стол к хирургу? — спросил он, наколдовав магические веревки, которые связали цвергу руки.

— Мог бы сделать это прямо здесь, но вряд ли зрелище понравилось бы остальным, да и вам, наверное, тоже.

— Честно говоря, не люблю цвергов, а особенно распотрошенных, — Карлфрид поморщился. — Мерзавец, возможно и заслужил подобное, но вам по статусу таким заниматься однозначно не положено.

Я глянул на мага со скепсисом и перевел взгляд на компанию Вальтрама.

— Ничего не хотите сказать? Выразить возмущение тяжелыми условиями работы? Низкой зарплатой? А, кстати, сколько они получали, господин Эрц?

— В зависимости от часов в смену. Но со всеми переработками и премиями порой выходило больше десяти тысяч марок в месяц.

— Однако! — только и сказал Карлфрид. — Если бы всем стало известно, сколько получают работающие «на дракона», тут бы отбоя не было от желающих.

Гномы стояли, сгорая от стыда, и даже цверги стали испытывать неловкость. Я обвел их взглядом.

— Так кто-то знает, куда возилось украденное? И сколько из этого вы забирали себе?

— Мы всё вернем, Ваше Величество… — сказал кто-то из цвергов. — Мы ничего не тратили, просто копили… Вальтрам отдавал двадцатую часть от всего добытого. Но свою долю он вывозил сам.

Я переглянулся с Дагмаром и Карлфридом. У нас у всех на лицах было недоумение.

— Каким образом Вальтрам вывозил свою долю? Точнее, как он справлялся с этим в одиночку?

— Мы только помогали ему загрузить грузовик. Он сам же его и вел. Пропадал на неделю, затем снова возвращался.

— Но у меня пропусков работы не отмечено, — хмуро сказал Эрц. — Подделывали журнал присутствия на рабочем месте?

Они только виновато опустили взгляды. Эрц вопросительно поглядел на меня.

— Что мне с ними делать, Ваше Величество? Если их будут судить по закону, то упекут за решетку до конца жизни.

Я в свою очередь посмотрел на Карлфрида.

— В отношении цвергов и гномов действует общее законодательство?

— Что-то вроде того. С небольшими поправками, учитывающими принадлежность виновного к тому или иному волшебному народу. Как альтернатива, насколько я помню, предлагаются пожизненные работы в том месте, которое пострадало, но уже без оплаты труда — только минимальная сумма, которую хватает на жизнь и поддержание здоровья.

— И эта поправка касается только гномов, — вставил Эрц, недобро посмотрев на компанию Вальтрама. — С цвергами можно обойтись куда более сурово, например, превратить их работу в каторжную. Вы ведь сможете наколдовать кандалы и цепи, Ваше Величество?

— Уверен, у вас свои где-нибудь найдутся. Подозреваю, что вы давно сами хотели это сделать, — ответил я. — Только сперва позаботьтесь, чтобы это ворьё вернуло всё награбленное в шахту.

— Разумеется.

Пока гномы разбирались с цвергами и своими нечестными собратьями, а Карлфрид помогал временно связывать всех магическими путами, я пошел к пленникам, внимательно следившим за происходящим. Маргарете, сидевшая в шубке, с нетерпением поерзала, когда я подошел к ней. Но первым я освободил Ноткера, шепнув заклинание и превратив путы в пепел. Кобольд вытащил кляп изо рта.

— Как же я рад вас видеть, Ваше Величество, — произнес он.

— Не знал, что магия цвергов сильнее магии кобольдов, — заметил я.

— Скорее сильнее их вредоносная магия, — Ноткер сконфузился.

Я застыл над Маргарете, не торопясь ее освободить. Радость на ее лице сменилась недоумением и она вновь поерзала на месте, всем видом показывая недовольство тем, что до сих пор не освобождена.

— Так-так-так, — произнес я, прищурив глаза, пересчитал гномов. — Надо же, тут ровно семь гномов. Ну и кто после этого теперь Белоснежка?

Увидев, как бледные щечки Маргарете краснеют, я со смешком освободил ей руки и осторожно извлек кляп.

— Наконец-то, — произнесла она смущенно, потерла занемевшие запястья.

— Спасибо, Ваше Величество, — поблагодарили освободившееся гномы. — Можем мы быть вам чем-нибудь полезны?

— Нет, спасибо. Идите к господину Эрцу. И передайте ему, чтобы он вас наградил за то что вы составили компанию моей супруге и дал пару оплачиваемых выходных.

Гномы, довольные подобным поощрением, еще раз поблагодарили и направились к остальным. Маргарете поднялась и я, приобняв, потрогал ее щеки.

— Не замерзла тут? — спросил я.

— Замерзла, даже шуба не спасала, — она прижалась ко мне, запустив свои ледяные ладошки мне за пазуху. — Эти варвары-цверги даже чая не предложили, чтобы согреться!

— Меня тоже хочешь за компанию заморозить?

— Угу. Ты почему так долго сюда добирался, Харди? Ты же вчера сказал, что вернешься быстро. Ты не искал меня вчера? — Маргарете посмотрела на меня с подозрением.

— Пришлось задержаться в Праге — мы только утром вернулись в Хоэцоллерн. Зато раскрыли с Карлфридом политический заговор.

Маргарете посмотрела на меня недоверчиво.

— Чистослав Черный умудрился вытащить в Прагу российского императора, договорившись с премьер-министром, что Богемия отойдет Российской империи.

Недоверие в глазах моей супруги сменилось возмущением.

— Этот проклятый Чистослав заслуживает смертную казнь!

— Это будет решать Объединенный совет, — я поглядел на внимательно прислушивавшегося к нашему разговору кобольда. — Ноткер, чай тут сможешь наколдовать для нас? И плесни туда что-нибудь покрепче.

— Если вы нейтрализуете защитную магию от кобольдов.

— Погоди-ка, сейчас сделаю, — я вывел в воздухе несколько заклинаний. — Теперь можешь?

— Да, спасибо, Ваше Величество, — а то было такое чувство, что меня лишили рук.

Ноткер наколдовал две кружки чая, протянул нам. Маргарете торопливо пила маленькими глотками.

— Так откуда ты знаешь того цверга? — спросила она.

— Долгая история. По пути домой расскажу. И пойдемте уже отсюда — нам наверх еще больше часа подниматься. Странно, что тут нет нигде подъемников.

— Есть, — тихо отозвался Ноткер. — Эти бунтовщики и разбойники вывели все подъемники из строя. А господин Эрц об этом умолчал, поскольку всё это остановило работу на шахте минимум на неделю. Боится, что вы рассердитесь.

— Хм.

— Харди, сделай вид, что ничего не знаешь, — попросила Маргарете. — Господин Эрц очень милый, он подарил мне кучу драгоценностей. Кстати, надо не забыть забрать.

— Подарил?

— Ну, формально, они, конечно, принадлежать тебе, — Маргарете хитро улыбнулась и чмокнула меня в щеку.

Через пару минут мы уже всей толпой шли наверх. Вальтрама для большей безопасности привязали веревками к себе два гнома и теперь шли по бокам от него, словно два тюремных конвоира. Подавленный