Сначала тишину и мои тяжелые вздохи нарушило сердитое ворчание, потом тяжелые шаги, словно весь дом был обязан знать, что Руперт проснулся и недоволен.

Я отложила в сторону подобие карандаша и приготовилась высказать новоприобретенному дедушке все, что я думаю про его способы управления бизнесом. Я на секунду замерла, задумавшись о том, как я вообще понимаю местный язык и записи, но Руперт слишком быстро показался в дверном проеме.

Его глаза светились усталостью и какой-то тихой радостью. Он тепло посмотрел на меня и подошел ближе.

— Ты словно совсем другая, внучка, — пробормотал он с удивлением, остановившись у стола. — Раньше у тебя глаза блестели иначе… Блестели как-то веселее. Ты никогда не интересовалась трактиром и делами, лишь искала мужа…

Я закатила глаза, чихнув от пыли. Мужа искала… Я бы с радостью, но ипотека и работа не позволяли мне мечтать и в том мире, а в этом я даже и не представляла, когда у меня выпадает свободная секунда на простой флирт. Я все еще надеялась, что моим кавалером по законам книг не станет этот Харроу…

Фиона, внезапно появившаяся рядом со мной, конечно, не удержалась:

— Ну а что ты хотел, Руперт? Путешествия, трудности, голод, холод… Люди меняются. Если не меняются — значит, ничего и не стоило пережитого. Ты радуйся лучше, что на старости лет не остался один, правда, Софи?..

Я подняла взгляд, игнорируя призрака, и спокойно сказала:

— Люди меняются, дедушка. Теперь главное — выжить и не оказаться на улице. Так что про мужа мы подумаем потом, уж прости, правнуков я хоть и хочу тебе подарить, но сначала — давай займемся делами.

В комнате повисла пауза. Даже мне стало странно слушать свой голос: твердый, сухой, без привычных интонаций. Но я не отступила. У нас действительно не оставалось другого пути.

Я подтолкнула к дедушке один из свитков.

— Давайте устроим совет. Дом в жалком состоянии. В зале паутина висит гроздьями, будто мы ее вместо занавесок используем. На кухне страшнее, чем после нашествия толпы голодных пиратов. Запасы… — я мотнула головой в сторону кухни. — Их нет. Все, что там осталось, можно пересчитать на пальцах одной руки. Если заранее отрубить три пальца, если не четыре…

Фиона хмыкнула, но кивнула, подтверждая мои слова. Руперт отложил в сторону свиток и грустно посмотрел на меня. Ну уж нет, дедуля, ты меня грустным взглядом не проймешь! Ждал внучку? Получите и распишитесь!

— Нам необходимо открыть «Контрабандиста» и начать получать хоть какой-то доход.

— Но… — подал голос Руперт, но я подняла ладонь, прерывая его.

— Значит, что нужно сделать, — я принялась перечислять, словно передо мной сидели два подчиненных, а не спутники по несчастью. — Первое: почистить зал и кухню. Без этого нам никто не поверит, что мы снова открыты. Второе: простое меню. Каша, хлеб, похлебка — не роскошь, а хотя бы что-то съедобное. И третье: продукты. Тут без тебя никак, дедушка. Я пока не готова выходить в город, так что эта обязанность пока упадет на тебя.

— Ей и вправду не стоит, она дело говорит, — вмешалась Фиона. — Девчушка совсем забыла про все, пока путешествовала, а ее репутация! Так что пока мы не сможем переодеть ее в новое платье и хоть как-то собрать ее волосы в высокую прическу — никаких походов по магазинам!

Я фыркнула и посмотрела прямо ему в глаза. Он поерзал, расправил плечи, будто его назначили на важное государственное поручение.

— Ты сходишь в город, купишь все необходимое, что я скажу, и… — я замялась, подбирая слова, — попробуешь аккуратно собрать хоть часть долгов.

— Аккуратно? — фыркнул Руперт. — Я не могу собирать долги с этих людей! Я спрашивал недавно, все говорили, что сейчас плохое время и они не могут…

— А у нас хорошее время?..

— Нет, но…

— Уверена, что у каждого найдется хоть пару элов на оплату, не такие уж и большие суммы, а для нас — отличный старт! Действуй без ругани и угроз. Просто напомни: за добро платят добром.

— И церковь не любит должников, — поддакнула Фиона.

— А если они скажут, что денег нет? — ворчливо уточнил он.

— Тогда улыбнись и настаивай. Пусть думают, что у нас за спиной силы куда больше, чем есть на самом деле.

Фиона прыснула со своего места:

— Да-да, Руперт, сделай лицо, будто за тобой стоит целая гильдия наемников. Сразу поверят.

— Тьфу на вас, — дедушка отмахнулся, но я заметила, как в глазах у него мелькнуло довольство.

Ему нравилось чувствовать себя важным и… нужным. Я всегда неловко чувствовала себя в обществе одиноких стариков, чувствуя, что не могу помочь. Я даже не хотела думать, как проводил дни Руперт, ожидая возвращения блудной внучки. Старость в одиночестве, когда внуки, дети где-то далеко — самая страшная участь...

— Это не игра, — тихо сказала я. — Нам нужен хотя бы маленький успех, хоть что-то! Тогда можно будет двигаться дальше и решать уже более глобальные вопросы…

Некоторое время мы сидели молча. Ветер гонял по подоконнику пыль, а в камине тихо потрескивал уголек, словно поддерживая нашу паузу. Я уже прокручивала в голове варианты, как привлечь посетителей, есть ли у нас конкуренты, но для этого мне нужна была Фиона. Хоть привидение и раздражало меня, но я понимала, что она сможет стать моим верным союзником.

Я продолжала сверлить взглядом Руперта, ожидая его ответа. Листочек с должниками лежал напротив него, словно напоминание о том, как НЕ стоит вести дела.

Наконец Руперт поднялся, поправил плащ, взял мешочек с деньгами и буркнул:

— Ладно. Схожу. Но если вернусь ни с чем, виноваты будут они, а не я.

— Спасибо! — я широко улыбнулась и схватила список с тем, что, по моему мнению, нужно нам в первую очередь.

— Что это? — Руперт вглядывался в листок и хмурился. — Какие-то странные символы…

Я замерла, понимая, что я писала на русском. Я вскочила с места и выхватила листок. Все-таки мне хоть в чем-то повезло, и в этом мире у меня по умолчанию был встроен переводчик. Единственное, я не умела писать на их языке и так глупо прокололась. Фиона тихо посмеивалась, наблюдая за мной, и явно дала понять, что выкручиваться мне придется самой.

— Я долго