Глава III

Я прекрасно понимал, что точно не увижу в отражении себя старого. На уровне ощущений мозг понимал, что именно произошло. Пусть и не думал об этом «вслух».

Только вот, увидеть именно это, я тоже не предполагал.

Большие глаза. Вертикально торчащие, пусть и не слишком длинные уши. Чуть выступающие клыки. И зелёная кожа. Последнее я проверил — сразу же посмотрел на свои руки. Ошибки не было. Действительно зелёная.

Организм активно переваривал два рыбных беляша, а я стоял на месте и пялился на поверхность воды. До того момента, как мозг подкинул мне догадку.

Гоблин. Слово, которое прекрасно объяснило половину происходящего. Это не мир был великанским. Всё наоборот — я оказался мелким ушастым карликом.

Ещё и из одежды — только кусок грязной мешковины, повязанный на бёдрах. Выгляжу, как настоящий оборванец. Почти голый, в грязи и крови. Не хватает десятка коллег в таком же виде поблизости. Зачётный вышел бы тимбилдинг.

Любопытный момент — разум всё это воспринял неожиданно спокойно. Я никогда не отличался мощными эмоциями. Иначе не задержался бы в антикризисной команде. Но после недавних вспышек ярости и голода, полностью накрывших сознание, ожидал от самого себя более сильной реакции.

А её нет. Спокойно бегу дальше, втягивая носом запахи и огибая освещённые места. Вполне себе в равновесном состоянии. Думать даже могу. Только голод всё ещё ощущается. Чуть слабее, чем раньше, но ещё штук пять таких беляшей я бы однозначно умял.

Работающих фонарей постепенно становилось всё меньше, а заброшенных домов — больше. Пока я вовсе не выскочил в район, где не было ничего кроме полуразвалившихся построек, напоминающих склады и огрызков бетонных стен.

Запахи были соответствующие. Вонь мелких свалок, мокрый металл, гниль. Но след вёл именно сюда. Прямо ко входу под землю, около которого я остановился.

Бетонная коробка с вынесенной дверью. Внутри — голые стены и дыра в полу. Наверху крепления, которые могли когда-то держать лифт. Но кабины уже давно нет. Только ржавые перекладины лестницы, которые уходили вниз по одной из стен.

И новые запахи. Или старые — я уже ощущал их там, внизу. Другие гоблины. Твари, что меня отдали.

Уже шагнув к перекладинам, вновь замер. Постой-ка, Кир. Зачем идти вниз? Почему не укрыться наверху?

Раньше решение спуститься казалось полностью верным. Как будто иначе и быть не может. Но сейчас, ощутив, как полыхнул внутри гнев, я предпочёл немного тормознуть. И всё-таки подумать.

Долго копаться не пришлось — резоны оказались на поверхности. Укрытие. И месть. Мой мозг считал, что внизу можно надёжно спрятаться. От людей, солнечного света и всего остального. А ещё он хотел разыскать тех уродов, что выдали меня и отомстить.

Что удивительно — мысль про убийство сразу нескольких гоблинов меня ни капли не смущала. Как и тот факт, что я совсем недавно забрал жизнь человека. Погани последней, конечно. Но всё-таки человека.

Это я анализировать уже не стал. Хватит. Подумаю потом, Когда добуду ещё еды и отдохну.

Только сейчас в голову пришла мысль, что стоило обшарить карманы убитого. Возможно нашлись бы деньги. Тогда можно было бы банально купить пожрать. Кто знает — может у него и оружие какое-то имелось. Пальцы правой руки снова вернулись в обычное состояние. Сам момент изменения я пропустил. Но не был уверен, что смогу снова сделать их когтями. Прошлый раз вызвал дичайший приступ голода. Который я отнюдь не удовлетворил.

Всё это я успел обдумать, пока спускался по перекладинам. А потом мозг снова перешёл в режим автопилота, сосредоточившись на выборе пути.

Темнота. Не абсолютная — сверху идёт что-то вроде вентялиционных сквозных труб, через которые сюда попадает немного света. Совсем крохи, но это хватает.

Мне кажется, я смогу обойтись и вовсе без него. Хватит одного обоняния. Только скорость движения тогда придётся снизить ещё больше.

Когда я спустился ещё на уровень ниже, именно так и пришлось поступить. Тут темнота была такой, что даже моё новое ночное зрение абсолютно ничего не разбирало.

Ещё один спуск. Уже третий уровень глубины. Несколько сотен метров пешком. И наконец я около цели.

Гоблинов было шестеро. Рассевшихся около небольшого чадящего костра и жрущих жареную рыбу. На момент я удивился запредельной мощности вентиляции, которая вытягивала дым. Но это чувство быстро исчезло под волнами гнева и желания жрать.

Наверное я бы кинулся вперёд. Забив на режущее чувство боли от света пламени и численное превосходство.

Если бы не подспудное чувство, что в этот раз с трансформацией всё так просто не будет. В целом, я о ней старался не думать. Слишком это дико — пальцы, что становятся цельными костяными когтями. Но разуму казалось, что сейчас преображение окажется отнюдь не простым. И предпочёл ему поверить.

Именно из-за этого я остался в темноте. Около одного из трёх выходов, которые вели в этот зал с закопчённым потолком и разбросанными по полу вещами.

Как же воняет. Они вообще моются? Как ещё не сдохли, с таким уровнем гигиены?

Шестеро гоблинов подняли металлические кружки и один проворчал что-то вроде тоста. Ну и дрянь же они пьют. Пахнет ещё хуже, чем пойло в том доме, откуда я сбежал.

О! Один поднялся на ноги и пошатнувшись, сделал шаг в мою сторону.

— Не забудь копьё, Паффи-тап, — оскалился самый упитанный и крупный из сидящих около костра. — Чтобы не кричать, как девственная эльфка, когда крысу увидишь.

Тут ещё и эльфы есть? Чё-то не вяжутся они у меня с портом, огнестрелом и двигателями внутреннего сгорания. Машин я по пути видел немного, но они здесь точно имелись. А ещё электричество и небоскрёбы, что виднелись в самом центре.

С другой стороны — гоблины у меня тоже никаких ассоциаций с развитой цивилизацией не вызывают. Но факт их наличия неоспорим.

— Вот и возьму, — огрызнулся шатающийся карлик, смещаясь к груде хлама и наклоняясь. — Добуду крысу, зажарю и сожру! Ни с кем делиться не буду!

Зря он так. Я ведь вижу лицо их главного, который шутку отпустил. И тому подобное обращение совсем не понравилось. С другой стороны — я же их сейчас убью. Какая разница?

Снова порыв гнева. Мощный. Бешеный. Я чуть в зал не кинулся. Хорошо, что смог удержаться.

— Давай-давай, Паффи-тап, — один из уродцев, сидевших около костра, обернулся, смотря в спину уходящему. — Только около самого входа отливать не вздумай! Подальше дела свои сделай. Прямо на