большой высоте неловко прилеплена похожая на ползущее насекомое странная фигурка, изображающая Нику, богиню победы, а перед ним статуя святого Георгия на коне, поражающего, как заметил автор статьи в журнале «Новое время» Алексей Митрофанов, гадину, напоминающую докторскую колбасу, уже порезанную кусочками, на которые нацеливается копьем святой.

С левой стороны виднеется золотой купол Георгиевской церкви (проект архитектора А.Т. Полянского, автора и здания музея), в стилистике древнерусских церквей, но с шокирующе неподходящими огромными застекленными проемами и крупными барельефами. В комплексе мемориала выстроены также мечеть, открытая в 1997 г., и синагога в 1998 г.

Лукино (Переделкино)

У станции Переделкино Киевского направления Московской железной дороги, с правой стороны от линии за высоким забором, почти не видное снаружи, стоит любопытное здание – это главный дом бывшей усадьбы Лукино, известной с XVII в. По писцовой книге 1646 г. она значилась за ловчим Иваном Федоровым Леонтьевым. Но самая интересная история этой усадьбы начинается с того времени, когда она перешла во владение баронов Боде.

Фамилия эта французского происхождения – имение барона Карла-Августа-Людвига Боде было конфисковано во время Великой французской революции, он покинул в 1795 г. Францию и эмигрировал в Россию, где он и его потомки обосновались на всю жизнь и обрусели. Барон стал Карлом Илларионовичем, баронский титул его сыновей Клементия, Андрея, Александра и Льва признали в России. Александр Карлович Боде, научившийся русскому языку в 26 лет, стал писателем, публицистом, автором книг по сельскохозяйственной тематике, знакомый с пушкинской семьей, он оставил воспоминания о детстве А.С. Пушкина. Знаком с Пушкиным был и младший сын Лев Карлович, камергер, обер-егермейстер императорского двора. Он был женат на Наталье Федоровне Колычевой, последней из древнего и славного рода Колычевых, и после ее смерти их сыну Михаилу Львовичу император разрешил именоваться бароном Боде-Колычевым. Он глубоко интересовался историей своего рода и сделал из усадьбы в Лукино настоящий музей.

Колычевы происходили от внука Андрея Кобылы Федора, по прозванию Колыч. Наиболее известным из этого рода был Филипп Степанович Колычев, после мятежа князей Старицких бежавший в Соловецкий монастырь, где принял постриг и стал игуменом. Иван IV узнал о его активном управлении монастырем и настоял на возведении его на митрополичью кафедру, надеясь найти в нем поддержку своей политике, но оказалось как раз наоборот. Филипп не поддерживал Ивана Грозного, не смирился с ним, выступал против опричнины, казней и преследований невинных и, более того, неоднократно всенародно обличал царя в неправедном поведении. Царь Иван гневался, требовал, чтобы митрополит «в опричнину и в царский домовой обиход не вступался», чтобы не прекословил «державе царской», а Филипп считал, что церковь обязана быть моральным судьею. Окончилось противостояние царя и митрополита тем, что созванный царем позорный церковный собор обвинил пастыря и низложил его, а 8 ноября 1568 г. Басманов с толпой опричников ворвался в Успенский собор, сорвал с Филиппа митрополичье облачение, заковал в кандалы и заключил в монастырь Николы Старого, где его морили голодом. Потом его отправили в Тверской Отрочь монастырь, где Малюта Скуратов по приказу Ивана Грозного задушил Филиппа. Церковь объявила в 1652 г. митрополита Филиппа святым, и его мощи торжественно перенесли в Москву (см. «Мещанская слобода» в первой части книги).

Михаил Львович Боде-Колычев посвятил 25 лет историческим изысканиям, собирал все, что относилось к роду Колычевых, написал обширное родословие под названием „Боярский род Колычевых“, изданное в 1886 г. (автор его скрылся под инициалами Б.М.Л.Б.К., что значит Барон Михаил Львович Боде-Колычев). У себя в Лукине он, пользуясь советами и помощью знатока русского искусства художника Ф.Г. Солнцева, выстроил в псевдорусском стиле новый усадебный дом на основе старого сгоревшего, возвел церковные здания, посередине парадного двора поставил обелиск с именами казненных из семьи Колычевых, окружил всю усадьбу подобием кремлевских крепостных стен с воротами, украшенными изразцами и каменными львами. Рядом с главным домом построили хранилище, где находились «архив боярского дома Колычевых» и «Колычевский музей». По воспоминаниям известного филолога и искусствоведа Ф.И. Буслаева, учеником которого в юные годы был владелец Лукина, все в усадьбе «…Михаил Львович строил и украшал по планам, чертежам и рисункам, которые составлял он сам, и для точнейшего выполнения своих предприятий неутомимо следил за работами каменщиков, плотников и разных мастеров. Он обладал разборчивым, тонким вкусом и был опытный знаток византийско-русской иконописи и старинной орнаментики».

В советское время усадьбу разорили, устроили совхоз, а в 1952 г. отдали дом под загородную резиденцию московского патриарха.

Отец и мать М.Л. Боде-Колычева – Лев Карлович и Наталья Федоровна – похоронены в Лукине, над их могилами Михаил Львович возвел церковь Св. Филиппа, которая находится к северу от Спасской сельской церкви, выстроенной в 1819 г. и перестроенной в конце 1870-х гг.

Мещерское

Поселок находится справа от железнодорожной станции Востряково, и совсем рядом с Кольцевой автомобильной дорогой, но кажется, что город отсюда очень далеко – кругом зелень, старые деревья, огромный пруд, уютные дачные домики, прячущиеся внутри участков, и даже вездесущих уродливых коттеджей (подобных одному из самых нелепых на 5-м Дачно-Мещерском проезде) здесь немного. Перпендикулярно железной дороге идет главная здесь улица, под названием Мещерский проспект, подводящая к плотине между двумя прудами. Справа находится небольшой заболоченный пруд, а слева расстилается водная гладь большого Мещерского пруда с лодочной станцией и хорошим пляжем, с близко подходящим к пруду лесом, частью Баковского лесопарка. В поселке осталось не так уж много старинных дач, можно обратить внимание на одну такую дачу в стиле модерн на углу Мещерского проспекта и Тверской улицы (№ 20).

Известно, что на месте современного поселка в 1627 г. находилась пустошь Вавулино, владельцем которой была московская церковь Введения Богородицы «Златоверхая», что близ Гостиного двора в Китай-городе. В конце XVII в. пустошью вместе с селом Волынским и деревней Давыдковой владел касимовский царевич Василий Арасланович. Позднее тут находилось село Ваулино, сожженное французами в 1812 г.: еще долго на подробных картах Московской губернии отмечалось место этого села с крестом, обозначавшим церковь.

На месте сожженного села в верховьях речки Навексы (или Неверки) в начале XX в. стал строиться дачный поселок, получивший название Княж-Мещерский, по фамилии владельца земли князя С. Мещерского. Открыт он был в 1905 г., причем при продаже земельных участков специально оговаривалось запрещение открывать торговые либо промышленные заведения. В 1910 г. в Мещерском насчитывалось 108 отдельных владений; в то время образовалось общество благоустройства, много предпринимавшее для того, чтобы сделать жизнь в поселке удобнее. Казалось бы, всем хорош был Княж-Мещерский, но вот считали, что хотя масло дешевле, чем в Москве, но много хуже – содержит большое количество воды, да и вообще