появляешься на глазах у людей, тем более живописными подробностями обрастают легенды о тебе) пиратскому вожаку и его спутникам подойти не решились. Зато экипаж «Разящего» в полной мере погрелся в лучах славы капитана. С ленивой растяжкой, сквозь зубы цедили матросы слова, объясняя, зачем прибыл на Канвай Кэлберт, подробности они приберегали для застольной беседы в таверне. Там благодарные слушатели внимали «сказителям», раскрыв рот, не забывая наполнять кружки, за свой, разумеется, счет. И из этих рассказов рождалась очередная легенда о диком шторме, который оседлал великий пират!

А Кэлберт и сопровождавшие его лица (не считая родичей, к компании присоединился Торк, оставив за старшего на корабле второго помощника), двинули на поиски достославного корабела-эколога, борца за красоту портовых построек.

Вопреки мнению несведущих в типовом поведении шшиисуц, начинать поиски Бог Мореходов решил вовсе не с верфи или доков, где кипела работа. От порта Кэлберт резко свернул куда-то вправо, от них по узкой улочке между глухими каменными стенами складов пиратской добычи или предметами честной торговли — пираты не брезговали и таким приработком, — процессия двинулась вверх.

Несколько минут пути и перед компанией появился невысокий деревянный заборчик почти декоративного свойства, вокруг коего пролегал столь же декоративный канал, выложенный плитками, где плавали очень красивые золотистые рыбки с пестрыми плавничками и длинными хвостиками.

Мостика к калитке в заборчике не было и в помине. Дальше, за оградой, располагался милый, пусть и слишком подстриженный для лоулендцев, привыкших к вольному буйству Садов Всех Миров, садик и деревянный, одноэтажный дом на каменном фундаменте, с крытыми террасами и коридорчиками вдоль стен, чтобы даже в самый знойный денек можно было пройти в любую точку дворика и сада не выходя на прямое солнце.

Джей, уяснив цель путешествия, собрался было перепрыгнуть канал и заборчик, чтобы открыть калитку друзьям. Кэлберт едва успел поймать брата за рубашку и прошипеть:

— У тебя кусок на заднице лишний завелся?

— Собака что ль злая? — удивился Бог Воров такой заботе родственника и еще разок оглядел дом и сад, выискивая признаки бдительного, скрытого от посторонних глаз сторожа.

— Какая собака? — еще сильнее, чем брат, удивился Кэлберт. — Ты в канал глянь, ослеп от солнца?

— Симпатичные рыбки, — с вялым раздражением согласился Джей, никогда не жаловавший такие создания в виде ином, нежели под своими экзотическими соусами.

— Это ширррац, прыгают из воды на два метра, зубами мясо и кость срезают. На движение быстрее мантикоры реагируют! — сквозь зубы пояснил Бог Мореходов и изо всех сил топнул по камню там, где кончалась дорога. Где-то на другом берегу зазвенел колокольчик.

— Ну так телепортировались бы, — удивился Элегор разборкам принцев.

— Шей-кхо грубиянов терпеть не может. Если не пригласит, то и говорить не станет, — растолковал тупым лоулендцам Торк. — А нам «Разящий» чинить надобно!

Джей уже был готов разозлиться на всех разом и особо на влезшего в разговор принцев помощника, причем разозлиться настолько, чтоб пощекотать того стилетом, невзирая на обиду Кэлберта. Но Элия, приостанавливая вспыльчивого братца, протянула руку и прихватила за жилистый филей. Сжала и оценила, наклонившись к уху белобрысого скандалиста:

— Нет, рыбкам, даже таким красивым, мы тебя отдавать не будем, иначе самим ничего пощупать не останется!

Весь пыл Джея разом переключился в иное русло. Голубые глаза посветлели, развернувшись к богине, он дерзко ответил:

— Ха! Разве же на ощупь всей моей прелести оценишь?! Непременно надо смотреть и не только сзади! А лучше пробовать! Как насчет сегодня в твоей каюте?

Ехидному ответу Элии и отповеди Кэлберта в куда менее мирной форме, включающей перспективу спихивания зарвавшегося засранца в канал к голодающим рыбкам, воспрепятствовал легкий скрип выдвигающегося из бортика канала широкого мостка. Пока боги препирались, звук колокольчика стих и возник деревянный настил. Посетителям дозволялось войти.

Быстрее всех на другой берег перебрался крупный и массивный Торк, мостик легко выдержал его вес, но торопился первый помощник так, словно ему приходилось когда-то видеть кого-то, потерявшего равновесие при подобной переправе. Оправдывая свою поспешность, мужчина объяснил Элегору, как ближайшему спутнику:

— Мы когда в первый раз к Шей-кхо ходили, Марцикан в канал свой кошель обронил, завязки перетерлись или теребил сильно, была у него такая привычка. Эти — больше даже благоговейный, чем опасливый взгляд на ширррац, сопроводил слова, — и кошель и монеты в пыль измельчили! Мы глазом моргнуть не успели. Недаром корабелы на своих островах таких тварей за сторожевых псов держат. Только, сказывают, у них такие рыбки с дельфинов величиной вырастают.

— Глупых воров много развелось? — задумался Элегор, поддразнивая Джея.

— А воры тут при чем? — озадачился Торк, даже столбом встал на тропинке. Похоже, любой вопрос, не касающийся управления кораблем и смежных областей, вызывал в мозгах моряка экстренное торможение всех процессов жизнедеятельности.

— Чтоб рыбки росли, их кормить надо, — проказливо объяснил герцог под возмущенное фырканье «умного» вора, чуть не попавшегося в стандартную ловушку шшиисуц.

— Нет, что у корабелов-то красть? Доски или лобзики? — пренебрежительно фыркнул оскорбленный принц. — Наверное, рыбки питаются любопытными авантюристами, желающими вызнать секреты кораблестроения!

Элия рассмеялась, даря спорщикам ощущение того, что они не зря упражнялись в остроумии, еще раз хлопнула братца по заду и прибавила:

— Все свои достоинства будешь демонстрировать здешним девицам. Красоту надо нести в мир. А я и так знаю, что ты хорош!

Кэлберт ревниво засопел, но тут же негодующий сап перешел в гогот, когда разошедшийся Элегор прокомментировал слова подруги:

— Еще бы не знать?! К кому же Джею идти, когда после интенсивного выноса красоты в мир на ней что-нибудь вроде чирьев вскочит?

Герцог предположил верно, именно к Богине Любви являлись на поклон многочисленные родственники, если подхватывали хворь интимного свойства. Обычно ни одна зараза не липла к выносливым богам, но из любого правила существуют исключения. Случалось, что какая-нибудь особо мощная дрянь все-таки ухитрялась приставать к мужчинам, и тогда пострадавшим не оставалось ничего иного, кроме как просить Элию о помощи. В каких бы отношениях принцесса на данный момент не пребывала с занемогшим родичем, в исцелении никогда не отказывала. Ссоры ссорами, но поскандалить можно будет и потом, со здоровым негодником, а вот с покойником, если ты не некромант, никак не получится!

— У меня даже чирьи красивые, герцог! — гордо объявил Джей и присоединился к гоготу брата-пирата. Смех богов перекрыл не только мелодичные треньканья каких-то мелких пичуг, но даже громкие крики крупных попугаев.

По дорожке — единственной и прямой без всяких ответвлений, позволяющих гостям избрать неверный путь к хозяину дома, визитеры прошли к крытой террасе в самом затененном плющом уголке. На трехногой табуретке у маленького