красивые, на губки Марла облизывается. Пальцы, опять же. Бровки мы тебе подрисуем, одежду подошьем.

– Нет.

– Что – нет? – Чуть раздраженно произнесла Агнес. – Не будь тупицей, солдат. Твою самоволку давно обнаружили, на все посты передано твое описание. Тормознут автобус – возиться не станут, выволочат из клетки в другую, железную. Даже если ты вор, а не убийца – тебе не жить, дорогой. Мы же предлагаем тебе три недели безопасности. – Стал ее тон вкрадчивым. – В Сан-Фрациско Гретту никто не знает. А с задачей мы с Марлой вдвоем справимся. Посидишь в келье, отъешься, отоспишься, отмолишь былое, подумаешь о жизни своей… Через три недели мы тебя отвезем обратно до этой твоей объездной и посадим на нужный тебе автобус. Патронов на расходы дадим, одежду сменную, подорожную от ордена. В Рино с приором сами объяснимся, она женщина умная. А в Сан-Франциско нам скандал не нужен, понимаешь?

– За что хоть убили? – Буркнул я, пытаясь выгадать себе время на размышления.

– Тебе это не интересно.

– Если мне ее играть – очень интересно.

– Очень активная и настойчивая дамочка, – посуровев, произнесла Марла.

– Марлу домогалась. – Ответила Агнес. – Не из нашего прихода. – Словно в оправдание добавила она.

А вот и повод отказаться. Нормальный, понятный им повод – не тупое «нет», после которого, скорее всего, меня выкинут из окна, чтобы молчал.

Все-таки, духовенство – должны понимать, что примерять на себя личину столь низкого человека можно и не захотеть.

– А у нее пальцы холодные и ногти нестриженые, – с возмущением пожаловалась мне блондинка.

Так, побоку мораль – это вообще мимо.

– Уважаемые, – вздохнул я. – Никто меня не ищет. Одежда – не моя, я ее выменял вместе с оружием. Ни крови, ни воровства за мной нет. Мне ваше предложение понятно, и я хотел бы избежать конфликта после моего отказа.

– Так не отказывайся, – откинулась на локти Агнес. – Не будет и конфликта.

– Стой, – замахала руками Марла. – Ты не слышишь, разве? Мальчик тебе говорит, что цена маленькая.

– Это где он такое говорит? – Удивилась та.

Я тоже вопросительно поднял бровь.

– За мальчиком никто не гонится. А ты ему предлагаешь поработать три недели за еду и постель, – с укором посмотрела блондинка на подругу. – Разве это честная оплата?

– Хорошо, и что ты предлагаешь? Еще патронов, еще документов и еще больше безопасности? – С сарказмом отозвалась Агнес. – Что еще ценного может быть?

– А ты внимательно посмотри на мальчика. Он ведь такой хрупкий, такой беззащитный.

Я озадаченно потер стволом пистолета лоб над переносицей.

– Давай предложим ему возвышение?

– Не жирно ли будет? – Отражая сомнение, спросила брюнетка. – За то, чтобы спать и есть целый месяц?

– Зато он будет спать и есть со всей отдачей! Особенно спать! – Подалась вперед Марла.

– Мисс… – Откашлялся я. – Леди… Мне не надо, это у меня уже есть. – Добавил я с оттенком угрозы.

А то совсем меня не воспринимают как опасность. А так – может, разойдемся все же на словах.

– Тогда орден обещает тебе новую ступень возвышения.

– Марла!

– У меня есть такие полномочия. – Проигнорировала та, продолжая смотреть на меня.

– Что, бумажку мне выпишите? – Хмыкнул я, внутренне забавляясь. – Сертификат на обещание?

– Документ ордена с печатью. Предъявишь в любом городе, где есть наш монастырь. Это щедро, признай.

– Это слишком щедро. – Подготовился я отказаться.

Потому что за такой документ, предъяви я его и обозначь свой ранг, молча закопают. Не было меня, не приходил такой – я ж их нищими оставлю.

– К сожалению, у нас не так много времени. Ты подвернулся весьма удачно.

– И все же, я вынужден отказаться.

По комнате словно сквозняк прошел, а Марла исчезла со своего места, внезапно оказавшись совсем рядом со мной – я чувствовал ее дыхание на своей щеке.

– Пойми, мальчик. – Шептала она с нежностью. – Скоро по карте удобная речка, а через нее высокий мост. В речку мы должны будем скинуть тело в твоей одежде.

Вновь порыв ветра – холодный, резкий, обмораживающий только что согретую дыханием щеку – и Марла уже с другой стороны.

– Если ты согласишься, под видом тебя – туда отправится Гретта… Не отказывайся, прошу… Не доводи до греха – дай нам честно заплатить тебе…

– Водитель не поймет…

– Водителю скажем, что мы развлекались, – хихикнула она.

– Но убивать – это же грех… – Сглотнул я тяжелую слюну.

– Нам все прощено. – Как само собой разумеющееся, произнесла Марла. – Как воинам Его.

Гребанные монахини, гребанный орден…

Орден… Орден… Что-то знакомое…

– А вы знаете Лин Гарсия Диаз? – Вспомнил я имя подруги.

Три года назад Летка говорила, что та как раз в каком-то монашеском ордене.

– Ты смотри, даже в этой дыре слышали о славном коммодоре Диаз. – Хмыкнула с койки Агнес. – Даже имя знает.

– Я большой фанат, – кивнул я, не дав изумлению отразиться на лице.

– Тогда соглашайся. Если повезет – даже увидишь ее лично.

– Не только увидишь! Гораздо больше! – Возмутилась Марла, вновь сидя на койке.

Ну и талант у нее, конечно…

– Когда мы справимся с миссией, коммодор лично вручит нам награды!

– Марла, не загадывай… – Поморщилась брюнетка.

– Что? Мы да и не справимся?!

– Справимся-справимся. Только не гневи небеса гордыней.

– Так что, Генри? – С интересом смотрела на меня блондинка, накручивая на пальчик прядь светлых волос.

– Я согласен.

Глава 2

Гретту переодевали без меня. Я, скинув одежду и оставшись в одних трусах, старался в ту сторону даже не смотреть.

Хотя Марла тормошила постоянно, заставляя на нее оборачиваться – а там что-то да попадало в поле зрения.

Судя по цвету кожи и ловкости, с которой возилась Агнес на полу, конфликт произошел не так, чтобы и давно. Хотя дорога тут тоже не самая дальняя…

– Трусы тоже надо снять, – пошла на новый заход Марла. – Вот, выбирай, – стараясь сохранять серьезное выражение лица, показала белые и алые кружевные трусики.

– Это ведь твои. – Отозвался я без особенного энтузиазма.

– Почему? – Надула она губки.

– Тебе бы они подошли.

– Ой, правда? А какие лучше? А давай я примерю, и ты скажешь?

– Марла, я тебя прошу, не над трупом! – Застонала Агнес.

– Хорошо! Но пусть наденет лифчик!

– Нет, я не стану его надевать. – Терпеливо и в двадцатый раз повторил я.

– У Гретты была грудь!

– Гретту никто не знает. Так что будет плоской, как лунная поверхность. Закрыли вопрос.

– А чулочки, давай примерим чулочки? – Блестела глазками блондинка.

– Мисс, у вас в детстве была кукла Барби? – Со вздохом уточнил я.

– Ага! И даже Кен! – Марла приблизилась и зашептала на ушко. – Ты бы знал,