У Софи снова возникло ощущение, что здесь решают всё эти двое, а она по-прежнему пешка. Надо им как-то напомнить о себе?

— Мы так и не решили, как снимем с Елены защитный кулон, — и теперь, когда все посмотрели на неё, добавила: — Если он будет на ней, то никакое «Эсперео» нам не поможет.

— Да, Софи права, надо сначала как-то его снять. И проверить нет ли яндерна.

— Ты думаешь, Великую Магию Миэлнии сможет остановить какой-то кулон или какой-то яндерн, которого никто и не видел?

— Я думаю, нам не стоит проверять, остановит или нет. И всё же это будет не Великая Магия Миэлния, а ты сотворишь заклинание по книжке.

Она уперлась взглядом в Дмитрия, которому по всему его виду уже не терпелось опробовать это заклинание, или, вполне возможно, учитывая, что доступ к книгам он имел практически всегда, он его уже использовал когда-то.

— Предоставь это мне, я сниму кулон и разберусь с яндерном. Хотя я не особо верю в его существование. Будь он здесь, мы бы знали. Никто никогда не видел яндерна рядом с Еленой, да и вообще последние лет сто, наверное, не встречал. Вероятно, у неё есть сильный колдун, не более, — сказал Александр, взяв Софи за руку: — Ты должна сосредоточиться на том, что следует делать тебе.

— Я думала, мы не будем разделяться…

— Ходить вчетвером по дворцу в защитной дымке нам будет не слишком удобно, — Тея покачала головой. — Я не смогу её держать долго и нас быстро обнаружат. Поэтому, согласна, следует разделиться.

Немного позже, когда Софи уже залечила синяки и ссадины на лицах молодых людей и встала рядом с подругой, Тея прошептала:

— Non audiunt nos, et non vident nobis, — и всё вокруг заполнила серебристая дымка.

— Хорошо, мы вас не видим, — произнес Александр, а Дмитрий подошел к двери:

— Охрана сейчас завернет за угол, и я открою дверь, дальше вы сами.

Он приоткрыл дверь, и девушки, придерживая юбки, протиснулись в пустой коридор. Идти в тяжелых многослойных нарядах было не просто, и они двигались медленно, размеренно.

— Тебе не кажется странным, что они не говорят, как снимут кулон? — спросила Софи.

— Может, и кажется. Я думаю, с помощью какой-то магии, о которой нам не следует знать, — Тея помолчала. — В любом случае, нам не стоит думать об этом сейчас.

— А потом не будет поздно?

Софи уже била мелкая дрожь. Когда она думала, что они будут всегда вместе, то чувствовала хоть какую-то безопасность, но сейчас же… Если они ошибутся, то пострадают только она и Тея, король останется при своем. Или же она зря себя накручивает?

— Скажи, зачем тебе нужна была мантия-невидимка, если ты и так можешь сделать себя невидимой? — спросила Софи и тут же поняла, что и так знает ответ. — Мантия нужна была не тебе, и ты любезно одалживала её.

Продолжать рассуждения на эту тему было некогда. За следующим поворотом они буквально столкнулись с Еленой и графом Орлеанским. Королева Палиры была в приподнятом настроении, о чем говорили её улыбки и показная мягкость, граф же был серьезен как никогда:

— Баронесса снова несет какую-то чушь о её избранности…

— Мне кажется, она просто тронулась умишком, — Елена растягивала слова в своей манере. — Проникать чужую голову и остаться в своем уме слишком сложно для неё.

— Но ты не можешь отрицать, что Софи чересчур удачлива… — он по-прежнему говорил королеве «ты», хотя, как знала Софи, из фавора вышел.

— Я думаю, мой дорогой, — она остановилась перед дверью в парадный зал, и её улыбка стала ещё более сладкой, — это ты чересчур неудачлив, чересчур пытаешься убить её, не замарав руки. Пришло время сделать это явно. Пусть баронесса возьмет в руки пистолет и пристрелит нашу страдалицу, а после утверждает, что так ей приказал сам граф Буров.

— Этим она подпишет себе смертный приговор…

Королева Палиры зашла в зал, и девушки, не отставая, последовали за ней.

— Пусть так, её жизнь все равно уже ничтожна, — Елена смахнула невидимую пылинку со спинки кресла на своем пути, — а жизнь дочери она ещё может сохранить… Она надежно заперта?

— Конечно, — граф Орлеанский сжал челюсти, — как скажешь.

Елена отвернулась к окну и улыбаясь принялась рассматривать парк с таким видом, будто приказ об убийстве только что отдала не она.

— Вторую, если получится, пусть тоже прикончит.

— Но как же? Ты же хотела, чтобы Марк…

— Я передумала, — она притворно вздохнула, — не получилось по-хорошему, будет по-плохому. Ты только посмотри, какая чудесная погода! И сегодня мы победили в