— Убей… меня, — то ли прохрипел, то ли пробулькал Романов.

— А вот ни хрена, — стабилизировав состояние Алексея с помощью Духа, я взвалил его покалеченное тело на плечо. — Я спрошу с тебя и твоего Рода за всё дерьмо.

* * *

Перед тем, как покинуть свой старый мир, я решил посетить одно место. Кладбище.

Стоя возле могилы сестры моего прошлого тела, меня обуревали странные чувства. Некая завершённость, которая вылилась в необычное наваждение: в какой-то момент я увидел взлетающий высоко вверх белёсый огонек. Словно душа сестры, наконец, оставила этот мир.

Бред, конечно, ведь не могла она всё это время быть прикованной к своей могиле.

Тем не менее, возвращаясь через Рифт, осознал, что, попав в свой старый мир, я наконец полноценно принял, что больше не принадлежу ему. Родное чувство, мягко касающееся моей души, когда я встал возле выхода из Рифта, ведущего в подвал моего имения, было тому прямым подтверждением.

Развернувшись, я принял решение закрыть этот Рифт, лишая себя возможности вернуться раз и навсегда.

Эпилог

Анна и Оксана находились в рабочем кабинете последней. Обе девушки пребывали в печальном настроении, однако ничего не могли с этим поделать:

— Всё ещё не могу поверить, что он ушёл, — Анна глядела в окно, за которым виднелся полноценный город, в который выросло Иваново.

— Ты же сама его слышала, подруга, — грустно проговорила Оксана. — Он пять лет боролся с Азаргхаилом из этого мира, но всё было тщетно. Тёмный бог из раза в раз отправлял своих приспешников за головой нашего мужа, и с каждым разом они становились сильнее.

— Я понимаю, но не могу перестать печалиться, — Анна отвернулась от окна и уселась прямиком на рабочий стол Оксаны.

— Ты же понимаешь, что не будь он уверен в безопасности нас и наших детей, то он никогда бы не ушёл, верно?

— Верно. Если бы он остался, то в очередной приход приспешников Азаргхаила, не смог бы защитить всех, — покачала головой Анна. — Но всё же быть уверенным, что наш Род вновь не предадут… Не похоже на нашего дорогого мужа, учитывая, насколько был тернист его путь ко всему тому, что он имеет.

— Здесь всё просто, подруга: влияние нашего Рода просто колоссально, — позволила себе улыбку Оксана, потому как знала о делах Рода больше, нежели её боевитая сестра по мужу. — У нас чертовски сильная гвардия и могучие союзники. Чего только стоят родственные нам князья Меньшиковы и приведённый отряд Шустрого, члены которого вцепились в обретённый ими Дар стальной хваткой, всем скопом пройдя через грань, разделяющую ограниченные ранги от статуса Неограниченного, в течение первых двух лет? В нашем Роду Одарённых высшего ранга больше, чем у большинства империй нашего мира, подруга, — Анна кивнула на довод Оксаны. — Кроме того, Александр выбил из Романовых Родовую клятву после того случая с Алексеем в обмен на жизнь последнего. Сомневаюсь, что кто-то решится напасть на нас, когда мы окружены защитой со всех сторон, — продолжала перечислять девушка. — Иномирцы вовсе уже несколько лет носа своего не суют в наш мир, так как Миссурийский со своей сестрой стали для них более важной проблемой в собственном, — Оксана в какой-то момент начала загибать свои пальцы. — И главный аргумент нашего мужа?

— Его сестра?

— Ага, Наташа. Он дал ей возможность управлять Тенью, а божество и кицунэ у неё и так имелись, — развела руками Оксана. — Вот и выходит, что кроме Азаргхаила нам никто не угрожает, и дабы избавиться от этой угрозы, наш муж сам пошёл к нему навстречу.

— Я понимаю, но на душе всё ещё тоскливо, — печально заявила Анна. — Но я знаю, что он вернётся. Обязан вернуться, — по щеке девушки покатилась одинокая слеза.

— Вернётся. Куда ж ему деться-то? — улыбнувшись, Оксана большим пальцем убрала слезу, проступившую у Анны.

Александр Кронос

Метка Дальнего: Чужие Долги

Глава I

Дробящая мозги головная боль. Глаза, что выгорали каждый раз, как я пытался их открыть. Регулярные удары черепом о твёрдый неровный пол. Мерзкая мешанина запахов. И полный хаос в мыслях.

Я даже имени своего сейчас вспомнить не мог. Какое-то сплошное месиво из всего на свете. И что-то ещё. Чужое. Точно не моё. С одного фланга — рык и ярость. Захлёстывающие волны желания убивать. На другом — страх и безграничная трусость.

Всё это долбило по разуму. Не давало сосредоточиться. Может так и начинается распад личности? А удары о поверхность и остальное, обычные галлюцинации?

Внезапно движение остановилось — голова прекратила биться. Потом на пол шмякнулась нога, за которую меня тащили. Выходит, это всё не глюк?

— Отброс, — чужой голос доносился глухо и звучал абсолютно непривычно уху. — Упал и ударился головой, япь. Почти сдох. Считай, сам напросился.

Открыть глаза я попробовал на чистых рефлексах. Захотелось глянуть, кто там называет меня отбросом.

Резануло так, как будто свет прожигал мой череп насквозь. А я завыл. По-настоящему. Стиснув зубы, дёргая конечностями и чувствуя, как плавится мозг.

— Чё эт он? — сразу после этих слов меня пнули в бедро левой ноги. — Припадочный какой-то.

— В душе не гребу, Ратти-хар, — ответил ему вроде бы тот, что говорил первым. — Не было ж такого раньше.

Боль притупилась, позволяя слышать звуки и ощущать реальность. Сказать по правде — это сильно не помогло. В голове по-прежнему царил полный кавардак. Единственное, что раз за разом всплывало — картинка падающих с неба птиц. Те валились отвесно и целой грудой. А потом всё гасло.

— Где я? — собрав во рту остатки слюны, я выдавил из себя слова. — Что…

Запаса сил хватило ненадолго. И дело было не только в голосовых связках. Сразу, как заговорил, внутри головы начался танец боевых гиббонов, бьющих в барабаны. Рядом с которыми ревела сотня тигров.

— Да он ваще поехал, — озвучил всё тот же второй голос. — Если вернут, сам вместо него пойдёшь.

Откуда меня должны вернуть ещё? Что это за гопари вообще такие и какого лешего тут творится? Как вообще можно жить посреди такой вони!

Ярость окатила жаркой волной. А рык на мгновение полностью заполнил голову. На момент мне даже