сильно удивил, я не мог понять, зачем вообще требовалось это делать. Понятно, что ко мне прибыла непростая гостья, но нести чушь о том, что я должен лечить тут кого-то бесплатно — это просто глупо. За границей я сроду не ездил по больницам, удивительно, что они даже этого не знают. Точнее один раз я всё же побывал в аргентинской больнице, правда, это был первый и последний раз. Больной, которому я помог, заплатил за помощь, но ведь там были и другие страдальцы, которых моя охрана кое-как смогла оттеснить в сторону. После этого я перестал соваться в такие места, где слишком много больных, рано или поздно это плохо закончится.

После этого по мне здорово прошлись некоторые аргентинские газеты, обвиняя в жадности и в других грехах. Надо сказать, что эти писаки больше не огорчили, а развеселили. Знал я натуру людей, большинство из них пальцем не пошевелит, чтобы помочь кому-то бесплатно, зато в первых рядах будут стоять и орать о том, какие другие плохие. Взять, к примеру, вот эту женщину, с чего она решила, что я буду лечить кого-то бесплатно? Почему не обратилась к местным богатеям, чтобы собрали нужную сумму? Да потому что знала, что местные толстосумы никогда этого не сделают. Своим я помогал, даже прислуге из аргентины. Как-то пришла ко мне одна женщина и попросила помочь племяннику, я им помог и денег за это не просил, ну а потом стали подтягиваться и другие. Один особо ушлый гражданин даже захотел на этом подзаработать, протащив ко мне старичка под видом своего дяди за отдельную плату. Правда, этому идиоту было невдомёк, что за всем ближним окружением пристально следили, так что и «дяде» я не помог, и этот ишак вылетел с работы. И зарабатывают у меня очень неплохо, но всё равно хотят больше, вот и потерял такое хорошее место, а с остальной прислугой провели воспитательную беседу.

Само собой, сам президент США Рузвельт, не стал ко мне приезжать, меня пригласили на торжественный приём. Американские войска где-то достигли успехов, вот по этому случаю и устроили праздник, на который мне довелось отправиться. Мероприятие происходило не в Белом доме, а в одном из особняков, которых в пригороде хватало. Конечно, мою охрану на территорию не пустили, я вообще не заметил тут вооружённых людей, все остались на улице, за территорией.

Меня без проблем запустили в здание, а после я отошёл в сторону, стянул фужер с шампанским и стал ждать. Люди были мне незнакомы, да и меня тут мало кто знал в лицо. В общем, постоял немного, после чего отправился на балкон. Эх, нужно было взять с собой Ваську, было бы не так скучно, но оставил девушку в Аргентине, она грызёт гранит науки.

— Мистер Скворцов, — услышал я позади себя знакомый голос, — рад приветствовать Вас в Соединённых Штатах. Признаюсь, не ожидал, что Вы так быстро приедете.

— Здравствуйте, мистер Гопкинс, — улыбнулся я. — Так мы же договаривались, что буду через три дня.

После вроде бы простого приветствия внимание окружающих ко мне резко повысилось. Впрочем, в этом нет ничего удивительного, Гопкинса считали правой рукой президента и вполне заслуженно. Вот гости и заинтересовались, что это за мужчина, которого не обделил своим вниманием такой важный человек. Особый интерес появился у женщин, некоторые даже подошли поближе, чтобы немного погреть уши и послушать, о чём мы беседуем. Правда, разговоры были ни о чём, обычная болтовня, по крайней мере, только минут через десять Гопкинс попросил меня последовать за ним.

Рузвельт, а именно к нему меня привёл Гопкинс, больше походил не на президента, а на доброго мужчину преклонного возраста. Правда, мой король в другом мире тоже походил на доброго дедушку, однако запросто мог отправить на казнь любого, кто хоть в чём-то ему не угодил, так что расслабляться не стоит. В кабинете мы были не одни, несколько охранников, три из которых даже не скрывали того, что у них есть оружие, тискали рукояти пистолетов. Явно были готовы применить их в любой момент.

— Так вот Вы какой, волшебник, — улыбнулся Рузвельт, указывая мне на кресло. — Очень многое о Вас слышал.

— Надеюсь, только хорошее? — Не смог сдержаться я.

— Нет, не только хорошее, — усмехнулся мужчина. — Ту кровавую бойню, которую Вы устроили в нашей стране, хорошей никак не назовёшь.

— Мы просто защищались, — пожал я плечами, даже не подумав оправдываться.

— Это мне тоже известно, — кивнул президент.

Сидел он в инвалидном кресле, да и в зале я его не видел. Хотя я ведь ушёл на балкон, возможно, он тоже в общий зал выходил, простите, выезжал.

— Вы когда-нибудь сталкивались с подобной болезнью? — Уточнил Гопкинс.

— Да, сталкивался, — кивнул я. — Для меня лечение этого недуга не проблема.

— Как мне сообщили, у Вас в Штатах имеются какие-то дела. Позвольте спросить, какие именно? — Недовольно взглянув на помощника, спросил Рузвельт.

— Хочу купить ваши грузовики, а в идеале лучше договориться об их поставках в Аргентину, — сообщил я двум мужчинам, после чего Гопкинс что-то чиркнул в блокноте. — Ну а ещё покупал бы у вас лекарства.

— Какие? — Тут же уточнил помощник.

А действительно, какие? Об этом я не подумал, точнее не знал, что именно производят и для чего больше нужны лекарства, это же не травы.

— Разные, — ответил я. — Те, которые помогут разбить фашистов.

— Вот даже как, — президент переглянулся с помощником. — Значит, хотите поставлять их Советскому Союзу? Этим могут заняться наши люди, в ваши северные порты уже начали ходить конвои, многие помогают вашей стране.

— Моя страна — Аргентина, а доставить нужное смогу сам, — отрезал я.

— Так может, Вы и нашу помощь будете переправлять? Признаюсь, меня сильно тревожит возросшая активность немцев на пути движения конвоев, хотелось бы избежать лишних смертей.

— К сожалению, не получится, — отказался я. — У меня нет возможности перекидывать большие объёмы.

— Как нам стало известно, Вы умудрялись помогать даже окружённым группировкам, перебрасывали силы и забирали раненых.

— Позвольте полюбопытствовать, — не удержался я от вопроса. — А откуда вам это известно?

Мой простой вопрос заставил главу государства тихо рассмеяться, как будто я сказал что-то весёлое.

— Это знаем и мы, и немцы, и англичане, и ещё множество самых разных стран.