– Потому что ты не кто-то из девушек. Ты другая. Разве ты сама о себе этого не знаешь?

– Не знаю. Каждый человек в чем-то уникален. Каждый. На маленький процент мы все удивительны. Но на больший мы все друг на друга похожи. Но и то и другое в нас прекрасно.

– То, что ты не зазнаешься, тоже прекрасно.

Мы покидаем офис и заходим в лифт. Когда двери съезжаются, я произношу уже куда более серьезным тоном, без образа и притворства:

– Слушай, Кларк, надо обсудить кое-что. Я твоя подчиненная, и я не хочу отношений на работе.

– Полностью поддерживаю твою позицию.

– Тогда зачем все эти комплименты?

– Искренние комплименты способствуют хорошему настроению и позитивному настрою. Я забочусь, чтобы и то и другое было у моих подчиненных.

– Ясно. Поняла. Ты просто из тех, кто окучивает каждую юбку. Ты не виноват, просто у тебя такой типаж. Я поняла.

– Получается, не только мою интуицию нельзя назвать хорошей. Вы не угадали, мисс О'Гейл. Все совсем не так.

Мы выходим из лифта, спускаемся на парковку, и вот я снова забираюсь в шикарный черный Alfa Romeo. Думала ли я, что когда-либо вновь в нем окажусь, да еще и так скоро? Конечно, нет! Мое нутро ничего зловещего не шептало. Странно. Обычно оно не молчит перед тем, как случается какое-нибудь дерьмо.

Если честно, я так устала, что мне не до сопротивлений Кларку с его напором комплиментов и желанием показать, до чего он хороший мальчик. У меня не осталось сил на отыгрывание роли холодной стервы этим вечером. Я правда отдала всю себя проекту, которым неотрывно занималась с момента получения письма от Макфи.

И мое нутро снова предательски смолчало, когда я вот так просто уснула в машине босса, еще до того, как мы выехали с парковки…

Глава XII. Это ничего не значит, ясно?

Синди

Я просыпаюсь в момент, когда Кларк открывает дверь машины с моей стороны и подает мне руку. Ничего не понимаю. Я что, правда уснула в его машине? Точно. Мы уже у дома, где я живу. Я вверяю пальцы Кларку, и он помогает мне выползти. И не зря. Мышцы такие непослушные после внезапного сна и такого же внезапного пробуждения, что я едва не поскользнулась, вылезая.

– Идем? – спрашивает с улыбкой Кларк, кивая в сторону многоквартирного дома, где я живу.

Дремоту как рукой снимает.

– Чего?

– Ну я же говорил, что ночую сегодня неподалеку от тебя, – легкомысленно бросает он, отчего мгновенно во мне вскипает ярость.

– То, что ты пару раз меня подвез, совсем не значит, что у нас что-то сейчас будет, ясно?

Стоп, Кларк, что, еле сдерживает смех сейчас? Он совсем охренел?

– Тише, тише. Не кипятись ты так. Скоро все сама поймешь.

Как же меня бесит, когда он такой безмятежный! Это еще сильнее разжигает во мне ярость!

Кларк заходит в многоквартирный дом, где я живу. Я все еще ничего не понимаю и бегу на каблуках за ним так быстро, как только могу, чтобы разобраться, что происходит. Он что, выкрал мою связку ключей и сделал их копию?

Кларк заходит в лифт, ждет, пока я присоединюсь, и только тогда нажимает кнопку. Кнопку последнего этажа. Да что он вообще делает и зачем? Только потому, что за мной следом заходит еще одна женщина, я ничего не спрашиваю. Бросаю в отражение зеркала мимолетный взгляд на себя и понимаю, что побелела от волнения, у меня даже не получается сделать глаза не круглыми. Кларк, какого черта ты задумал?

Я поднимаюсь с ним на последний этаж. Только чтобы понять, что вообще происходит. Город, из которого я приехала, Холиок, – маленькая деревня. Бостон – не маленькая деревня. Я не поверю в идиотское совпадение, что в этом же доме, где снимаю квартиру я, живет дама Кларка или какой-нибудь его приятель. Не поверю. Теория вероятности этого практически не допускает. Кларк просто прикалывается надо мной. Мы сейчас выйдем из лифта, и он признается, что все это – прикол. Очень несмешной и глупый прикол.

Лифт останавливается, а я все белею и белею от волнения. Что этот мужчина в дорогом костюме задумал?

– Спокойной ночи, Синди, – как ни в чем не бывало говорит он и выходит из лифта.

Черта с два ты так уйдешь, не объяснив ничего. Я же теперь не усну. А потому тоже выхожу из кабины и смотрю за действиями Кларка с жаждой узнать, что происходит.

Нет, это никакой не прикол. Кларк переиграл меня. Нутро мое стынет от ужаса. Он вынимает из кармана связку ключей и вставляет в замок одной из дверей, а затем отворяет ее. Проходит внутрь, не закрывает за собой и разувается, а потом смотрит на меня, будто ничего странного не происходит:

– Зайдешь?

– Я ничего не понимаю.

– Заходи, объясню.

Я молчу, потому что пребываю в шоке. Разуваюсь, прохожу внутрь, но яснее мне от этого не становится. С самого первого шага по этой квартире я понимаю, насколько она дорогая. Да один коридор здесь – это площадь всей моей квартиры. Белые стены с мраморными вставками, на полу плитка под гранит. Мебель вся ультрасовременная – без ручек и рельефов. Прямая, не выделяющаяся, монолитная. Все сияет и блестит, все отполировано и идеально.

Кларк включает свет в гостиной, и, судя по тишине и тому, что было темно, я осмеливаюсь предположить, что квартира пустовала до нашего прихода. Смотрю на серый угловой диван и тут же отворачиваюсь. Господи. Сколько в нем, метров семь? Да он реально больше моей квартиры. И столик этот напротив. В две ступеньки, с перепадом высоты соединяются две круглые столешницы. Светильники еще эти новомодные, низко свисающие. Настенные плафоны с подсветкой. Ах да, и самое главное и нереальное. Пусть это неприлично, но я подхожу к самой впечатляющей части квартиры. Пусть нельзя бродить вот так по чужой квартире. Но я не прощу себя, если не узнаю, каково это – стоять на высоте пятидесяти метров и смотреть на Даунтаун из выходящих на запад окон. Панорамных. Я подбираюсь к ним медленно. Боюсь, что закружится голова от высоты и восторга. Неужели я увижу сейчас, возможно, самый красивый вид за всю свою жизнь? Делаю еще два шага, и у меня и правда перехватывает дыхание. Бостон светится огнями вывесок и уличного освещения. По мосту мчатся сотни автомобилей. Кларк выключает свет. Боже… стало во сто крат красивее.

Кларк не подходит