ради нее король откажется от перемирия с Равнсвартом. С тем самым суровым севером, о котором слагали легенды. А это означало одно: грядет новая война, новые мертвые, возможно, даже мать Фреи, а она и без того потеряла оба глаза, находясь в плену. Когда-то чужаки думали, что сивиллам нужны глаза, чтобы поднимать мертвецов…

Фрее сказали, что женщина из-за стены сильна, нужен кто-то, способный ее удержать. Фрее сказали, что воткнуть кинжал в грудь этой женщины недостаточно, нужен обязательно яд, с которым возвращение в живые станет затруднительным. Даже невозможным, ведь яд они раздобыли сильный. Фрее еще много чего сказали, и она, заливаясь слезами, выложила это нам.

— Девушка недоговорила, — вздохнула я за пределами допросной. — Ее послушать, так некие сивиллы пришли с предложением, а она возьми, да согласись. На убийство, да еще во дворце! Я понимаю, что многие ратуют за светлое будущее, но как будто бы люди склонны больше думать о себе и своем светлом будущем. Да, случаи бывают разные, но… так быстро решиться на убийство, зная, что сама при этом умрешь?

— Было что-то еще, — согласился Янис, напряженно морща лоб.

— Надо отсыпать ей чудодейственного средства, что развязывает язык. Если оно существует.

— Есть такое средство. С ядом сивилл, это правда. Действует как алкоголь, но с некоторыми особенностями. Расслабляет и практически лишает человека воли, кто-то действительно болтает все подряд и не может остановиться. Но такой эффект нельзя назвать правилом. Некоторые просто падают без чувств до утра, некоторые готовы наговорить на себя и подключают фантазию… никогда не угадаешь, что будет. Но об этом мы не распространяемся, а вот на чудодейственность напираем. Городская легенда как она есть.

— Значит, вы соврали Фрее?

— Отчего же? Сказал правду, удобную мне. Вы сами не раз так делали.

— Ну раз я так делала… жалко девчонку. Глупая.

— Жалко, но ее глупость нам на руку — с Фреи хорошо было начинать. Ей семнадцать, она, считай, и в Низменности не росла, заматереть не успела. Такую легко напугать двухсотлетним заключением и разговорить. Да, знает она меньше всех, но ее информации может хватить, чтобы подступиться к другой сивилле… — Янис на ходу глянул на записи. — …Герде Агне. Ее допрашивал мой первый помощник, они… оказалось, они были знакомы в далеком прошлом, когда Герда жила в Низменности и работала в одном примечательном мужском клубе. Мы посчитали, что личное знакомство сыграет на руку. Информация от Фреи, информация от моего помощника… может сработать. Другие мои люди занимаются вопросом вашего появления: кто видел, кто мог узнать, кто отлучался из дворца, чтобы передать информацию.

— Есть зацепки?

— Несколько, но скоро у нас появится более полная информация… а вот и мой помощник, — Янис указал на человека в коридоре, он тоже носил белую форму, что бы это ни означало. Остальные щеголяли в сером. — Вильгельм! Есть новости?

Но этот Вильгельм застыл, глядя на меня во все глаза.

Должно быть, я еще не раз встречу людей с такими лицами, привыкну, но пока каждая такая встреча загоняла в угол, заставляла зажиматься и готовиться к удару. К удару по моей дырявой памяти, разумеется.

Янис тоже заметил реакцию первого помощника и деловито сообщил:

— По прямому распоряжению его величества альтьера Морландер присоединится к расследованию, при ней можно говорить. Что рассказала Герда Агне? Ты разговаривал с ней с самого утра, наверняка что-то полезное есть.

Но Вильгельм словно не слышал начальника.

— Так вот на кого напали ночью, — прошептал он. — Ида собственной персоной…

— Вильгельм, прошу не забываться и сосредоточиться на деле.

Опять не сработало:

— Это сделал Александр? — глядя мне в глаза, спросил мужчина. Я его, конечно, не узнала: очень высокий и крупный, чуть ли не раза в два меня больше, хотя я тоже совсем не маленькая девочка; черты лица вроде бы приятны, но все портило это злое, агрессивное даже, выражение. Оно застыло на мужском лице, как маска.

Вильгельм вдруг шагнул ко мне и схватил за руку:

— Ну же, Ида, это сделал Александр? Он нашел тебя? Он нашел только тебя или их тоже? Говори! — он дернул меня, точно куклу. — Он вернул их?

Пока я думала, как поступить, между нами вклинился Янис:

— Альтьер Роткирхельт, я бы порекомендовал воздержаться от подобных выпадов!

Но вышеназванный альтьер легко оттеснил более мелкого Яниса и двинулся в мою сторону. Его глаза полыхали неприкрытой яростью, а я с тоской прикидывала в уме варианты своего подзабытого греха. И в который раз в голову влез Дарлан с его «держись там, никому не рассказывай о потере памяти». Отличный совет, отличный план, отличный Дарлан, мать его…

— Принц и принцесса, Ида! Ну же!

Я пятилась назад, пока не уперлась в стену. Драться с мужчиной, у которого одна рука толщиной во всю меня, не хотелось совсем, сколько можно… опять это станет известной всем историей, и опять это отразится на Хале. А я пока не знала, как быть с ним, я ничего не знала, кроме того, что опять все порчу. Как и было задумало.

К счастью, Янис успел привлечь других полицейских, сопротивляющегося альтьера Роткирхельта (он продолжал выкрикивать вопросы о принцах и принцессах) не без труда оттащили в сторону и закрыли в чьем-то кабинете, хотя, думается мне, сей альтьер мог бы вынести любую дверь, даже не напрягаясь. Он бы и сквозь стену пробился при желании, какая там дверь при таких габаритах.

— Полагаю, разговор с ним пока откладывается, — деликатно заметил Янис. — И лучше я побеседую с ним один, а то мало ли… вообще-то, альтьер Роткирхельт неплохо себя показал и в полицию когда-то попросился сам. Мертвая наука ему не чужда, а таких людей всегда катастрофически мало, и вот… я лично его принял. И ни разу не пожалел. Что до сегодняшнего — не обижайтесь на него, альтьера. У него личная ситуация, а личное всегда очень болезненно.

— И я причастна к его личной ситуации?

— Никоим образом. Но вы… полагаю, ваше появление оказало на альтьера весьма сильный эффект. Он не справился, но скоро отойдет и извинится. Возможно, следующий ваш разговор сложится иначе.

Вскоре Янис бесстрашно отправился на разговор с яростным альтьером, а меня оставил пить ягодный отвар, наслаждаться пирожными и взглядами приставленной ко мне стражи. Во время памятной встречи в коридоре часть стражи осталась на улице, а часть ждала в большом зале. Предполагалось, что в здании, полном полицейских, да еще и рядом с Янисом, я в полной безопасности, а толпа из стражи рядом только усугубит ситуацию. К примеру, можно банально