жизни не сталкивалась, но из новостей знала о марсианском культе и Софокре. Ее еще более привлекло то, что говорившие произносили все хоть и на своем сленге, однако же делали это настолько буднично, что словно промышляли какими-то обычными товарами, а не живыми людьми. Больше всего Габри поразили цифры «бренников», споры вокруг, сколько из них имели шанс выжить, а сколько все равно «откинутся», потому что слишком старые или слишком юные. Говорившие явно делили некий совместный куш. Однако конец их разговора Габри услышать так и не довелось.

Они, видимо, обратили внимание на странный разворот одного кресла и тут же умолкли. Сначала один резко прекратил, потом и второй тоже заткнулся, как по команде.

«Тоже мне секреты! У нас за 3 месяца столько народа погибло, которые просто хотели убежать от войны!».

Габриэль ухмыльнулась сама себе, вздохнула и неспешно развернулась в кресле. Ее взору предстали двое в разных комбинезонах. На одном отчетливо читалась «всепогодка» от ГЛТК с характерными голубыми и синими расцветками. А вот второй был в черном явно преторианском костюме, точно таком же, как и на Дункане. Сами мужчины были разного роста и внешности. Один, который пониже, в костюме ГЛТК весьма красноречиво почти сразу же положил руки на пояс, выпячив грудь, на которой подсветилась какая-то гравировка. Габриэль понятия не имела, что это за она, но ИИ ее обруча подсказал, что это представитель закона и порядка в здешних краях, так называемый «звездный маршал». После этого откровения, второй, по выше с аккуратно постриженной бородкой и подведенными глазами, ее уже не сильно интересовал. «Ахренеть! Удобное прикрытие! Звездный маршал покрывает работорговлю! Расскажу альхонцам, не в жизнь не поверят!». Ступор прошел быстро. Звездный маршал вообще сделал вид, что ничего преступного и противозаконного они и не обсуждали. Он даже улыбнулся или сделал неубедительную попытку в этом направлении и сразу же переключился на Габри.

– На станции нежданные гости? Ты ж со «Спэйсгейта»? Одна из, я так понимаю? – обратился к ней тот самый низкорослый «правоохранитель».

При этом говорил он весьма приятным чуть низковатым и бархатистым голосом вежливо, но при этом не меняя интонации на вопросительную в конце, а скорее констатируя во фривольной панибратской манере сам факт ее присутствия.      Хотя, несмотря на все потуги и старания, растерянность на их лицах, все же, никуда не делась. Она читалась в манере и в мимике. Габриэль все поняла, но ничего не сказала, но лишь кивнула головой, встала и направилась к выходу из каюты отдыха. Оба мужчины просто проводили ее взглядом.

В общем холле-столовой оказалось тоже людно. Тот самый большой столик с накрытой поляной теперь был занят. 10 человек в черных и синих комбинезонах ели, пили и весело разговаривали. Были среди них и женщины, которые выделялись более журчащими и звонкими голосами. В общих шутках и смехе трудно было понять хоть что-то конкретное. Габриэль уже и не пыталась. Ей хватило. Она направилась к тому дальнему столику, что они застолбили за собой, но оставили пустым без заказов, дабы не привлекать внимание. Ее заметили, и все затихли на секунду. Она в своем темно-зеленом комбинезоне явно выделялась на фоне остальных. Никто не пытался позвать ее за свой стол или хотя бы улыбнуться. Дюжина пар глаз смотрела на нее с некоторым удивлением и замешательством. «О, видимо, мы тут совсем нежданные гости». Габриэль попыталась расслабиться и выбрать что-то из меню, однако в голову лезли все эти торги живым товаром. В релакс-камеру тоже идти совсем не хотелось.

– Сколько вас прилетело? – услышала она знакомый голос.

Габри повернулась и увидела того самого светло-волосого низковатого роста «коротыша» с гравировками «звездного маршала» в форме ГЛТК. Она молчала. Тот, неспешно направляясь к ней, на ходу пояснил:

– ИИ «Спэйсгейта» отказался ответить на этот вопрос, сославшись на какую-то неисправность… Я счёл это весьма странным… Там в релакс-каюте заняты 4 капсулы, а «Спэйсгейт» предусматривает 2-х членов экипажа максимум. Выходит, что вас как минимум 5.

Габриэль пожала плечами и снова ничего не ответила и никак не пояснила. Она сделала вид, что и не замечала приближение «незнакомца». Тот, в свою очередь, совершенно не смутился этому, но продолжал расспрос, как ни в чем не бывало:

– Конечно. Я не уполномочен запрещать вам путешествовать хоть в 5-м, хоть в 10-м… Но зато имею право проверить шаттл на предмет нарушений или угона… Возможно, вы бы хотели этого избежать? Тогда следует быть со мной более сговорчивой, мэм.

На последней фразе он даже улыбнулся, хоть и слегка жутковато, и сел напротив нее без приглашения. Габриэль махнула рукой, указав на место, которое он «оккупировал», и, наконец, соизволила ответить:

– Тут занято. У вас есть свой столик.

Война делала человека грубым и не таким сентиментальным, как в обычной мирной жизни. Габриэль была продуктом войны, войны жестокой, гражданской, где погибнуть на ровном месте – как чихнуть. Отпечаток она, война, оставила на ней глубокий, хотя и, будто бы, незаметный.

«Коротыш» сделал вид, что упрека не было. Он все так же с натянутой улыбкой смотрел на нее в ожидании, видимо, чего-то другого, чем претензии на занятое место. На Габри это не действовало. «Я ж тебя на сквозь вижу. Сидишь, ухмыляешься, а сам думаешь, что со мной делать из-за подслушанного». Габриэль улыбнулась собственным мыслям. Зато тот, видимо, все сразу и понял. Они оба все поняли без лишних слов.

– Дата-кристалла с твоего нейро-обруча мне будет достаточно, чтобы я закрыл глаза на все ваши нарушения – спокойно и уже без улыбки произнес он прямо.

– С детства не научили переходить на нейро-канал в общественных местах, да? – парировала Габри.

Звёздный маршал снова улыбнулся. Он демонстративно вздохнул, помотал головой и зашел с другой стороны:

– Ладно. Каюсь. Не вежлив. Предлагаю начать сначала… Мое имя Шэмол Крит, можно просто Шэм. Я – звездный маршал ГЛТК и отвечаю в этом секторе за закон и порядок.

Настало время ухмыляться Габриэль:

– Насколько я поняла, мы в нейтральном космосе. Тут не действуют законы ни Федерации, потому что мы покинули ее пределы, ни Альянса, потому что еще не влетели туда.

– Да. Верно… Но есть еще ГЛТК и Звездный Патруль… Да, и мы с вами не в черном вакууме общаемся. Это станция «Пустапао-Энерджи», которая принадлежит ГЛТК.

И тут Габри слегка растерялась. С его уст все звучало, вроде как, верно и логично. Выходило, что он действительно, как бы, главный тут. Она молчала. Ее ум занялся срочным призывом по нейро-чату кого-то из «своих». Мифаста отозвался быстро.