Мама села рядышком, взяла меня за руки и тихо сказала:

— Это наложница Ченси.

Ши Хэ вскрикнула от неожиданности и выронила шкатулку с украшениями. Она вместе со мной ходила во дворец и играла с дочерью Ченси. Но я лишь усмехнулась:

— Наложница Ченси? Что за глупости? Она сама дала мне в руки то масло! Если это была она, девятый принц бы не нашел в нем яд!

— Он и не нашел.

Я вырвала руки из маминых ладоней, вскочила с дивана и воскликнула:

— Неправда! Тогда почему мне дали это прозвание? Дознаватели наверняка ошиблись. Это Муюнь, да? Они не посмели тронуть любимую наложницу наследного принца и набросились на ту, что осталась без защиты! Муюнь ведь знает яды, в ее саду растет лоза громового бога! Она сама мне сказала, что лоза ядовитая! Даже если Ченси и делала масло, то яд добавляла туда Муюнь! Или ее служанка.

Я вспомнила кое-что и побледнела. Боль стучала всё сильнее и сильнее.

— Она оговорила себя, верно? Ченси — она такая нежная! Если ее пытали, она могла не выдержать боли.

— Когда дознаватели пришли в ее двор, наложница Ченси уже была мертва. Она сама себя отравила.

Мои ноги подкосились, Ши Хэ едва успела меня подхватить и сама чуть не упала под тяжестью моего тела. Я сидела на полу и не могла поверить в то, что услышала. Мы виделись всего два раза, но я уже успела полюбить и Ченси, и малышку Хуа-Хуа. Мне так нравилась стойкость и сила этой хрупкой с виду женщины. Как она терпела убогий двор, нехватку слуг и отсутствие какой-либо поддержки! И всё ради дочери. У меня не было детей в прошлой жизни, но я очень хотела родить такую же красивую и послушную девочку, любоваться ее ужимками, гладить ее розовые щечки. Ченси не стала бы травить наследного принца! Ведь и в случае успеха, и при неудаче Линьхуа придется несладко.

Да и зачем ей? Я не видела в Ченси ни злобы, ни обиды на наследного принца. Она, как истинный даос, простила ему свои страдания и просто жила. Жила ради дочери.

— А как же Линьхуа? Ее же не наказали?

— Ее отослали в дальний монастырь.

Мама безжалостно обрушивала на меня жестокую правду слово за словом. У меня почти не осталось сил, чтобы выдержать хотя бы еще один удар. Но я должна была знать.

— Они нашли того, кто стоял за Ченси? — едва слышно спросила я, уже зная ответ. — Дознаватели ведь не поверили, что это был замысел всеми забытой наложницы?

— Они ничего не нашли. В ее доме не было ни спрятанных писем, ни серебра. К ней никто не приходил, кроме тебя. Нет ни единого намека на кого-то еще.

Значит, Сюэ Сюэ не пойман. И нападение на меня было лишь желанием отомстить за сорванный план. И в любой день, в любой час он может отправить ко мне следующих убийц. Как долго я смогу уворачиваться от летящих стрел?

— Полагаю, нам стоит вернуть дары и указ императору, — проговорила я, чувствуя, что голова вот-вот расколется от боли. — Я недостойна его милости. Я не сделала ничего, чтобы разоблачить отравителя.

— Мы не можем, — мягко сказала мама. — Это оскорбление императора. Так ты выкажешь свою неблагодарность и дашь понять, что жизнь наследного принца не стоит даже столь незначительных даров. Согласна ты с указом или нет, тебе придется его принять.

Я при помощи Ши Хэ медленно поднялась, дошла до дивана и села. Из-за боли голос мамы доносился будто бы издалека.

— Скорее всего, девятый принц также хочет поблагодарить тебя. Прими его благодарность с улыбкой и постарайся забыть об этом деле. Поверь, Ли Вэй и так был в ярости, когда узнал, для чего ты ездила во дворец.

— Госпожа Ли, — встревоженно воскликнула Ши Хэ, — кажется, юной госпоже стало дурно! Наверное, снова заболела рана. Или голова.

— Зови лекаря Е! Нет, я сама позову, а ты пока завари ей травы, которые дал лекарь Е.

Хлопнула дверь. Вскоре я почувствовала знакомый травяной аромат. Этот отвар был настолько горьким, что от одного лишь запаха у меня свело зубы, зато я немного пришла в себя и смогла сделать несколько глотков.

Потом пришел лекарь Е, воткнул несколько серебряных игл в кожу головы и рук, чтобы изгнать дурную ци, сделал новый отвар, подержал амулет возле моего лба. Так что к приходу девятого принца я уже пришла в себя и встретила его вместе с родителями у ворот поместья.

Глава 15

Девятый принц против обыкновения пришел со свитой. Помимо слуги, которого я видела не раз, он привел несколько воинов с их душевными зверями. Неужели он так испугался за свою жизнь после покушения на наследного принца?

Отец сказал положенные по этикету приветствия, мы с мамой и Ли Жуем тихонько стояли позади него. Племянник, как будущий глава семьи, обязан присутствовать при встрече столь высокопоставленных гостей.

Затем отец пригласил девятого принца пройти в торжественный зал для приемов.

— Господин Ли, этот принц пришел не с официальным визитом и не по приказу отца-императора, а исключительно по велению души, — сказал гость. — Этот принц желал бы поговорить с господином Ли в более скромном зале. Мои люди останутся здесь.

— Господин девятый принц желает уединенного разговора… — полувопросительно сказал отец.

— Этот принц желает, чтобы юная госпожа Ли также присутствовала, ибо разговор коснется ее судьбы. Если госпожа Ли и молодой господин хотят послушать, они могут пойти с нами.

Если бы я не выпила столько успокаивающего отвара, мое сердце бы сейчас наверняка забилось сильнее. «По велению души», «коснется ее судьбы»… О чем девятый принц вообще собирается говорить?

Я держала голову опущенной, как и подобает скромной незамужней девушке при мужском разговоре, но не смогла удержаться и бросила несколько быстрых взглядов на неожиданного гостя.

Девятый принц сегодня меньше всего походил на дикаря из земли Девяти ветров. Он надел традиционный круговоротный халат темно-красного цвета, который дозволено надевать лишь членам императорской семьи, длинные широкие рукава создавали величественный и утонченный образ. Его волосы скрывались под черной шелковой шапкой с едва заметной вышивкой. Без грубой подвески из бронзы и камней он стал похож на ученого, который не