— зарычал тёмный, извиваясь в оковах дара Виктории, как уж на сковородке, изо всех сил пытаясь увернуться от мерцающего светлячка, который вился вокруг него, оставляя на теле демона едва различимые следы обжигающего жара. — Это не так работает!

Черногвардейцева, слегка нахмурившись, перевела взгляд на СБшника, невольно признавая очевидную правоту беса. Это понимал и сам Святогор, но отказываться от эксперимента был не намерен — их работа однозначно требовала не только времени, желания и усидчивости, но и немалой фантазии в вопросах подхода к задаче, ведь почерпнуть опыта им сейчас было не от кого. В целом же… мужчине откровенно трудно давалось учить девушку пользоваться чужим для него даром, но понимая общие принципы работы стихий и не раз наблюдая как со своим даром справлялся Алексей, безопасник пробовал как ему казалось лучшие подходы.

— Твоя задача — заставить его подчиняться тебе, — не обращая внимания на корчащегося в воздухе беса, произнёс Святогор, заглядывая княжне в глаза.

Тёмный, к слову, продолжал с гневом на лице предпринимать настойчивые попытки сбежать от происходящей экзекуции. Лицо перекошено, челюсти стиснуты, он извивался в воздухе, тщетно пытаясь уклониться от блекло мерцающего светлячка, который неумолимо обжигал его периодически рассеивающийся силуэт, оставляя за собой следы едва различимого дыма.

Виктория же, сидевшая в классической позе лотоса, вся была сосредоточена на процессе. На лбу блестели капельки пота, нижняя губа прикушена, а её взгляд время от времени срывался с мелькавшего в воздухе светлячка и скользил к лицу страдающего беса. В этот момент в её глазах вспыхивала жалость.

— Не жалей его, раз он тебя не слушается, — бросил Святогор, прочитав эмоции княжны почти мгновенно. — Надумает сотрудничать — тогда, возможно, и пересмотрим методы.

Но прежде чем Виктория успела что-то ответить, атмосферу комнаты нарушило внезапное движение воздуха — в паре шагов от них, прямо на ковре, внезапно материализовалась женщина. Красивая, эффектная брюнетка, словно сошедшая со страниц какого-то глянцевого журнала: чёрные кожаные брюки обтягивали длинные ноги, а корсет, поддерживающий пышную грудь, подчёркивал талию и создавал невыносимо соблазнительный для мужского взора силуэт.

Она появилась как тень, как запах дорогого парфюма в толпе, и тут же окинула взглядом Викторию с выражением лёгкой, чуть ли не сестринской заботы.

— Ты всё неправильно делаешь, госпожа, — произнесла демоница, оглядывая девушку и мягко улыбаясь. Говорила она легким, бархатистым голосом, совершенно не обращая внимания на лицо нахмурившегося сбоку мужчины. — Это не принесёт нужного результата.

— О, ты-то мне и нужна, бесовка, — холодно произнёс Святогор, и глаза его хищно сощурились. Безопасник вытянул руку, в ту же секунду охватывая демоницу щупальцами своего дара.

Тёмная, впрочем, даже не вздрогнула. Не попыталась сбежать. Не выказала и малейшей попытки вырваться. Вместо этого её глаза, чёрные как смоль, уставились прямо на своего пленителя, и на лице её появилась игривая усмешка:

— Отстань, Святик, не раздражай мне нервы, — сладко пропела она, лениво оглядев начальника безопасности рода.

— Ничего не хочешь нам рассказать? — нахмурившись, проговорил Святогор, не отпуская хватки.

Виктория, забыв о своём задании, уже несколько секунд молча наблюдала за происходившей сценой. Трое бесов, которых она до этого удерживала своей волей, затрепетали в попытке вырваться под шумок, но ни у одного из них ничего не вышло.

— Не-а, не хочу, — весело бросила демоница и скосила взгляд вниз. В область чуть ниже пояса Святогора.

— Ты куда смотришь, сте…

— Тщ-щ-щ, сладенький, не бузи, — шепнула она, подмигнув и слегка наклонившись вперёд. Следом, едва заметным движением головы бесовка указала на его пояс, после чего с лукавым выражением лица добавила: — У тебя там ширинка расстегнулась. Ты настолько рад меня видеть?

На мгновение наступило полное оцепенение. Даже Виктория приоткрыла рот, удивлённо глядя то на одну, то на другого.

— Что? Да ничего у меня… — начал было Святогор, опуская взгляд вниз, но запнулся на полуслове, заметив между скрещёнными ногами небольшой бумажный свёрток, — … не расстегнулось, — всё же закончил он и потянулся рукой к бумаге.

— Потом потискаешь себя, Святик, — мурлыкнула демоница, шлёпнув мужчину по руке. Её движения были грациозны, а тон — насмешлив и игрив, но вместе с тем взгляд демоницы… её взгляд был отнюдь не весёлым. Следом повернувшись к Виктории, тёмная сменила тональность, добавив в голос теплоты: — Моя ты хорошая, незачем тебе так пытать этого бедолагу. Таким же макаром ты могла бы просто отрывать от него по куску плоти с помощью телекинеза — если уж стоит задача заставить его повиноваться через боль.

— Вот именно, что я хочу научиться даром, Кали… Но у меня не выходит, — нахмурившись, произнесла Виктория, чуть прикусив губу. В её голосе прозвучало настоящее отчаяние, не только на собственную несостоятельность, но и на общую неясность происходящего. — Где Лёша? Почему он не возвращается домой столько времени? Мы не видим его на занятиях в университете. Он перевёлся в другую группу? Он про меня забыл⁈ Что с ним вообще такое происходит?

Вопросы сыпались как из рога изобилия, а лицо княжны тем временем искажалось от проникающей наружу обиды.

— Его Светлость сейчас очень занят, госпожа, — уставившись в глаза девушке, начала отвечать Кали. Казалось, будто она говорила заученные фразы, и даже не пыталась звучать искренне. — Я не ведаю о его планах, но обязательно передам твоё беспокойство. Возможно, вы уже очень скоро увидитесь. Что касается дара… — поспешно продолжила демоница, предупреждая ряд желающих вырваться изо рта девушки вопросов. — Видишь ли, для выполнения твоей задачи нужна только ментальная работа и концентрация на своей стихии. И вовсе не нужно выделять чистую энергию, хотя, признаю, тренировка с ней тоже невероятно полезна.

Демоница чуть склонилась к Виктории и указала пальцем на вернувшийся к её ладони светлячок. Маленький, почти невидимый, он дрожал в воздухе, испуская слабый свет.

— Если ты смогла вызвать это — значит, ты уже прикоснулась к своей стихии. Ты чувствуешь её, Виктория. Теперь нужно познать другую грань своего дара. Когда у тебя это выйдет, тогда не придётся делать больно бесам, чтобы они подчинялись. Ты им просто прикажешь.

— Но откуда ты всё это знаешь? — задумавшись, произнесла княжна, уставившись на поднимающуюся на ноги демоницу. Она знала, что Кали не просто демон — она особенная, приближённая к Алексею.

— Ах, милая… — с мягким смехом отозвалась бесовка, оглядывая аристократку. — Я, если ты забыла, как-то раз