— Ты прав, — тихо сказала она. — Я так много видела, столько пережила... но редко позволяла себе просто быть. Просто сидеть у костра. Просто пить чай. Просто разговаривать. Я всегда искала что-то большее, что-то следующее... забывая о том, что уже есть.

— Может, ваш мир стал слишком зависим от магии? — спросил Сайтама. — Когда у тебя есть волшебная палочка, ты перестаешь верить в свои руки. Когда есть заклинания, забываешь, как решать проблемы самому. А когда магии нет... приходится вспоминать.

— Ты думаешь, что мой мир может научиться у твоего? — спросила Фрирен.

— Учиться можно у любого, — ответил Сайтама. — Я учился у старого тренера, который учил меня бегать под дождем. У соседки, которая всегда дарила мне цветы с подоконника. У детей, которые смеются, когда видят, как Камешек гоняется за бабочками. Может, и ваш мир может научиться у моего. Просто начать замечать чудеса в обычном.

Он достал из кармана маленький камешек, подкинул его в воздух и поймал.

— Видишь? Простой камень. Никакой магии. Но если смотреть внимательно, он красивый. Необычный узор на поверхности. Словно в нем застыла целая история. Так и жизнь. Даже без магии она полна красоты. Нужно только научиться видеть.

Фрирен взяла камешек из его рук. Он был теплым от прикосновения Сайтамы. Она поднесла его к огню, и в свете костра действительно увидела сложный узор из тонких линий, пересекающихся друг с другом.

— Я никогда не обращала внимания на такие детали, — призналась она. — Всегда искала что-то большее. Сильные заклинания. Древние знания. А красота была... фоном.

— Иногда фон важнее картины, — сказал Сайтама. — Без него картина не имеет смысла.

Над озером повисла тишина, нарушаемая лишь треском дров в костре и тихим посапыванием Камешка. Звезды отражались в воде, создавая иллюзию двух небес — одного над головой, другого под ногами.

— Сайтама, — тихо спросила Фрирен. — Если бы у тебя был выбор — остаться здесь, в мире с магией, или вернуться в свой простой мир, что бы ты выбрал?

Он долго смотрел на звезды, потом перевел взгляд на спящих Штарка и Ферн, на Айзена, который ворочался во сне, на Фрирен, сидящую у костра с камешком в руке.

— Мой дом — там, где я могу быть собой, — ответил он. — В моем мире я герой. Здесь... я разрушитель. Даже если не хочу этого. Твой мир прекрасен. Но он не мой. А в моем мире, даже без магии, есть место для чудес. Особенно если знать, где их искать. Например, на распродажах.

Фрирен улыбнулась.

— Ты очень странный, Сайтама.

— Да, — согласился он. — Но странный в хорошем смысле. Как этот камешек. Обычный, но особенный.

Он встал, потянулся.