- На хер пошёл! - крикнул Вик. - Приказы он раздаёт! Я сам решу, что, как и когда мне делать, тем более, когда речь идет о моей жене и дочери!

- Нужно было раньше решать, а не сбегать! Сейчас уже поздно! Ты променял свою семью на дурь, алкоголь и Златку!

- А если я тебе скажу, что она меня простила, что тогда?

- То, что ты уже залез ей под юбку, ещё ни о чём не говорит, хотя нет, - хмыкает дед, - это говорит лишь об одном, что она тебя, идиота, до сих пор любит, а ты лишь используешь её.

С этими словами дед отключается, оставляя стойкое ощущение вылитых на Витьку помоев.

- Сука!

Вик сгребает фото и выходит в коридор. Ключи от машины, куртка. Хлопнув дверью, он спускается на один пролет и, открыв окно на лестничной площадке, выпрыгивает во внутренний двор-колодец. Не прошло и десяти минут, как он уже вырулил свой «Асти» на дорогу и понесся в сторону Рублевского шоссе.

Подъезжая к Рыбушкино, он заранее свернул на объездную, о которой уже мало кто знал. Дорога частично заросла травой, и Витька мысленно простился с защитой. Да и хер бы с нею, сейчас самое главное разобраться со всем тем дерьмом, которое он после себя оставил в тот гребаный сентябрь.

Бросив машину в пролеске, он через ракитник вышел на просеку и по краю поля дошёл до забора. Отогнув пару досок, пролез во двор и, стараясь остаться незамеченным, проник в дом через пристройку к гаражу. На часах полвторого ночи. Дом он помнил как свои пять пальцев. Осторожно переступая через скрипящие половицы, он быстро поднялся на второй этаж, налево по коридору и остановился около своей комнаты. Медленно открыл дверь и, включив в телефоне режим фонаря, переступил порог. Яркий луч залил комнату, вырывая из тьмы яркими пазлами жизнь, в которой его никогда не было.

- Твою мааать. - прошептал он чуть слышно под нос.

Все стены были увешаны детскими рисунками. На тумбочке возле кровати стояла фотография, на которой Влад держал на руках маленькую девочку, его девочку, которая сложила губки в воздушном поцелуе и зажмурила глаза. На спинке стула висела Ольгина пижама, закутанная, охереть, в его рубашку. По покрывалу на кровати рассыпаны игрушки и куклы. Над самой кроватью висел портрет мужчины с довольно приличными ушами и косыми глазами, нарисованный детской рукой, под которыми корявыми буквами было написано: «ДЯДЯ ВИТЯ». Витька осторожно снял его со стены и горько ухмыльнулся.

- Ты у меня умничка, малыха, уловила суть на раз-два. Папка у тебя длинноухий косоглазый осел, который умудрился расхерачить свою жизнь за пять минут, даже не давая вам с мамой ни единого шанса.

- Ты какого хера сюда припёрся! Я тебя сюда звал?

Вик слышал, что по лестнице поднимаются, но, чувствуя тут себя в безопасности, даже не обернулся, когда дверь бесшумно открылась, и Влад шагнул в комнату. Однако он не был готов к тому, что холодный металл упрется в его затылок. Витька замер и медленно опустил рисунок на кровать.

- Может, поговорим? - хрипло спросил он.

- Не настроен. - рубанул дед, усиливая давление металла. - Я тебе всё сказал, какого хера ты припёрся?

- Они - моя семья, дед.

- Они больше не твоя семья! То, что она тебя до сих пор любит, ни черта не значит! Она будет делать всё, исходя из интересов Дашки. А Дашка любит Тагира, так же, как и он любит её. Он для неё отец. И зная, что он сделал для девочки, я даже оспаривать этот факт не буду! Ты для неё никто! Вон, - ствол скользнул и упёрся в рисунок, - ты для неё дядя Витя!

Резкое движение, и ствол с глухим звуком приземляется в углу комнаты. Вик развернулся и посмотрел деду в лицо. Влад скользнул взглядом по внуку и вздохнул.

- Какого же хера ты наделал, Витька. - он устало опустился на стул. - Когда вернулся?

- Пару недель назад. - Вик сел на кровать, отодвинув в сторону игрушки.

- Почему так долго?

- Ранение в конце февраля, месяц в госпитале отвалялся.

- Вить, отступи, Христом Богом прошу, оставь их.

- Не могу, дед. - Он поднял рисунок и улыбнулся. - Она невероятная.

- Я знаю. - Дед первый раз улыбнулся. - На тебя похожа.

- Я люблю Ольгу. И я сделаю всё, чтобы вернуть её обратно. Но для начала мне нужно понять, что там случилось. Она сказала, что они её чуть не убили.

- У неё была остановка сердца в скорой, Вить. Твои отец и Златка так её накачали, что она