Главное Управление Рабоче-Крестьянского Красного Военно-Воздушного Флота. За время Гражданской войны советские авиаторы произвели около 20 тысяч самолето-вылетов, сбросили свыше 94 000 кг бомб, провели 144 воздушных боя. 219 летчиков и летчиков-наблюдателей были награждены орденами Красного Знамени, из них 16 — дважды, 5 человек — трижды. Уже тогда у нас были летчики — трижды Герои.

А что было в Германии, у которой самолетов в ВВС к 1917 году было в три раза больше, чем у России? А в Германии с 28 июня 1919 года военной авиации не существовало. С 1919 года и до 1935 года у немцев её не было…

* * *

Это какая-то невообразимая государственная тупость. Адмирал Можайский. Адмирал! Не какой-то студентик, а целый адмирал! Серьезный человек. В полном смысле этого слова — трагическая судьба. В 1896 году американец Ленгли — первая летающая модель самолета с паровым двигателем. Можайский эту попытку предпринял еще в 1882 году, был зафиксирован отрыв самолета от земли, еще не было стабильного горизонтального полета, требовалось увеличение мощности двигателя, Александр Федорович безуспешно искал на это средства, да он и до этого на свои средства ездил за двигателем за границу и приобретал его. Всего 19 тысяч просил — не дали. Свои вкладывал. Но уже на то, чтобы модернизировать движок ни средств не хватило, ни здоровья. Умер Александр Федорович в 1890 году, так и не осуществив своей мечты о постройке первого в мире самолета. Там совсем смешные средства требовались и у нас, а не у братьев Райт был бы приоритет. Даже адмирал ничего не смог пробить в правительстве!

Николай Егорович Жуковский. Профессор. Еще с 1893 года — действительный статский советник. Серьезная фигура. Основоположник науки гидро-аэродинамика. Вдумайтесь: русский ученый — основоположник науки! Первая аэродинамическая лаборатория в 1904 году создается профессором Жуковским на средства… промышленника-миллионера Дмитрия Павловича Рябушинского. Порядка 100 тысяч стоило строительство лаборатории и 36 тысяч ежегодное финансирование. Не очень много для Рябушинского. Примерно как пригоршня самоцветных камней, которые высыпались из простреленных лифчиков великих княжон и бывшей императрицы в подвале дома Ипатьева. И на лабораторию Жуковского хватило бы, и на самолёт Можайского. Еще и осталось бы.

Александр Сергеевич Яковлев писал, что в РИ была проблема с производством собственных двигателей, даже лицензионных, потому что даже нормальной стали не умели выплавлять, не могли наладить производство свечей зажигания. Проблема в кривых русских руках, в недоразвитых мозгах? Да нет. Такая же, что и с аэродинамический лабораторией — денег нету, финансирования нет. Знаете про такую артиллерийскую систему — ГСК. Расшифровка — гаубица системы Ксешинской. Той самой Матильды, с которой наш последний царь и его браться стали молочными братьями. Украдено всё. А что не украдено — в лифчиках. А если что осталось, то не для сиволапых, за границей купим.

Всего в РИ по состоянию на 1917 год было полтора десятка авиазаводов. Даже точной цифры неизвестно, мне это не удалось установить. Почему так? Потому что почти все они были не заводами, а кустарными мастерскими, для которых даже отверточная сборка — слишком громко. Привезли разобранный аэроплан из-за границы, его в каком-нибудь сарае собрали — вот и весь завод. А более-менее настоящих заводов было всего два — «Дукс» в Москве и завод Щетинина в Петрограде «Первое Российское общество воздухоплавания». Завод в Риге, на котором самолеты Сикорского делались, как я уже писал, так эвакуировали, что он перестал существовать. Оставшиеся заводы производили самолеты по лицензиям: «Фарманы», «Вуазен» и «Ньюпоры», да в Петрограде еще делали гидропланы Григоровича, единственные в мире, 200 штук произвели с импортными двигателями.

И все заводы были частными, ни одного государственного. А самая богатая семья России (догадываетесь с какой она была фамилией?) ни одного завода или даже лаборатории за свои средства не построила.

Но ладно, царизм можно долго пинать ногами, и без нас это есть кому делать, наша цель немного в другом, нам нужно сравнить потенциалы Германии и СССР в плане военной авиации к началу ВОВ и понять, почему немцы принимали на вооружение подобное Ме-109.

А если взять за точку нуль на графике развития военной авиации Германии после ПМВ и до начала ВМВ, 1919 год, когда по условиям Версальских соглашений немцам было запрещено иметь военную авиацию, то у них стартовые условия были намного хуже, чем у военного авиационного ведомства СССР.

Царская семья еще носила бриллианты в трусах и лифчиках, находясь под арестом в доме Ипатьева, а в Советской Республике вдруг нашлись средства для создания Центрального аэрогидродинамического института — ЦАГИ. День его основания — 1 декабря 1918 года. В стране идет Гражданская война, Республика в кольце фронтов Антанты, только-только Краснова под Царицыным разбили, продразверстка, колоссальные экономические трудности, казалось бы — какие к черту институты?!

1920 год, только-только Врангеля из Крыма выбили, страна в разрухе, самый тяжелый год, пожалуй, для Советской власти в экономическом плане, но в газете «Известия» № 276 от 8 декабря граждане молодой Республики читают:

«ПОСТАНОВЛЕНИЕ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ

В ознаменование пятидесятилетия научной деятельности профессора Н. Е. Жуковского и огромных заслуг его, как „отца русской авиации“, Совет Народных Комиссаров постановил:

Освободить профессора Н. Е. Жуковского от обязательного чтения лекций, предоставляя ему право объявлять курсы более важного научного содержания.

Назначить ему ежемесячный оклад содержания в размере ста тысяч (100 000) рублей с распространением на этот оклад всех последующих повышений тарифных ставок.

Установить годичную премию Н. Е. Жуковского за научные труды по математике и механике с учреждением жюри в составе профессора Н. Е. Жуковского, а также представителей по одному: от Государственного ученого совета, от Российской Академии наук, от физико-математического факультета Московского государственного университета и от Московского математического общества.

Издать труды Н. Е. Жуковского.

Председатель Совета Народных Комиссаров

В. Ульянов (Ленин).

Управляющий делами В. Бонч-Бруевич.

Секретарь Л. Фотиева.

Москва, Кремль.

3 декабря 1920 г.»

Да, вот так: авиационное дело, авиационная наука в Советской Республике и впервые в мире стало делом государственным…

* * *

Мне в комментариях и написали, что буквально на второй день после прихода к власти большевики, будто в панике, бросились открывать научно-исследовательские институты. Один за другим, по разным направлениям. В панике — самое точное слово, описывающее этот процесс. Ленин говорил, что всякая революция лишь тогда чего-нибудь стоит, если сумеет себя защитить. То, что на молодую Советскую республику окружение, как только чуть очухается,