— А что?

— А то. Что я пришла в гости к нашей дорогой Вике, когда у нее дома отгремел грандиозный скандал. Вика была вся зареванная с совершенно опухшими от слез глазами. Что безусловно придавало еще большей пикантности ее внешнему виду.-И что это был за скандал?

— Грозный мистер Потоцкий отчитался своей дочери о своей встрече с неким Виктором Анохиным. И о том допросе которому он подверг этого негодяя. Еще он рассказал, что негодяй Анохин страшно перепугался и долго просил прощения за свои пакости. И в итоге клятвенно заверил лично подполковника Потоцкого, что он не посмеет больше подойти к его дочери ближе чем на пушечный выстрел. Это правда, Витя? Такой разговор имел место? И ты правда дал подобное обещание Льву Арнольдовичу?

— Разговор да, был. И обещание такое я действительно дал. Но все прочее очень сильно преувеличено. И что же Вика? Почему она так расстроилась? Непонятно.

— О, Вика закатила своему папаше просто-таки грандиозный скандал. Она заявила ему, что он все неправильно понял и, что она хотела совсем другого. Что он должен быть благодарен тебе за спасение своей дочери. И что он должен немедленно все исправить и забрать свои слова обратно. Короче по ее словам он чуть ли не заставила Льва Арнольдовича немедленно разыскать тебя и просить прощения может быть даже на коленях.

— Я вчера видел Потоцкого только один раз. Больше мы не встречались

— Еще бы вы встретились. Лев Арнольдович как следует психанул, хлопнул дверью и скрылся в своей комнате. А я потом битый час выслушивала завывания Потоцкой — младшей про то, что какие у нее тупые предки и как они все не правильно поняли. В общем попал ты Анохин. Судя по всему Потоцкая втрескалась в тебя по уши! Особенно после этого инцидента в аллее. Не удивлюсь если скоро к тебе вновь пожалует Лев Арнольдович, с просьбой-приказом немедленно восстановить прежнее общение с его ненаглядной дочкой!

— Да не было никакого такого общения. Пока во всяком случае. Мы даже в кино ни разу не сходили. Только собирались.

— Это никого больше не волнует. Я уже говорила тебе, Анохин, что после того, что случилось, ты как честный человек просто обязан женится на Потоцкой!

— Слушай, Сомова, а тебе, что за радость, меня за свою подругу сватать? Что это ты в свахи подалась?

— Душевные терзания моей любимой подруги причиняют мне боль. Это раз. Кроме того женитьба на прекрасной во всех отношениях Виктории Потоцкой возможно избавит тебя, Анохин, от пагубных ошибок в личной жизни. Это два. А особенно предотвратит твои связи с некоторыми несознательными и морально нестойкими студентками филологического факультета. Так понятно?

— Что ты городишь Сомова? Какие такие студентки филфака? Да я оттуда почти никого и не знаю. Что у тебя за фантазии?

— Я хочу предупредить тебя всего лишь о твоих очень вероятных ошибок в будущем. Которые могут обойтись тебе очень дорого.

— А ты у нас кто такая, что мое будущее знаешь? Или опять какой-то вещий сон увидела?

— Вещие сны я вижу такие же в точности как и ты. Похоже источник вещих снов у нас с тобой один. А в остальном не хочешь мне доверять, не доверяй. Тогда забудь, что я тебе тут наговорила. И вообще мы уже давно пришли. Не знаю, как ты, а я сюда пришла не лясы точить, а жрать. Скоро перемена уже закончится, — Алена отвернулась от меня, открыла дверь и вошла в кафе.

Подумав над словами Алены, я все же решил, что каких-то больших оснований для беспокойства у меня не имеется. Вряд ли подполковник Потоцкий будет докучать мне. Что же касается Вики, то с ней я надеялся быстро уладить возникшее недоразумение, тем более, что никаких отношений у нас и возникнуть не успело. Про себя я решил держаться от Потоцкой от греха подальше. Впрочем совсем скоро оказалось, что мои расчеты не выдержали столкновения с реальностью.

Глава 9

Через два дня в четверг, когда я с моими соседями по комнате в общежитии придавался увлеченно процессу поглощения со сковороды жареной картошки, вдруг раздался стук в нашу дверь, она открылась и в комнату вошел молодой милиционер с погонами лейтенанта и что называется при полном параде. Смерив всех присутствующих в комнате хмурым взглядом он спросил отрывистым голосом:

— Кто здесь Виктор Анохин?

Я приподнялся со стула и произнес:

— Виктор Анохин это я. А в чем дело товарищ лейтенант? И кто вы собственно говоря такой?

— Лейтенант Дружинин,- представился милиционер,- мне нужны вы, Анохин, у меня к вам серьезный разговор. Наедине.

— Нет проблем лейтенант. Наедине так наедине. Присаживайтесь пока вон хотя бы на ту кровать. Шинель можете снять. Сейчас мы с моими товарищами закончим процесс приема пищи и они оставят нас наедине. И мы сможем поговорить. Надеюсь вас устроит такой вариант?

Дружинин ничего не ответил на эти мои слова. Он прошел к ближайшей кровати, сел на нее и не снимая шинели стал ожидать, когда мы закончим процесс поедания жареной картошки.

Через несколько минут процесс завершился. Мои соседи покинули нас. Я повернулся лицом к молчащему Дружинину и сделав любезное выражение лица спросил его:

— Ну вот, я освободился. Так какое, такое дело у вас ко мне? Я готов выслушать.

Дружинин смерил меня взглядом в котором отчетливо сквозила неприязнь и сказал:

— Слушай Анохин, отстань от Вики Потоцкой! Ты меня понял? Отстань, а не то очень здорово пожалеешь!

— Что? — от изумления я едва не свалился со стула,- я не понял тебя лейтенант! От кого я должен отстать? Повтори!

— Не прикидывайся дурнем Анохин,-процедил недружелюбным тоном Дружинин,- хотя если ты плохо слышишь, то так уж и быть повторю специально для тебя. Отстань от Вики Потоцкой. Прекрати ее преследовать. Если ты этого не сделаешь я устрою тебе очень крупные неприятности. Ты потом можешь очень сильно пожалеть, что не послушал меня. Теперь тебе понятно?

— Теперь понятно. Непонятно правда другое. Откуда у тебя такие полномочия, чтобы требовать у меня, чтобы я как выражаешься ты «отстал’от Вики Потоцкой? И главное: я впервые слышу, чтобы я как ты выражаешься 'преследовал» ее. Ты меня, лейтенант, часом не с кем не спутал?

—