не нравится мне их внезапное рвение. Как бы не оказалось, что причина кроется в другом.

– А ты что же, отличник, раз вместо учебы тут рассекаешь?

– Ты будто меня не знаешь, – ухмыльнулся Генка. – Нормально все, к концу года подтянусь. Стипендии тут нет – терять нечего, учусь бесплатно, так что мне нет резона напрягаться лишний раз. Нужно получать от жизни удовольствие, пока есть возможность.

– Ага, помню как мы с твоим подходом к жизни на первом курсе чуть с универа не вылетели.

– Брось, Андрюха, то было в прошлой жизни. Теперь совсем другие времена настали. Мы с тобой знаешь каких дел наворотим? Андрюха, Андрюшище, Дрон! У нас все впереди! Нет, за это точно надо выпить.

Генка опомнился и помчался к палатке, в которой продавали напитки. Снова поймал себя на мысли откуда у Вихрева деньги. Буквально через пару секунд с той стороны послышались его недовольные возгласы:

– Как нет алкоголя? Что значит «запрещено на территории академии»?

Вихрь вернулся через полминуты недовольный, но с двумя стаканами напитка.

– Ты представляешь? Средневековье какое-то! Алкоголя у них нет. Я ведь точно знаю, что у нас в академии можно договориться, и тебе в кофе плеснут ложечку-другую коньяка. Не той бормотухи, что нас Толя на день студента угощал, а первоклассной конины! Ладно, держи вот!

Генка протянул мне стакан с мутно-красной жидкостью. Причем, там еще не успела раствориться зеленоватая примесь.

– Андрюх, за ваше попадание в полуфинал! Успеха вам, чтобы в следующих играх порвали всех! – Генка поднял стакан и отсалютовал мне, но я не торопился пить.

– Генчик, не сегодня.

– Ты чего? Там же нет алкоголя. Да не боись, мамка не заругает, – хохотнул Вихрь.

– Не, у меня правило – выходить на арену на пустой желудок. Извиняй, старина, команда ждет.

Что-то в поведении Генки меня насторожило. Чутье псионика подсказывало, что друг заметно волнуется. С чего бы? Неужели переживает по поводу моего предстоящего поединка? Немного подумал и вернулся. Прихватил стакан с напитком и махнул рукой Генке.

– Вот это другое дело, старик! Обязательно выпью за вашу команду, когда выйду за пределы этой обители трезвенников!

На самом деле я не собирался пить. Отыскал Долматова, который вертелся возле входа на арену и отдавал последние указания.

– Евгений Викторович, это вам!

– Что это? – мастер скептически покосился на стакан.

– Угостили настойкой, а мне ведь нельзя. Вот и решил вам передарить. Не пропадать же добру.

На самом деле, я немного рисковал. А вдруг там не настойка, а яд? Хотя, поверить, что Генка может подсунуть что-то опасное для жизни – просто в голове не укладывается. С другой стороны, живая вода под рукой, да и Рославская рядом. Конечно, я не уверен, что после веселой поездки в поезде Ирина Семёновна захочет спасать Долматова, но куда ей деваться? Клятвы Гиппократу в этом мире никто не давал, но свою работу целители выполняют исправно.

– Архипов! – казалось, у Евгения Викторовича вся жизнь пролетела перед глазами. – Ты это правильно сделал, Архипов! Никаких напитков и еды без моего ведома, ясно? А, ну да, ты же так и сделал. В общем, давай сюда!

Долматов выхватил у меня из рук бокал, залпом осушил его и скривился.

– Бодрая дрянь! Чувствую, я сегодня не усну. Где взял?

– Места надо знать…

– Ты мне смотри, Архипов! Если узнаю, что ты принимал настойки, я тебя сам придушу. Ну, давайте в круг, обнялись все, и на арену! Наш выход всего через два поединка.

В этот раз в соперники нам достались ребята из Владимира. Помню их выступление на прошлой неделе, еще тогда я обратил внимание на крепкого псионика в их команде. Парни избрали непривычную тактику боя от обороны. Передняя линия из ратника и механика стояла только ради того, чтобы не пустить нас к задним рядам, где собрались мощные бойцы и главная сила команды. Но и у этой тактики были слабые места, а самой главной бедой было то, что они уже засветили ее на прошлом поединке. Не думаю, что к одной восьмой придумали что-то принципиально новое – будут снова разыгрывать бой от второй линии, вопрос только в том, кто возьмет на себя главную роль в этот раз.

– Ам, дай купол!

Девушка послушно призвала вихрь, который надежно закрыл нас от команды соперника, а заодно дал возможность спокойно поговорить.

– Ребята, не торопимся идти в лобовую – спектр наверняка выставит спереди огненную стену, а пробить их ратника и меха с ходу не выйдет. Работаем по флангам. На меня особо не рассчитывайте, я постараюсь заблокировать их мозгокрута. Глеб, ты как самый мобильный, смещаешься вправо и пытаешься зайти с фланга. Если получится – выноси спектра. Если чувствуешь, что тебя не пускают, не рискуй – быстро смещаешься на наш фланг и бьем уже там. Твоей мобильности ратника хватит, чтобы догнать нашего бронированного механика.

Перевел взгляд на Булычева и выдал приказ ему:

– Гера, идешь в лобовую, но немного забираешь влево. Делаешь вид, что пытаешься зайти с фланга, но не раскатывай губу – они не дураки и не дадут прорваться. Главное, чтобы мы смогли прошмыгнуть у тебя за спиной. Готовься применить альмус при необходимости. Амалия, следишь за их спектром и готовишь нам площадку для прорыва, Поля… лечишь при необходимости и помогаешь удержать псионика, как тогда на дуэли. Работаем!

Вихрь рассеялся, напоследок рванув в сторону противника. Его мгновенно встретил вихрь от спектра владимирцев и тут же рассеялся, потому как повелителю стихий пришлось прикрывать фланг от атаки Глеба.

Волна огня прокатилась по строю, вынуждая спектра распылять свой дар на локальные выпады. О том, чтобы успешно атаковать, не было и речи. Значит атака пойдет через мозгокрута… Эта мысль ворвалась в сознание одновременно со жгучей болью. Конечно же, ненастоящей, надуманной. Вражеский псионик оказался слишком хорош.

– Полина, помогай, не вывожу!

По сути, нам пришлось идти ва-банк – отказаться от лечения наших бойцов, чтобы удержать псионика, а вот у владимирцев целитель активно помогал механику и ратнику сдерживать натиск. Линия боя определилась и выровнялась, оба спектра били по площади, используя контрстихии для подавления дара. Там, где вспыхивало пламя, в тот же час появлялась вода, словно вылитая сверху из ушата, пылевую бурю встречал другой вихрь и наоборот.

С поддержкой Поли противостоять псионику оказалось заметно проще, но судьбу поединка решило умение рукопашного боя. Оказавшись равными по силе в искусстве владения даром, мы победили только за счет физической подготовки и морального настроя.

Первым сдался Булычев. Весь в крови, парень осел на