танец линий. Она положила руки на край чаши гончарного круга, а затем снова прикоснулась к глине. Ее пальцы нашли углубление, и пока правая рука плавно вдавливала глину внутрь, левая не позволяла отклоняться. Матильда знала, до какой глубины надо давить, и аккуратно продвигалась к цели, когда поняла, что работает автоматически. Ее осязание обострилось до предела, пальцы двигались автоматически, взгляд расфокусировался, спина расслабилась и… Ыга снял руки с глиняной заготовки и остановил гончарный круг. Усыпив сознание Матильды и вытеснив его в Каскад, мын перехватил управление. Но на этот раз не только разумом, но и телом. Он встал и на пару секунд замер стоя, вспоминая, как ощущается чужое тело, как оно реагирует на команды. Затем аккуратно шагнул в сторону, но зацепил ногой табуретку и замер, словно калибруя систему управления. Поднял зацепившуюся ногу и, вытянув испачканные глиной руки перед собой, как зомби, пошел в сторону раковины.

Глина отмывалась легко, но на это уходило драгоценное время. Контролировать молодое и сильное тело Матильды старый мын мог сравнительно недолго, минут пятнадцать, не более. Если бы он остался в ней на более долгий срок, последствия могли бы быть довольно неприятными, а главное – непредсказуемыми для обоих. Например, сознание Матильды могло бы просто раствориться в Каскаде, а это – смерть. А еще оно могло вернуться в тело и вытолкнуть оттуда Ыгу. Тогда девушка обнаружила бы себя не там, откуда Ыга ее забрал. А это вызвало бы вопросы, предположения, походы к врачам, обследования и прочие сложные ситуации, которые означали бы, что использовать Матильду больше не получится. Так что действовать нужно было быстро и четко.

Помыв руки, Ыга быстрым шагом вышел из подвала и поднялся по лестнице в кабинет отчима Матильды. Он включил ноутбук, затем нащупал на нижней стороне столешницы маленький пульт, на котором набрал нужную комбинацию. Часть стены слева от огромного окна плавно отошла в сторону и открыла дверцу сейфа. Два быстрых шага, еще одна комбинация, щелчок, поворот ручки. Внутри сейфа рядом с наградным пистолетом и несколькими пачками наличных – красный тумблер. Филипе Диаш подключил дом к спутниковой связи еще на этапе стройки. Матильда и ее мать не подозревали об этом, а Ыга знал еще до того, как познакомился с женой и падчерицей старого полковника, ведь именно Филипе он нашел первым. Но поняв, что взять под контроль его тело дольше, чем на пару минут, не сможет, Ыга стал присматриваться к окружавшим Диаша людям.

Ыга вернулся к столу и открыл ящик, в котором прятался спутниковый телефон. Снимая крышку и доставая из соседних ящиков оставшиеся детали каскадного реле, спрятанные в других устройствах и предметах, он мысленно считал секунды, старясь не пропустить момент, когда надо будет возвращаться в подвал и снова усаживаться за гончарный круг, чтобы вернуть Матильде контроль над телом.

Через минуту реле было собрано и подключено к ноутбуку. Вся необходимая информация из интернета была уже готова к передаче. Матильда, ее мать, сам Филипе Диаш или даже ИТ-специалисты из его компании никогда бы не нашли ее в системе. Она была распределена между десятками приложений и компилировалась в нужную последовательность с помощью утилиты, вписанной в код операционной системы. Ыга запустил передачу данных и активировал реле. Информация должна была хлынуть стремительным потоком в Каскад и в мгновение ока достичь своего адресата. Но ничего не произошло. Ыга проверил подключение, еще раз убедился, что спутниковый телефон активирован. Каскад молчал. В этот момент внутренний счетчик дошел до отметки, после которой времени на размышления не было.

Ыга встал и принялся выполнять те же действия в обратном порядке. Отключить реле, разобрать его, разместить детали в тех устройствах, откуда они были позаимствованы. На мгновение мын замер, а затем удалил утилиту и всю скачанную для передачи информацию с компьютера Диаша. Затем он выключил ноутбук, спутниковую связь, закрыл сейф, вернул на место панель на стене и вышел из кабинета. Каскад молчал. Ыгу это тревожило, но скорее всего дело было в компонентах устройства. Если бы у него было больше времени, он мог бы разобраться и закончить процедуру, но нужно было возвращаться в мастерскую. Он закрыл за собой дверь кабинета и двинулся было по лестнице, как вдруг перед ним возник Гомеш. Пес стоял на несколько ступеней ниже и внимательно рассматривал Матильду, не двигаясь, уставившись ей прямо глаза и возбужденно виляя хвостом. Он видел перед собой знакомого любимого человека, но с ним было что-то не так. Запах – тот же, вид – тот же. Ощущение – иное. Гомеш глухо зарычал. Ыга почувствовал, как тело покрывается холодным потом, и сообразил, что это его реакция на выброс адреналина – связь с телом при перехвате сознания формировалась по-настоящему глубокая. Удерживать контроль стало сложнее, но Ыга понимал, что отключаться нельзя. Если девушка придет в себя сейчас, у нее возникнет очень много вопросов. Но что, если Каскад так и останется недоступен? Ыга стоял на лестнице и лихорадочно обдумывал ситуацию. Гомеш тем временем сделал шаг вперед, наклонив голову ниже и обнажив клыки, которые так здорово смотрелись в его «улыбке», а сейчас внушали ужас. Разумеется, Ыга видел созданий пострашнее, гораздо страшнее. Рядом с бальжумицем, например, или моравским пенчекряком Гомеш выглядел милой плюшевой игрушкой, которую хочется обнять и затискать, но в контексте ситуации стаффордширский терьер, почувствовавший, что перед ним не человек, представлял реальную опасность. К тому же пес заметил нерешительность противника и подошел ближе. Ыга мог вернуться в кабинет и обдумать план действий там, но времени оставалось совсем чуть-чуть. Паника, несвойственная мынам, проявлялась в человеческом теле на уровне физиологии. Нужно было бежать, спасаться, прятаться. И этот страх подсказал Ыге решение. Управляя телом Матильды, он пользовался ее физиологией, навыками, воспоминаниями – всем, что составляло ее сущность. Но помимо нее у него были и другие «сосуды для погружений», как он их называл. Ыга хорошо знал их сознания, психику и, самое главное – навыки. Находясь в теле музыкантки, он мог играть музыку. Находясь в теле пловца – превосходно плавал. Находясь в теле заядлого рыбака, точно знал, какую приманку использовать и как подсекать ту или иную рыбу. И теперь, понимая, что единственный путь отступления в нужном направлении лежит за перилами лестницы, Ыга решился на нетривиальный ход. Он вспомнил навыки гимнаста, в котором провел всё прошлое земное лето, и позволил воспоминаниям повлиять на физиологию Матильды. Девичье тело отозвалось легкой дрожью, ноги напряглись, плечи потянулись вверх. Ыга не стал