не перебить. Живите вместе как семья — и всё тут. И вроде бы поняла, что Вадим со мной поступил по-свински, а всё равно считала, что семью нельзя разрушать. А мать с отцом тоже думают, что делают мне добро, отправляя к мужу. Там же квартира, городская, с условиями.

И ради нее я должна терпеть оскорбления мужа?

Ничего во мне к нему не осталось. Никаких чувств. Даже ненависть была бы слишком сильной, даже ее я не испытывала. Ноль эмоций к Вадиму. Только голое презрение. Нежелание даже стоять рядом, касаться, доверять детей. Разговаривать.

Мне мерзко было оттого, что он имел наглость приехать. А родители поддержали, считая, что, раз он вернулся к нам и хочет забрать, можно простить. Мальчик просто оступился, а семью надо сохранить…

Но я же не терпила. У меня гордость есть. И дети не Вадима, между прочим!

Я их должна защитить от него, хоть по документам он еще имеет на нас право.

Как же им всем доказать, втолковать, объяснить свою позицию?

Украдкой в мозг пробралась жалкая мысль позвонить Северову и попросить защиты. Но я ее сразу же пресекла. Сама справлюсь, как-то же без него всю жизнь справлялась. И сейчас не дам себя в обиду.

— А разве это дело — когда у мужа ребенок от другой женщины? — бросила я бомбу, и родители подохренели, а Вадим чутка сбледнул с лица. — А вы думали, почему он меня выгнал? У него в другом городе Мариночка, — рукой показала объемный живот и с победной улыбкой посмотрела на Вадика.

Уж теперь-то настрой родни развернется на сто восемьдесят градусов.

— Это правда, Вадим?! — бабушка подняла палку и, не дожидаясь ответа, как хряснет его по горбине. — Ах ты, кобель! Еще и приехал! Вы поглядите на него!

— Так это меняет дело! — вызверился, в свою очередь, папа. — А я ему еще рюмку предложил, столоваться позвал! Вон пошел отсюда! И чтобы я тебя возле дочки своей не видел!

— Это надо! — мама тоже подключилась. — Да как ты в зеркало смотришь, Вадик? Как по земле ходишь? Жена с детьми, а он… Ой-ой, кто же так делает? Мы вот с Николаем душа в душу, чтобы он хоть раз на кого посмотрел? Да никогда!

Папа как-то странно кашлянул в кулак, потом глянул на маму, хорохорясь.

— Никогда, нет, я никогда ни одним глазом, ни вполглаза. У нас приличная семья.

— Да что вы с ним разговариваете? — бабушка не собиралась давать никому спуску и слушать лишние разглагольствования. — Вышвырнуть — и дело с концом.

— Уберите от меня вашу сумасшедшую бабку! — забухтел муж, прикрылся руками.

Но если он думал, что бабушка его пожалеет, то он плохо знал Капитолину Никифоровну.

— Я тебе покажу сумасшедшую бабку! Я тебя так отделаю, что родная мама не узнает!

И снова пустила в ход свое “оружие”.

Хрясь! Хрясь! Хрясь!

Кто бы мог подумать, что в моей бабушке столько недюжинной силы. Я решила от греха подальше убрать детей в комнату, чтобы их не задела моя воинственная, бабуля, да только не успела.

Вадик оказался проворнее, либо же я просто не ожидала, что он способен на такую низость, как наклониться, нырнуть под палкой бабушки и протянуть руки к моим детям. Я даже не поняла, что он хочет сделать, пока не осознала и не увидела, как он одной рукой хватается за дверную ручку, а другой подхватывает переноску с Дениской.

Шасть!

И вот уже я слышу гулкие шаги на лестнице. Вадим побежал вниз, спеша на всех парах. Страх парализовал на мгновение, а через секунду я уже выбежала вслед за ним. Прямо в чем была, в том и выскочила из квартиры в подъезд. В джинсах, свитере и носках.

Что же он делает? Зачем ему Дениска? Что он хочет сделать с моим сыночком?

— Вадик! Да подожди ты! Ты с ума сошел?! — закричала ему, едва догнала уже у припаркованной возле подъезда машины, попыталась отобрать у него переноску. — Верни мне сына!

Он удовлетворенно, издевательски загоготал, открыв дверь автомобиля, меня же просто оттолкнул в сторону, отчего я завалилась на обледенелую дорогу.

— Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. Поедешь со мной.

И даже мне руки не подал. Я сама встала. Носки сразу же промокли, и ногам стало холодно, но я отсюда без своего мальчика не уйду.

— Да зачем мне с тобой ехать? Ты же меня сам выгнал, так зачем вернулся? Ты хоть это объяснить можешь? Как же твоя беременная Марина?

На лице мужа мелькнуло что-то недоброе, но сказать он ничего не успел. Открылась дверь подъезда, ко мне на помощь уже спешила родня. Но первым рядом нежданно-негаданно оказался Северов.

От шока я даже не знала, как реагировать. Откуда он тут? Я его что, намечтала?

Зато он знал.

— Эля, быстро в дом! — скомандовал так, что даже и мысли не возникло пререкаться, в руках у меня оказалась переноска, которую он вырвал из рук Вадима, а тот только глазами хлопал, также не понимая, откуда вдруг у меня появился защитник.

Кипящий от бешенства майор. Тот, который всё разрулит. Без вопросов.

Глава 14

Эля

Не помню, как оказалась в подъезде, но пять лестничных пролетов мы с родителями преодолели в рекордно быстрое время. Я суматошно забежала домой, и не знала, что делать первое время. Просто металась из одного угла квартиры в другой, нервно жуя свои губы и вибрируя всем телом. Не понимала природу этой дрожи. Боялась ли я за кого-то? Точно не за себя и своих деток. Больше не боялась. Как только увидела Гордея, страх исчез, а на его место пришел какой-то странный трепет.

— Да что же там происходит, скажите хоть кто-нибудь? Это Вадик так орет? — распереживалась мама, хватаясь за сердце.

— Не Вадик, — известил папа, стоя в кухне и поглядывая в окно, выходящее прямо во двор. — Вчерашний залетный… Отец наших внуков, настоящий который.

— Позор, Коля, какой позор, — мама уже хваталась за голову, стала мельтешить у меня перед глазами. — Они же сейчас весь двор на уши поднимут. Что соседи подумают?

— А тебе не всё ли равно? Не впервой же, Валь, — ухмыльнулся папа, как-то странно посмотрев на меня. — За нашу красавицу дочь в прошлом парни и похлеще грызлись. А эти культурные какие-то попались, городские же, до мордобоя, думаю, не дойдет.

— Да хоть бы уж дошло, — проворчала кровожадная бабушка Капа, силясь разогнуть свою трость, которая погнулась о спину Вадима. — Хоть бы этому кобелю проклятому прилетело