При коррекции истерического характера психотерапия, как видно из только что изложенного, имеет обширное поле применения, и это психотерапевтическое влияние дает хорошие результаты.

Психоанализ Фрейда также дает положительный лечебный успех, но при обязательном соблюдении большой осторожности. Когда истеричный ребенок чувствует, что его внутренняя жизнь является предметом особого интереса, то у него усиливается склонность к измышлениям, фантазированию, искажению действительности, ко лжи. Наряду с этим у него значительно возрастает восприимчивость к чужому влиянию благодаря содержанию и направлению задаваемых вопросов, и ребенок может все сделать, что мы искусно ему внушаем. Поэтому приходится согласиться с тем, что в области детской истерии психоанализ представляет наибольшую опасность. Применяя его, надо очень тщательно следить, чтобы ничего не внушать ребенку, не возбуждать никакого интереса к половым вопросам, не оживлять бесцельно то, что он позабыл или преодолел. Профессор М. О. Гуревич, присоединяясь к этому мнению, так формулирует свою мысль: «Путем фиксации внимания истеричного на вытесненных переживаниях получается иногда не изживание, а закрепление болезненных явлений»[26].

Коррекция недостатков поведения единственных детей. Дефекты их поведения обусловливаются не биологическими, а социальными факторами. Единственные дети, так же как и единственные сыновья среди дочерей и последыши у пожилых родителей, не будучи больными и психически ненормальными, в своей массе являются социально и педагогически запущенными, где повинными оказываются дурная среда и неправильная постановка воспитания. Практика и художественная литература дают много убедительных примеров дурного воспитания окружающих и порчи таким образом характера ребенка. Если ненормальная, уродливая среда калечит ребенка, создает неудачников, нервных людей и т. д., то среда здоровая, приспособленная к особенностям ребенка, способна воспитать и перевоспитать его, сделав из него социально полноценную личность.

Единственные дети нуждаются в социальных мерах, т. е. в создании около них здоровой физической и психической среды, которая постепенно вела бы их характер к выравниванию, исправлению, нервную же систему – к закаливанию и успокоению. В этом деле необходимы индивидуально-педагогическое влияние и психогигиенический режим, назначаемый в каждом отдельном случае. Родители не должны превращать единственного ребенка в «игрушку», надо по возможности меньше с ним «носиться, возиться», не изнеживать его характер, воспитывать в коллективе детей, помня, что только в общении со сверстниками ребенок остается ребенком. Следует как можно раньше отдавать его в детский сад и школу, а не ограничиваться только домашним воспитанием. В некоторых неблагоприятных случаях неизбежна временная изоляция ребенка из семьи. Перевоспитание одиноко растущего ребенка проводится не только путем индивидуальных мероприятий, но также путем «коллективизации» (А.Б. Залкинд)[27], т. е. через детский коллектив.

Коррекция нервного характера. В этом случае на первом месте стоит телесное здоровье, с которым так тесно связано правильное нервно-психическое развитие. Поэтому необходимо следующее:

1) Урегулировать питание, сон, пребывание на свежем воздухе, затрату мышечной энергии, а также и отдых.

2) Крайне целесообразно физическое воспитание (естественные движения, игры, экскурсии, спорт). В данном случае физическое воспитание укрепляет нервную систему и наряду с этим корригирует дефекты характера.

3) Коррекцию недостатков воли у нервного ребенка весьма разумно начинать с физического воспитания. Когда здесь достигнуты некоторые результаты, тогда возможно продолжать развитие воли сначала физическим, а затем умственным трудом; и то и другое нужно проводить очень интересно для нервно неустойчивого ребенка. (Подробности по воспитанию воли см. в разделе «Коррекция активно-волевых дефектов».)

3) Следующее место в коррективном воспитании нервного ребенка должен занять метод воспитания через детский коллектив, о чем будет написано дальше.

3) Важно с ранних лет приучать ребенка, чтобы он верил в себя. Для этого требуется, чтобы все окружающие ободряли его, снисходительно относились ко всему, что он делает и говорит по доброй воле. Крайне нужно, чтобы ребенок никогда не падал духом. Ничто так не ослабляет самоуверенности ребенка, как если грубо сказать ему, что он не понимает или не знает, не умеет, или, еще хуже, еще пагубнее, когда начнут смеяться над его попытками, над его пробами, над его усилиями. Человек так создан, говорил Паскаль, что, если ему сказать, что он глуп, он верит этому, если он сам говорит себе, что он глуп, он убеждает себя в этом.

Ребенок в этом отношении еще более податлив, чем взрослый.

4) Лучшим средством против недостатков характера нервной молодежи является могучее влияние личного примера. Чтобы научить детей быть твердыми, надо самому проявлять твердую волю по отношению к ним. Сила воли, как и физическая сила, у других людей заражает их, а так как они всегда берут за образец окружающих, то, чтобы сделать их твердыми, укрепить их волю, нужно самому служить примером твердости и иметь крепкую волю. Об этом мы говорим также и в «Инструкции для педагогов-дефектологов».

7) В наш век, век ребенка, странно говорить о телесном наказании. Однако оно существует, родители широко пользуются им, и до тех пор, пока это так, мы – врачи и педагоги – вынуждены настаивать на полном отказе от него, так как физическое наказание совершенно бесцельно и вредно по отношению к нормальным детям, тем более оно отрицательно сказывается на нервных детях. Оно делает их очень озлобленными, мстительными. Не следует упускать из виду, что нервный ребенок очень подражаем и внушаем, а потому не следует удивляться, если он станет отвечать вам такими же побоями.

Недавно ко мне приводили невропатичную одиннадцатилетнюю девочку за советом, что делать, чтобы отучить ее бить мать и отца. Из расспросов удалось установить, что девочка, проделывая это теми же приемами, с тем же причитанием, строго копирует своих родителей. Таким образом, она оказалась весьма способной ученицей своих любящих родителей, абсолютно не умеющих воспитывать своего единственного нервного ребенка.

Хлопки, пинки, побои не содействуют укреплению, оздоровлению нервов, а напротив – ослабляют нервную систему, делают нервных детей еще более робкими, пугливыми, лишают их личности и воли. Лаской, увещанием, наконец, авторитетным энергичным словом следует широко пользоваться при воспитании нервной молодежи. Самое главное – воспитывать в ней, как нами выше было сказано, крепкую волю, которая научит их быть господами самим себе, научит их сдерживать свои нервы, свои слезы, свои капризы.

Ясно, что воспитание волевого усилия нервного ребенка должно производиться с соблюдением строгой постепенности и притом спокойно, с выдержкой, с терпением, без окриков, последовательно, но без послаблений, без ненужных уступок, т. е. настойчиво (см. также регламент педагогического персонала).

Я хорошо знаю, что воспитание нервного ребенка в семье – дело весьма трудное и сложное, однако возможное при наличии, с одной стороны, желания и с другой – помощи советом, указаниями, инструктажем со стороны врача – специалиста по коррекции детской нервности. Правда, подобного рода помощь родители и педагоги могут получать пока только в больших городах при нервно-психиатрических учреждениях.

8) Болезненно повышенная психомоторная