следующей жизни вы будете вместе. Как богиня любви, я могу обещать тебе это. А сейчас уходи за ней.

Элина нажала на перстень, отравленная игла кольнула графа в шею. Обмякнув, Гиль опустился на пол, по-прежнему крепко сжимая в объятиях жену.

– Сбылась мечта Энтариса, – ехидно прокомментировал Рейль (Рик) поступок сестры и почесал выглядывающий из-под кровящей повязки на голове кончик уха.

Энтарис же, ничего не замечая, сгорбился в кресле, мрачно разглядывая перстень с ядом. У него, обожающего себя и собственную роскошную жизнь, была серьезная проблема – необходимость умирать. Но, как истинный сын Альвиона, он не видел альтернативы.

– Ну, пока, ребята. Надеюсь, встретимся, – улыбнулся король и обратился к дочери: – Элина, яд в твоем перстне еще не кончился?

– Там много, папочка. Хватит на всех, – вежливо ответила принцесса. – Хочешь им воспользоваться?

– Да, – Лимбериус протянул дочери руку, – я хочу, чтобы это сделала ты.

– До свидания, папа.

Принцесса нежно коснулась губами щеки отца и надавила на перстень. Игла вошла в запястье короля. Подхватив тело Лимбериуса, женщина бережно опустила его на ковер.

– До встречи, братья! Дартен, за тобой должок – четыре бутылки красного, помнишь? Элина, сестра, пока! – Алан похлопал всех по плечу, чмокнул сестру в щеку и обратился к Брианэлю: – Помоги мне уйти.

Тот твердо кивнул, достал кинжал и точным быстрым ударом вонзил его в сердце брата. От руки Брианэля, бога войны, если он того желал, смерть наступала мгновенно и безболезненно.

Альтен (Мелиор) обвел взглядом родственников, отвесил братьям легкий, но очень изысканный поклон, улыбнулся сестре, опустился в кресло, привычно приняв элегантную позу. Достойный вид бога ничуть не портил запачканный кровью камзол. Выдавив из перстня с крупным сапфиром каплю бесцветного яда, Альтен слизнул ее. Вскоре острый взгляд принца затуманился и тихо угас, голова бессильно откинулась на спинку кресла.

– До свидания. – Тэниор (Тэодер) окинул всех прощальным взором, надолго задержав его на Элине, и повернулся к Брианэлю: – Окажи мне услугу, брат.

– Мне тоже, – тут же хором сказали Неаль (Ноут) и Меарен (Ментор), будто по молчаливой команде становясь рядом с Тэниором, как всегда следовали за ним в любом из дел.

Три раза взмахнул кинжалом Брианэль. Три тела опустились на ковер.

– Всем до встречи на другом берегу! – воскликнул огненно-рыжий Рейль. – Пока, сестра, милая!

Он потянулся к губам девушки. Та, как ни странно, не увернулась, как обычно подставляя щеку, а позволила брату поцеловать себя. Насладившись последним, а оттого еще более сладким поцелуем, Рейль вытащил из королевского бара бутылку своего любимого крепкого винца и бокал. Наполнив его до краев, бог всыпал порошок яда, взболтал и не спеша выпил до капли.

– Всем пока! – Дартен (Элтон) изобразил небрежный круговой поклон. – Кстати, какие такие бутылки я тебе должен? Не помню, – обратился он к трупу Алана. – Ладно уж, потом разберемся, если сам вспомнишь. Подсоби, брат, – подошел Дартен к Брианэлю, выполняющему сегодня роль Смерти.

Энтарис с усилием встал, обозрел бедлам, устроенный братьями из торжественной гибели, и неодобрительно качнул головой. Потом не торопясь дохромал до бара, выбрал бутылку отменного красного вина, хрустальный бокал, вернулся, аккуратно огибая тела Алана и Рейля, в кресло и, последовав примеру рыжего, выпил яд.

Эллар (Лейм) со слезами на глазах посмотрел на Элину и, не заботясь о том, услышит ли его кто-то кроме кузины, выпалил:

– Надеюсь, мы встретимся, любовь моя!

– Конечно, милый, – ласково улыбнулась и кивнула кузену принцесса.

– Отправь меня сама, пожалуйста, – взмолился Эллар, подходя к ней.

Элина подарила ему на прощание сладкий поцелуй и легонько кольнула иглой в шею. Словно заснув в объятиях кузины, Эллар обмяк. Богиня медленно опустила брата на пол и в последний раз провела рукой по мягким кудрям.

– До встречи, сестра. А мне не подаришь поцелуй напоследок? – блеснул Рейджильд (Джей) кривоватой нервной улыбкой, отвлекая богиню от прощания с кузеном.

Вместо ответа девушка обняла его, и их губы слились. С неохотой оторвавшись от манящих уст богини, Рейджильд достал собственный любимый кинжал и молча протянул его Элине рукояткой вперед. Приняв оружие, принцесса вернула его брату, вонзив в сердце.

– Брианэль, – обратилась девушка к мужу – последнему, кроме нее, живому члену семьи. – Я рассчитываю на твой клинок.

Мужчина мрачно кивнул, принимая просьбу как последнюю обязанность и честь, поцеловал жену, глубоко вздохнул и мгновенным ударом кинжала оборвал ее жизнь. С тоской обозрев зал, напоминающий теперь поле боя, Брианэль вынул из ножен верный меч и вонзил его себе в живот, резко повернув. Бог лег рядом с женой и еще успел холодеющими руками обнять тело любимой…

Пошатнувшись от внезапно спавшего напряжения, когда видение оборвалось, принцесса с братом переглянулись. Элия, вздрагивая, молча прижалась к груди Джея. Он нежно, но очень крепко обнял ее. Сейчас, как никогда раньше, сестра была ему особенно дорога.

– Теперь мы действительно знаем все, – тихо прошептала девушка и улыбнулась сквозь слезы.

Бережно собрав пальцем несколько ее драгоценных горячих слезинок и выпив их, принц кивнул. Его и самого все еще бил озноб после увиденного, ведь не каждый же день доводится попасть на премьеру документального фильма о собственной кончине.

– Пойдем в наши комнаты. Больше здесь делать нечего, – горько прошептала Элия. – Но Кальтис должен заплатить, заплатить за все, – добавила она, и на сей раз в тоне принцессы была не горечь, а холодная звенящая ненависть, приговор убийце семьи.

Джей снова угрюмо кивнул.

Оставив позади мрачный зал видений, лоулендцы двинулись обратно. Принц осторожно поддерживал сестру под руку.

У входа в отведенные им апартаменты девушка заметила вездесущего Пирата, умудрившегося каким-то образом приоткрыть дверь и выбраться на свободу, ладно хоть Апельсинка с семейством за ним не последовали. Кот, гордо задрав хвост, с крайне деловым видом изучал свои новые владения. Особенно его заинтересовала простая ниша, в глубине которой находился магический светильник. Левая стена этой ниши, казалось, с неодолимой силой притягивала кота.

– В чем дело, Пират? – спросила Элия, наклонившись и поглаживая его по спине.

Кот внимательно посмотрел на девушку и принца и, мяукнув, поскреб лапкой каменную кладку.

– Кажется, стоит взглянуть на эту стеночку, – решил Джей.

Мужчина зашел в нишу, чуть прищурившись, внимательно осмотрел кладку, потом протянул руки, и его чуткие пальцы осторожно заскользили по камням. Раздался еле слышный щелчок, и кусок стены медленно повернулся, открывая дорогу в темноту.

– Возвращайся назад, Пират, – обратилась Элия к коту, выполнившему роль Вестника Случая. – Мы посмотрим, что там, и вернемся. Охраняй наши комнаты.

Словно поняв ее слова, рыжий проныра развернулся и юркнул в небольшую щель между дверями в покои принцессы.

Джей, порывшись в своих бездонных