те успели сделать, пока я спал. Командовал мини-искин. Мини-искин меня поднял примерно в час ночи, как раз к сортиру сходил, получая доклад. А он приказ выполнил, грузовой дрон доставил охранного к «химарсам», дальше боевой всех вырубил из «подавителя», те часть техники прятали на опушке, пока готовились открыть огонь. Дальше что, дрон не боевой, другого оружия нет, поэтому он сближался и опорой наступал на голову, проламывая череп. Это гарантированно убивает. Даже поднялся в пункты управления и там поработал. Когда живых не осталось, благо в чистом поле у опушки те стояли, населённых пунктов рядом нет, то вышел на меня. Так что пока отливал, я подключился через боевика, он как ретранслятор, к системам управления этих установок. Да, мини-искин дождался сначала, когда установки выгонят, поднимут пусковые, готовя из них вести огонь, и только тут вырубил, как я и приказал. То есть всё готово, дальше уже с помощью своих разведывательных дронов подобрал цели, согласно полученным данным, все ракеты были с кассетными снарядами, так что бить надо по пехоте. Одной установкой отработал по одному лагерю, там примерно два батальона было, спали, судя по движению, их перебрасывали к нам, усиливали оборону. Другой установкой – по скоплению наёмников. Не всех я проредил ранее. Тут работал где одной ракетой, где парами, меняя. Так что неплохо посетил туалет. Я доволен, вернулся и спать. Кстати, все установки и машины поддержки, с охраной, горели. Да дрон опорой пробивал баки, потом бил до искр по металлу. И те полыхнули. Те, что бензиновые. На дрон попало, но это ему не страшно, закоптился только. Так что зарево оттуда издали видно.

А грузовой дрон и охранный продолжали летать, я уже отметил, где вражеские войска, находить, облучать и ликвидировать, также пробивая черепа опорой. Как стемнеет, укрыть оба в каком густом и пустом лесу, и на зарядку. До следующей ночи. Поэтому утром, когда получил доклад, узнал, что помимо расчётов тех двух ракетных установок залпового огня, плюс охрана, успели уничтожить ещё восемьсот солдат ВСУ и нацбатов. Надо будет направить на уничтожение наёмников, по переговорам можно определить, кто где. Такой приказ, кстати, отдал. Да, мини-искину я закачал программу русского языка и письменности, тот своих теперь и сам слушал с интересом, и уже мне сообщал, если что интересное будет. Чуть позже я ввёл и третий грузовой дрон. А там, находя мины, батальонные или полковые, ночами подвешивал к системам сброса, и дроны летали, мини-искин находил интересные цели, и совершали сброс. У меня уже времени на это нет, часть дел пришлось уступить искину. Так что укреп этот окружённый мы взяли, пленных всего с десяток из сотни, нацбат, крепко держались, до последнего, оттого в основном ранеными в плен попали. Эти не сдаются, фанатики Бандеры. Да и мы особо не брали, ворочали тела и находили живых. Сдали укреп тыловым частям, те трупами занимались и пленным, своих раненых в тыл отправили, к сожалению, семь погибло, а сам – следом за нашими. Прорыв развивался. А работы штрафникам было немало, где какой серьёзный узел обороны, кидали нас. Причём наша техника подошла, как белые люди ездили, а не по этой грязи пешком. За следующие три недели форма у всех превратилась в настолько грязное и ластящееся нечто, что понять, какой у неё цвет, просто невозможно было. В бой кидали нас постоянно, никакого отдыха, но вот после трёх недель боёв вывели. От роты тридцать человек осталось. Мы город Запорожье брали, причём город окружён, и некоторые войска дальше километров на пятьдесят ушли и встали у окраин Днепропетровска в оборону, наступательный порыв иссяк. Да и линии снабжения растянулись. Так что недалеко ушли, плюс на восток, до Павлограда километров на двадцать не дошли. В сторону Донецка не так и много. Взяли Покровское и встали. Теперь переваривали то, что было взято. А мы уже неделю как вели бои в городе. Запорожье те решили не сдавать, но второй Мариуполь не вышел. Причём на западный берег мы не переправлялись, на своём восточном работали.

Всё же меня вычислили. Я отметил, что каждое моё движение отслеживают минимум пара дронов, коптер и самолётного типа. Да вспомнил кто-то, как я в прошлом году, будучи ротным, взломал и взял под контроль немало дронов и коптеров, разово. Больше такие умения не демонстрировал, но было же. Почему-то тогда это никого не заинтересовало. А тут и провели аналогию, ВСУ потеряли дроны именно в тот день, как моя группа начала работать. На случайность не похоже. Правда, следили за мной пять дней, но видели, что я своей «птичкой» только пользовался, и часто планшет был у командира группы, тот следил за обстановкой вокруг и управлял подразделением. Иногда я забирал, гонял дрон на дальнюю разведку. Наводил арту. Плюс трое новичков, что постоянно мелькали рядом. Ну и пусть смотрят, я не демонстрировал, что с кем-то в контакте, а воевал. Особенно эпично смотрелось, как я в одиночку на штурм шёл, группа моя позже подтягивалась. По сути, я штурмы в одно лицо на себе тянул, отчего потери в нашей группе были минимальными. Контрразведке пришлось несколько бойцов переводить в другие группы для пополнения, а нам этих якобы новичков необстрелянных. А те следили за мной. Так что как штурмовик я их поразил, и серьёзно, хотя всех возможностей я не демонстрировал, максимум уровень боевых знаний третьего ранга, а это уровень спецназа. Возможно, даже «Альфы». Так что убедились, что я тут ни при чём, со всех сторон проверен, и пока отказались от мысли о моей причастности. А вот офицеры США и Европы как раз мной заинтересовались, слушая наших, получили хоть какой-то ключик к тому, что происходит. В совпадение те не верили, и уже четыре группы послали из украинцев и нацистов за мной. Форма наша, отлично сделанные документы, но все четыре группы были уничтожены. Один раз украинской же артой, я сам навёл их под видом их же корректировщика, что в это время как раз был убит. Три других – нашими группами охраны тыла. Две слил с левого источника, другую сами случайно раскрыли.

Впрочем, те своих попыток не забросили, я ожидал, что ещё придумают, следил и воевал. Из плюсов – закончил учить базы сержанта-пехотинца. Продолжил учить хакерские, поднимая до четвёртого ранга. Авторитет мой как бойца был очень высок, часто в новостях показывали кадры с моей работой при штурмах. Однако в сотни раз больше таких видео ходило по интернету.