2

«Чувственная ми бысть Ева»: как слова меняют смысл.

Современное прилагательное «чувственное» обозначает нечто утонченное, схватываемое «душевным ощущением». Но изначально существительное αἴσθησις — это «осязание», а потому и αἰσθητικός — «то, что доступно на ощупь», в противовес вещам, доступным только для мысленного восприятия (νοητός). Отсюда все произведения изобразительного искусства относились к области «эстетики».

Но со временем бинарное деление всех вещей на αἰσθητικός и νοητός осознали, как примитивное, а само чувство, αἴσθησις, стало восприниматься, как нечто внутреннее, уточненное, основанное не на уме, а на каком-то ином варианте восприятия.

А теперь давайте сравним славянский перевод одного из тропарей 1-й песни Великого канона Андрея Критского:

«Вместо Евы чувственныя мысленная ми бысть Ева». Т. е. вместо «чувственной» Евы у меня в наличии «мысленная Ева». Но что не так? Разве, эта «мысленная Ева» не олицетворяет собою ту самую страстность и алогичность которая на русском языке и выражается словом «чувственность»? Тогда в чем же противопоставление? — А в том, что автора тропаря «чувственное» это не «что-то там такое, утонченное», а просто банально «доступное для восприятия органами чувств». Автор противопоставляет физическую (доступную для восприятия осязанием и зрением) Евы, «навредившую» Адама со своими бурными мыслями, которые называет «мысленной Евой».

3

κλοιός — не бремя, а «узда», «ошейник».

4

φέρων µου τὰ πρακτέα «несущий мои деяния», здесь — «несущий на суд», т. е. «изобличающий», откуда «доносчик», т. е. тот, кто «приносит в суд» показания / обвинения.

5

κλοιός — не бремя, а «узда», «ошейник».

6

ἔσχες ἐν τῇ γῇ τῆς ἀφέσεως дословно «и не обладала на земле отпущением». это — лексема, которая означает «достижения земного покоя и счастья, успокоения от трудов».

7

Обычно δικαιώθητι переводят как «оправдайся», но у нас пассивный залог — речь идет об объявляемой судом амнистии преступнику, а не об «оправдании» в собственном смысле слова (тогда был бы активный залог). Глагол δικαιόω в пассивном залоге — технический судебный термин в значении «амнистия».

8

ἀρίστευσον от ἀριστεία — «изящные (аристократические) подвиги, доблестные дела».

9

Невозможно не остановиться на этом последнем предложении. В греческой классике μεγαλέμπορος «большими купцами» называли людей, хорошо знающих мир и другие народы с их религиями и философиями. Если учесть, что выше перед этим говорится больше об умозрительных трудах, то быть «искусным купцом», значит, в данном случае, хорошо разбираться в учениях философов и других религий. Т. е. речь о философствующем «мраке» ума созерцателя.

10

ἀξία это именно сан — будь то священнический или царский. Это внешний флер, сопутствующий статусу.

11

ἔθηκας от ἔθηκα (aor. 2 к τίθημι) — в судебной практике «внесение залога», а в торговой — «внесение платы». В контексте ὑπὲρ πάντων глагол ἔθηκας может означать «ты за всех нас внес свои тело и кровь». Какой бы смысл тут ни был (юридический, торговый или экзистенциальный).

12

Это — один из тех стихов, что в слав. переводе даны в путанном виде. Хотя стиль и слог Андрея Критского предельно просты, славянские переводчики умудрились и тут накуролесить.

13

ἐν ἐπιγνώσει ἀνακάλεσαι переводят «и в разум призови», но гнозис — это не совсем разум, а скорее процесс разумеющего познания, сознания. т. е. «приведи меня в сознание».

14

γλυκύς (сладкий) имеет еще и значение «нежный», когда речь о молодости или характере.

15

Немного витиеватый текст был абсолютно не понят слав. переводчиками, превратившие финиковую корзинку в «ковчежец» и ἐν θαλάµῳ переведшие «яко в чертозе жившем», хотя речь идет не о чертоге, а об укромном месте, где можно спрятать искомого врагами.

16

очень важная сотериологическая мысль: Иисус не возвращает нам здоровье «просто так». у исцеления есть целеполагание — чтобы дальше человеческая жизнь была его собственным духовным развитием.

17

ὁ κτίσας τοὺς αἰῶνας — буквально «создатель эпох», потому что «эон» — это не вечность и не время, а эпохи.

18

Очень глубокий образ, но как же ускользает его смысл от читателя! Колодец [φρέατα — это искусственные водоемы] — стоячая вода, вода, окультуренная сообществом. Родник, бьющий в скалах [τῆς φλεβὸς τὴν πέτραν] — это спонтанное природное явление, не окультуренное человеком. Но в роднике текучая вода, которая струится спонтанно. Ты можешь попить из родника в скалах, но сделать его частью цивилизации ты не в состоянии. Признаком цивилизации может быть только колодец — даже если в его основе родник, то сообщество пытается его «взять под контроль». Но как только рука человека касается этой природной невинности, она превращает все в отстойник. Колодец — стоячая вода, а в скалах журчит вода Живая! Библейское откровение зовет нас подальше от проклятой цивилизации — в горы, поближе к чистой природе! так, у живых журчащих родников, человек познает Бога! Кстати, вторая половина стиха в слав. тексте снова переведена неверно: «из него же [речь о роднике в скалах] яко чаша премудрости, изливает токи богословия». Так же важно помнить, что κρατήρ — это не только чаша для «смешивания» вина и воды, но еще и кратер вулкана! Перевести можно так: «Из него же, как из чаши мудрости, изливаются потоки богословия». Так же важна семантика: Богословие тут — производное от мудрости, а мудрость — это и знания, ученость. Кратир же — это та чаша, где мудрость земная смешивается и превращается в небесное богословие.

19

ὁ θεράπων — это не просто слуга, а слуга, так сказать, «в чине». Так называли придворную образованную элиту — в отличие от прочей челяди и холопов.

20

πρεσβείαι — это не молитва и ходатайство (как часто переводят), а именно «дерзновение в силу заслуг». Как бы это «по-католически» ни звучало, но нужно отдать должное, что учение о заслугах святых как о средстве ходатайства пред Богом не чуждо ни Писанию, ни византийской теологии.

21

Οἰκουµένης πρεσβευτήν.

22