отвлечении от навязчивых мыслей путем участия в работах и занятиях, построенных индивидуально для каждого из них в соответствии с нормальными, здоровыми интересами; если эти последние находятся в зачаточном состоянии, их надо углубить или расширить; при пассивности интересов – активизировать их.

Вольные игры на свежем воздухе, не требующие обдумывания и дающие моторный разряд внутреннему напряжению, уменьшают гнет тяжелого настроения и вызывают чувство радости. Также полезно физическое воспитание и спорт. Существенным дополнением к ним являются сильные обтирания жесткой щеткой и ванны с переменной температурой.

Однако все указанные приемы надо применять с большой постепенностью в силу того, что энергичная коррекция навязчивости может лишь повысить страхи ребенка и тем самым усилить данный дефект. По этим же соображениям весьма осторожно надо относиться к предложениям недостаточно опытных врачей поместить ребенка в специальное учреждение.

Метод профессора П.Г. Бельского. Бельский сконструировал весьма интересный метод индивидуального воздействия на трудного ребенка[21]. Меры такого воздействия сформулированы им следующим образом:

1. Дружественная эмоциональная связь воспитателя с ребенком позволяет в начале работы над собой подчиниться требуемому режиму ради близкого, любимого, чтобы доставить радость ему и тем самым себе.

2. Катарсис – очищение психики от предшествовавших травмирующих его переживаний путем «эмоциональных» бесед педагога или товарища, друга с попутным указанием на неправильную целевую установку поведения, а также избрание ребенком новых форм социально полезных установок, другими словами, сознательный отказ от прежнего поведения.

3. Постепенный перевод эмоциональной энергии, освободившейся после катарсиса, на новые социально полезные цели на основе закона трансформации эмоций:

а) перевод эмоции на смежную с ней, близкую по природе эмоцию, например, эмоции азарта – в спорт, физического мазохизма – в психический, т. е. поэзию грусти, нарциссизма (самовыставления, самолюбования) – в драматическую работу, исполнение красивых героических ролей в спектакле и т. п.;

б) изменение целевой установки данных эмоций (например, целесообразен перевод хаотической стихийной агрессивности в агрессивность по отношению к объективным социально враждебным феноменам), поручение ответственных должностей в самоуправлении в целях борьбы за лучшие формы общежития данного коллектива и т. п.;

в) обращение эмоции в ее противоположность: агрессивность, садизм по отношению к людям, животным может превратиться под влиянием детского коллектива, воздействия педагогов, социальных оценок в нежную любовь, в уход за больными, слабыми товарищами, младшими детьми, животными;

г) раскупорка интровертировавшихся эмоций (обращенных на самого себя) путем широкого социально радостного общения с окружающим коллективом, причем в тяжелых случаях вначале через общение с близким другом (взрослым или ребенком), а также с небольшой группой избранных, наиболее чутких товарищей. Это особенно важно в случаях упорного онанизма на почве автоэротизма, самовлюбленности, являющейся следствием разрыва с теми, на кого была направлена в детстве любовь (мать, отец, другие близкие).

4. Постепенный отрыв ребенка от индивидуальной связи с педагогом и полное направление психической (любовной) энергии на коллектив. Этот отрыв, к сожалению, с трудом проводится даже лучшими педагогами вследствие субъективных переживаний (трудно отдалиться от любимого). Необходимость этого отрыва ясна, ибо тесная связь с любимым препятствует направлению всей энергии на цели коллектива. Кроме того, при жизненной неудаче возможна фиксация на образе воспитателя: поиск в лице близкого спокойного убежища и отказ от борьбы. В случае невыполнения этого возможен уход в болезнь, в невроз как защитное средство от неприятных раздражителей среды (болен, не должен уже работать, нести тяготы жизни, все ухаживают, оказывают помощь, снова его «я» в центре внимания).

Далее П. Г. Бельский добавляет, что все индивидуальные меры должны проводиться в коллективе и с коллективом воспитанников, без правильной организации которого работа не представляется возможной.

Коррекция бродяжничества. Проблема бродяжничества и его коррекции должна интересовать педагога-дефектолога хотя бы потому, что этот дефект характера весьма распространен не только у нас, но и за рубежом. Весьма интересные по новизне данные можно найти у Густава Леземанна (Gustav Lesemann)[22]. С другой стороны, эта проблема связана с тяжелым для детских учреждений явлением – побегами. С каждым годом налаживающаяся жизнь в детских учреждениях уменьшает, сокращает количество побегов из них; но все же в данный момент они составляют 1,5 % для нормальных детских домов. Хуже обстоит дело, как пишет нарком просвещения А. В. Луначарский[23], с трудновоспитуемыми, где процент бегства, так же, как и из приемников, иногда превышает 10 %. Надо, однако, сказать, что из мест заключения для несовершеннолетних, где, конечно, охрана их гораздо тщательнее и строже, чем в учреждениях Наркомпроса, побеги еще и сейчас составляют 30 %. Обычно инспектор и ревизор усматривают здесь непорядки в постановке учреждения и обвиняют администрацию или педагогический коллектив. Однако объективная оценка причин побегов должна учитывать также состав воспитанников; среди них нередко бывают тяжелые психически больные с неудержимым стремлением к странствованию, бродяжничеству, которые своим страстным стремлением легко заражают других совоспитанников.

Известно также, что у истеричных детей временами бывает своеобразное сумеречное состояние с болезненными влечениями к странствованиям. Ребенок убегает из дому или детского учреждения, бродит на свободе и через несколько дней возвращается (или его доставляют), не будучи в состоянии объяснить, что с ним происходило в эти дни.

Соломон К., десяти лет, как-то внезапно исчез из дому. Родители всюду по Москве искали его и среди своих знакомых, и среди его школьных товарищей, и по милицейским отделениям. Поиски оказались безрезультатными. Однако через неделю сын телеграфировал отцу из Ташкента о высылке на обратный путь денег. Он абсолютно ничего не мог сказать о том, как пробрался в Узбекистан. В дальнейшем его поместили в медико-педагогическое учреждение. Спустя шесть месяцев он убежал и оттуда, несмотря на то, что это учреждение отличалось внимательно-любовным отношением и рациональным уходом со стороны врачебно-педагогического персонала. Вскоре случившийся судорожный припадок дал возможность установить в данном случае эпилепсию и вызываемое ею неудержимое влечение к бродяжничеству в полубессознательном состоянии.

Нередко фактором такого бродяжничества является ненормально выраженное влечение к половым излишествам и извращениям или к наркотикам (дурманам).

Следующими моментами, вызывающими патологическое бродяжничество, являются два психических заболевания – циклотимия и шизофрения. Оно может быть обусловлено, кроме того, особым психопатическим состоянием, описанным венским профессором Августом Рейссом (Reiss) под термином импульсивное бродяжничество.

Для полноты изложения этиологии надо упомянуть, что наряду с бродяжничеством, обусловленным биопатическими причинами, есть так называемое нормальное, вызываемое социальными условиями (нужда, сиротство, семейные неприятности, ссоры, эксплуатация, психическая индукция и т. п.). Этот вид бродяжничества мы не имеем в виду и ограничиваемся только ненормальной его формой.

Задачей коррекции будет устранить все, что вредно отражается на нервно-психическом здоровье ребенка, и подвергнуть основное заболевание специальному лечению. Каждый отдельный случай, естественно, требует индивидуальной психопатологической оценки, индивидуального лечебного отношения и воспитания. Этому особенно способствует основательное изучение каждого случая. Метод воспитания через коллектив также дает значительные результаты, и поэтому нужно комбинирование обоих