сто тысяч юаней… – Я помотал головой. – Деньги развращают людей.

– Выходит, та открытка – это его подарок для Жуань Фан в ночь Праздника середины осени, – сказал Дабао. – Для нее подарки, которые можно купить за деньги, не имели ценности, а такой трогательный жест точно мог осчастливить ее.

– Точно, – согласился я. – У него явно есть талант. Я с легкостью запомнил стихотворение наизусть, мне очень понравилось.

– Теперь-то понятно, зачем нужно было увозить труп подальше и сжигать… – Дослушав исповедь преступника, начальник Ху направился к выходу из комнаты для допросов.

– А я вот так и не понял, – ответил я.

– У Лисюэ ненавидел Ли Кэхуа до мозга костей, считал, что тот увел у него жену, поэтому приказал У Бяо ударить того ножом в сердце, а после этого скормить труп собакам…

– Собаки труп есть не стали, поэтому он решил увезти его и сжечь, – закончил я мысль начальника. – У Бяо – честный работник.

Линь Тао, все это время одиноко стоявший в углу, шумно вздохнул:

– Что за люди… Нельзя ли как-то попроще жить?

– Именно, – сказал Дабао. – Такие одинокие красавчики, как ты, должны держать свои флюиды при себе и обходить за версту замужних женщин.

– Дело удалось раскрыть быстро; теперь можно на время выдохнуть, а потом снова за работу – «Резня третьего июня» не ждет, – сказал я. – Это дело нас немного отрезвило: не каждый убийца работает один, они могут убивать и чужими руками. Мы мыслили слишком узко, теперь нужно исправляться.

– Сегодня же последний выходной; ты что, не хочешь вернуться домой и выспаться, перед тем как спозаранку топать на работу? – удивился Линь Тао.

Я улыбнулся:

– Вы идите, а я хочу узнать у того следователя, как он составил картографию.

Дело № 11. Половинка трупа. Точка на карте: восточный район уезда Цин

Людям проще заплатить за зло, чем за добро. Потому что благодарность – это бремя, а месть – удовольствие.

Публий Корнелий Тацит

1

Первым, кого я увидел, как только пришел утром на работу, был Дабао, травящий байки девчонкам из ДНК-лаборатории:

– Где-то лет десять назад одной темной мрачной ночью – тогда я еще учился в университете – услышал, как из ванной комнаты общежития доносится какой-то странный металлический звук. Мы с соседями по комнате собрались с духом и пошли проверить, что там такое. Зашли туда и видим – старшекурсник моет в раковине что-то похожее на мачете. После этого он разрезал дыню и поделился со всеми нами…

Увидев меня, Дабао кивнул и продолжил свой рассказ:

– Мы все, естественно, начали за обе щеки уплетать эту сладкую сочную дыню, а он все никак не мог налюбоваться на свой мачете и вдруг говорит: «Как же он хорош!» А нам-то что, нам до ножа никакого дела не было, поэтому мы все просто кивнули. Но старшему было мало, и он жутким голосом сказал: «Я спер его из анатомички». Мы сразу же перестали жевать и уставились на него. Но тот равнодушно добавил: «Не парьтесь, я смыл с него весь мясной фарш».

– Фу… – Девчонки одна за другой скорчили лица от отвращения.

А довольный собой Дабао добавил:

– Мы используем такие ножи для расчленения трупов во время обучения. Тела подготавливает сам университет, обеззараживает, фиксирует, а потом мы на них практикуемся. Мы все видели эти ножи, но их никогда не мыли. Обычно после расчленения этот нож убирали обратно в ящик, даже не вытирая налипший на него жир, мышечные волокна и все остальное. Теперь понимаете, почему мамы учат детей не брать еду у чужих?

В ДНК-лаборатории в основном работают биологи и генетики, а не врачи, и после красочного описания Дабао девушкам стало невыносимо. Одна из них даже сказала:

– Я теперь не то что есть из чужих рук – к дыне даже не притронусь.

– Уверены? – Дабао лукаво улыбнулся. – А я вот видел у вас в кабинете две дыньки… Может, тогда мне отдадите?

– Ну ты и обжора! – Я уже давно знал, что если Дабао рассказывает историю, то у этого есть скрытая цель. – Еду у девчонок обманом выманиваешь…

* * *

Эта неделя была спокойной; мы занимались освидетельствованиями травм, определением возраста костей и писали отчеты по обращениям граждан. Без убийств рабочая нагрузка небольшая, но это не значит, что у нас не возникает сложностей. Да и к тому же голова все время была забита «Резней третьего июня».

Выходные только закончились, а меня уже одолела лень. Я сел на стул, потянулся, включил компьютер и приготовился писать очередной отчет, а еще мне нужно было выписать два новых и более функциональных чемоданчика криминалиста для осмотра места преступлений. Я только создал в «Ворде» новый документ, как зазвонил давно забытый внутренний телефон. Дабао, который в это время грыз дыню, выпучил глаза и, продолжая жевать, затряс рукой, чтобы я взял трубку. Мне было забавно наблюдать его перепачканную дынными семечками моську. Наконец я сжалился и снял трубку.

– Алло?.. Здравствуйте, начальник Сунь. Что? Четыре? Несчастный случай?

Дабао прекратил жевать, с нетерпением ожидая моих инструкций. Я повесил трубку и сказал:

– Уезд Цин. Погибла семья, четыре человека.

– Убийство? – спросил с набитым дыней ртом Дабао.

– Произошел взрыв; возможно, несчастный случай. Жертв слишком много, поэтому нам тоже нужно присутствовать. Я позвоню Линь Тао и Хань Ляну.

Дабао, улыбаясь, медленно проглотил кусочки дыни:

– Зато геморроя не будет!

* * *

Уезд Цин подчиняется Цинской волости и является его самой слабой экономической зоной. Место происшествия находится в восточном районе уезда Цин. К тому времени как мы приехали, по меньшей мере тридцать полицейских машин наглухо перекрыли въезд в маленький поселок, поэтому нам пришлось выйти из машины и идти пешком. О серьезности этого инцидента можно было судить по количеству машин, прибывших на место.

Через пару шагов от входа в деревню уже было выставлено оцепление из более чем ста сотрудников полиции. Сельская тропинка и так была неширокая, а сейчас на нее даже ступить было невозможно. Мы кое-как прошли вперед и увидели два двухэтажных дома, стоящих друг напротив друга по обе стороны тропинки; все окна в них были разбиты.

– Ай-яй-яй, ничего себе, какая мощность взрыва! – Дабао озирался по сторонам. – Стекла разлетелись так далеко… Я раньше никогда не работал на местах взрывов, как-то даже жутковато.

– Я тоже никогда не расследовал подобное, – сказал Линь Тао. – Скажи, безопасно ли здесь находиться?

– «Карьеристам – в другую дверь. Трусам