солдаты, так даже буду рад, если вы все передохнете. Не думаю, что цивилизация многое от этого потеряет. Взять, например тот же Ленинград, зачем вы морите там людей голодом? Вы же прекрасно знаете о том, что там умирают мирные люди. Некоторые из них хотели выйти из окружения, так их встретили стрельбой из пулемётов, а ведь там хватало женщин с маленькими детьми, но вас тварей даже это не остановило. Наверное, вряд ли Вы меня поймёте, но я повторю свой вопрос, зачем Вы ко мне прибыли?

— Мы бы хотели заключить мир с Советским Союзом, — заявил адмирал.

— А я тут с какого боку? — Удивился я. — Хотите заключить договор, так езжайте и заключайте. Как я уже сказал, я работаю на себя, а не на коммунистов, и вряд ли руководство этой страны будет прислушиваться к моему мнению. Как видите, коммунистом меня никак не назовёшь. Конечно, по доброте душевной я им помогаю, но не более того.

— Я сюда прибыл тайно, даже доверенные лица не знают о цели моего визита в Аргентину, — признался Канарис. — Само собой, Гитлеру тоже об этом ничего неизвестно, он не хочет мира, мира хочу я и некоторые высокопоставленные лица из его окружения. Гитлер никогда не пойдёт на мир с коммунистами.

— Вот оно что, желаете убить своего фюрера и забраться повыше?

— Да, — даже не стал скрывать адмирал. — Вы же можете обеспечить нам встречу с советским руководством, но встреча должна произойти тайно. Думаю, мир нужен не только нам, но и коммунистам тоже.

На Гитлера на самом деле готовили покушение, это я прекрасно помнил из истории, только оно провалилось, а про Канариса ничего не слышал. Его вроде бы в сорок четвёртом году должны были казнить, вроде как это он готовил покушение, но это не точно, подробностями я не интересовался. Если честно, я не был уверен в том, что мир с Германией и убийство Гитлера Советскому Союзу так нужно. Те же англичане заявили, что никакого мира не будет, пока у власти Гитлер. А вот если его убьют, ведь как ни крути, историю я уже немного изменил, то запросто могут заключить мир и попытаться дожать Советский Союз совместными усилиями. Тем более война идёт на советской территории, а не на немецкой, как-то сомневаюсь, что немцы возьмут и уйдут просто так, оставив завоёванные территории, в свою очередь коммунисты будут требовать именно этого.

Впрочем, мне неизвестно, что происходит в голове Сталина, я с ним ещё ни разу не встречался и вряд ли встречусь, руководство страны меня опасается. Особенно того, что могу получить ответы на все свои вопросы, а может, просто не желают встречаться, не знаю, да мне это и неважно.

— Вы интересный человек, — Сказал я, немного подумав. — Вот так прийти ко мне и попросить о помощи, как будто мы старые знакомые. Не боитесь, что я просто возьму и передам Вас советскому руководству? Наверняка в Вашей голове найдётся много чего полезного. Могу и сам допросить, не думали об этом?

— Мы уже достаточно Вас изучили, — улыбнулся адмирал, — Вам вряд ли нужны мои тайны. Даже если попытаетесь меня допросить с помощью своих способностей, то не найдёте ничего полезного. Зато убедитесь в том, что я говорю правду, а не пытаюсь обмануть. Как уже было сказано, Германия идёт к своей гибели, хоть и немногие люди это пока понимают, ради своей страны приходится рисковать. Сам я просто не в состоянии попасть в Советский Союз незаметно, это слишком рискованно, а вот если узнают о том, что был в Аргентине, то никаких подозрений не возникнет, тем более Гитлер приказал Вас убить именно мне. Кстати, группа для Вашего устранения уже прибыла в страну. В качестве платы за помощь могу сказать, кто в неё входит и где находится часть ликвидаторов.

Видно моя реакция расстроила Канариса, после его слов я даже не удивился тому, что меня снова кто-то пытается убрать. Подумаешь, какая-то группа, ну пусть попробуют подобраться.

— Вы меня простите, но я не верю Вам на слово, — усмехнулся я. — Придётся всё проверить, но не переживайте, Ваши тайны мне действительно без надобности, хочу узнать только то, что касается конкретно меня. А что насчёт Вашей встречи с советским руководством, это будет зависеть от ответов, как и то, покинете Вы мой дом сами или Вас отсюда вынесут и где-нибудь прикопают.

Канарис даже не дёрнулся, когда я встал и подошёл к нему, видимо был готов к такому развитию событий. Он ведь даже не стал выдвигать условия, прежде чем прийти в мой дом, что-то вроде неприкосновенности или ещё что-нибудь. Надо же, даже не врал, говорил вполне откровенно, что я понял, допросив адмирала. Как и было сказано, мне его тайны не нужны, только те, которые касались лично меня. Алексей тоже принял участие в допросе, команду ему давать не надо, уверен, что уже сегодня попытаются ликвидировать группу, прибывшую в Аргентину по мою душу.

Павел Анатольевич не сильно удивился, когда ему сообщили о моём визите, всё же не первый раз вот так прибываю в Москву. Хорошо, что в этот раз он был в городе, посыльный быстро ему обо мне сообщил, после чего Судоплатов оставил все свои дела и прибыл в гостиницу, где мы с ним часто встречались. Поздоровались как старые добрые друзья, хотя в лице контрразведчика просматривалось напряжение, видно ничего хорошего от нашей встречи он не ждал. Даже немного неприятно, вроде бы ничего плохого коммунистам не делал, и помогаю почти бескорыстно.

— Сегодня ко мне в гости прибыл один интересный человек, — сообщил я Павлу Анатольевичу. — Германия захотела мира.

— И что это за человек? — У разведчика даже испарина на лбу выступила, так он разволновался, хотя не должен.

— Вильгельм Франц Канарис, — улыбнулся я. — Хочет провести тайные переговоры с советским руководством. — Скажите, куда его переправить и когда забрать обратно?

— Да хоть прямо сюда, — тут же засуетился Судоплатов. — А вот когда забрать, этого я сказать не могу. Подождите немного, нужно сделать несколько звонков.

С этими словами Павел Анатольевич спешно покинул комнату, в которой мы находились.

Группа немцев, которую прислали для моего устранения, была уничтожена почти полностью. Я в уничтожении участия не принимал, мои люди сделали всё сами. Для моего убийства отправили подготовленных специалистов,