него, поэтому отправили к нему человека. В номере все было нормально и не вызывало подозрений, поэтому они отдали багаж Фан Цзяна администратору на хранение, пока не приедет полиция.

– Теперь, когда мы узнали личность погибшего, раскрыть дело будет в разы легче, да? – Я потер щетину на подбородке.

Начальник Ху взглянул на меня обеспокоенным взглядом:

– Едва ли.

– Как это едва ли? – переспросил я. – Трупы обычно расчленяют, чтобы поудобнее спрятать, а скрывают свое преступление только те, кто хорошо знаком с жертвой, и боятся того, что сами натворили. Из этого следует, что после установления личности жертвы добрая половина дела уже сделана. Почему «едва ли», что такого особенного в этом деле?

– Не каждое преступление можно раскрыть лишь с помощью логики, каждый случай в той или иной степени уникален. Сам подумай: согласно расследованию, Фан впервые приехал в Лунфань; откуда у него тут знакомые?

– Не обязательно здесь, – ответил Линь Тао. – Может, кто-то из его старых знакомых здесь поселился, или же враги решили последовать за ним в Лунфань…

Начальник замотал головой:

– Думаю, эти две версии можно сразу же исключить. Перво-наперво мы проверили телефонные звонки Фан Цзяня за последние два дня – и не обнаружили странных номеров. Он звонил только партнерам. Если предположить, что за ним в Лунфань специально приехали враги, то тогда нарушается правило «далекий бросит» – ведь его расчленили.

– Логично, – сказал я. – Тогда остался только один вариант: его убили партнеры.

– Мы с самого начала так подумали, – начальник снова замотал головой, – но секретный отдел провел тайное расследование, и там полностью уверены, что те ни при чем.

– Ну… не это и не то… Тогда что? – спросил озадаченно Дабао.

– Кстати, – вспомнил я, – а внутренние органы жертвы нашли?

Начальник Ху кивнул:

– Мы со стариком Ханем подумали: если голова была выброшена на выезде из района, а остальные части – на въезде, то от более тяжелых органов должны были избавиться еще раньше. Прямо перед жилым комплексом находится озеро, поэтому наши поиски сосредоточились на нем. Мы привлекли ближайшее пожарное отделение, они осушили пруд, и на дне оказался полный набор внутренних органов погибшего.

– Мне кажется, только судмедэксперт способен сразу достать из человека все органы, не отделяя их друг от друга, – сказал Линь Тао. – Я бы точно не справился; понятия не имею, как это сделать.

– Наш судмедэксперт может отделить органы целиком, начиная с языка, – добавил начальник Ху. – Судя по внутренностям жертвы, преступник точно обладает знаниями в области судебной экспертизы.

– Кто-то, кто учился на судмедэксперта? – уточнил я.

– Не берусь утверждать. Это спорный момент. Убийца расчленял жертву, обходя суставы, как будто плохо понимая, как устроены кости человека, однако что касается внутренних органов, он профи. У меня есть подозрение, что преступник намеренно резал ниже суставов, пытаясь таким способом запутать полицию. Типа чтобы мы не поняли, что у него есть навыки судебной медицины.

– Вы уже поняли, для чего ему нужно было вырезать органы? – спросил я.

– Привлечь внимание, – решительно ответил начальник Ху.

– Привлечь внимание? – Дабао непонимающе посмотрел на него. – Может, он просто психически больной человек, вот и совершил преступление, не помня себя?

Начальник отрицательно покачал головой:

– Отличительная черта преступлений, совершенных психбольными, – полное игнорирование последствий, хаотичные действия. Он же расчленял тело последовательно и логично, вспорол живот, да и еще сделал специальные борозды под веревку… Точно не псих.

– Ну… – Дабао почесал затылок.

– Конечно, возможно, что незнакомец расчленил и распотрошил погибшего, чтобы обратить на себя внимание, но он разгуливал в центре города с кусками трупа, даже не пытаясь скрыть их… – Я посмотрел на начальника Ху: – Чего он хотел добиться?

– Хотел, чтобы мы его поймали, – начальник потупил взгляд. – Пытался спровоцировать полицию.

Я кивнул:

– Убийца расчленил тело не для того, чтобы спрятать его, а чтобы нам было проще найти его. Подтвердились мои худшие предположения: нам брошен вызов!

– А еще наш противник хорошо знаком с анатомией человека, – напомнил начальник. – Неужели кто-то из наших?

– Начальник Ху… – Судмедэксперт Хань, открыв дверь в кабинет, сильно удивился, увидев нас внутри. – Вы уже вернулись? Разве вы не должны были развлекаться с делом какого-то там чиновника?

– Уже раскрыто, – сухо ответил я. Все мои мысли были заняты последней фразой начальника Ху: «Неужели кто-то из наших?»

– Как вы и просили, – начал свой доклад судмедэксперт, – мы еще раз внимательно изучили палец. Он был отсечен после смерти. – Он поднял вверх прозрачный пластиковый пакет для улик.

Начальник Ху кивнул в ответ.

Мое любопытство одержало верх над мыслями, и я выхватил пакет из рук Ханя.

Внутри лежал слегка согнутый палец, из мягких черно-красных тканей которого торчала обрезанная кость.

– Я как раз думал об одиннадцатом пальце, – сказал я. – Повторите, что вы только что сказали…

– Мы тоже посвятили ему много времени, – сказал начальник Ху. – После анализа ДНК стало ясно, что палец и вправду принадлежит не погибшему, а другому мужчине. Оперативная группа сразу же предположила, что убийца мог случайно, пока расчленял тело, отрезать себе палец.

– Верно, – подтвердил судмедэксперт Хань. – В конце концов он же рубил кости, на каждый срез ушло больше десятка ударов… Если много раз повторять одни и те же движения, то очень легко ненароком остаться без собственного пальца.

– То есть вы только по отсутствию прижизненных реакций решили отмести данную версию? – Я приподнял прозрачный пакет и внимательно пригляделся к обрубку кости. – В последнее время у меня какие-то странные отношения с пальцами. Прошлое дело началось с того, что в бочке с отработанным маслом был найден палец, вот и теперь тоже…

Дабао подошел посмотреть поближе:

– На срезе нет выраженных следов крови. Также можно заметить, что он неровный – видно, что инструментом прошлись по тканям не один раз.

– Угу, – я кивнул. – Очевидно, что палец был отрезан не случайно, а после смерти его хозяина.

– Не представляю, в каких отношениях могли быть погибшие… Есть ли прямая связь между пальцем и нашей расчлененкой? – задумался начальник Ху.

– Если останки двух тел были найдены в одном и том же месте, – начал я, – это не случайно. Я думаю, эти два трупа точно как-то связаны.

– На данный момент, – сообщил судмедэксперт Хань, – оперативная группа все еще изучает контакты Фан Цзяня. Мы выделили дополнительную рабочую группу для поиска хозяина пальца и других частей его тела.

– Однако, – добавил начальник Ху, – оперативная группа не знает, с чего начать поиски.

Я по-прежнему не отрывал взгляда от пакетика с вещественным доказательством:

– А что насчет времени? Выяснили?

Судмедэксперт Хань подошел поближе:

– Как можно всего лишь по пальцу определить время