— Раз, два, раз, два…

Я не вижу соперников, я не слышу зрителей. Для меня сейчас существуют только этот счет и доведенные до автоматизма шаги. Одна ширина, один темп, одно целое друг с другом и с плитой, которая все сильнее тянет вниз.

— Раз, два, раз, два…

Мы уже практически бежим, быстро пустеющий резерв напоминает о себе усиливающимся голодом. Перед глазами начинает плыть то ли от чрезмерных усилий, то ли от заливающего их пота. Я полностью сосредотачиваюсь на летунце, а ноги сами шагают в такт с отрывистым счетом.

— Раз, два, раааааа….

Плита зарывается правым передним углом в песок, разворачиваясь и снося меня в бок. Я с трудом приподнимаюсь с земли.

— Все целы?

— Да, — поочередно подтверждают мальчишки, и только после этого я понимаю, что лежу за краем арены. А ведь я шла в конце.

Развернувшись, прямо на четвереньках добираюсь до края плиты, из груди сам собой вырывается разочарованный стон — нам не хватило какого-то десятка сантиметров. Сил нет ни на что и я ложусь на спину прямо на песке, глядя на небо с редкими перистыми облаками. Что-то кричат зрители. Я не слышу, что они кричат, но одно знаю точно — сегодня нас на гул не поднимут, а значит «юные маги» по прежнему останутся теми, в кого верят тысячи жителей этой страны, и кто может в будущем повести их за собой.

— Нам велели построиться на середине арены, — подойдя, сообщила Рами. Девочка была бледной, но на ногах стояла вполне уверено.

Мы с трудом поднялись с земли и, пошатываясь, побрели в указанное место. У меня ощутимо саднил левый локоть, видимо ободранный при падении. Ян немного прихрамывал, у него и Эрина под носом засыхали полоски крови, Мы все были осунувшиеся и перепачканные в песке и земле, но честно сделавшие все что могли и даже немного больше. А в центре арены нас ждали чистенькие, выстроившиеся в ровную линию и абсолютно потерянные восьмикурсники.

Только теперь я заметила, что их плита лежит всего в нескольких метрах от стартового края арены. Видимо они так удивились нашему способу переноски, что потеряли концентрацию и уронили ее. Мы кое-как сумели выстроиться по росту рядом со старшекурсниками и оказавшийся рядом со мной Орен, глянув на меня, тут же опустил взгляд.

У судейского столика собралось довольно много народу, включая и наших кураторов, там сейчас подсчитывали очки за весь турнир, чтобы определить победителя. Я посмотрела на трибуны и поняла, что независимо от результатов подсчета мы уже были победителями. Теми, кто перечеркнул в сознании этих людей слово невозможно. Теми, кто подарил надежду на чудо и веру в собственные силы. Люди на переполненных трибунах что-то кричали, стоя на своих местах и ритмично размахивая руками. Адепты младших курсов, оккупировавшие крышу основного здания академии, взлетали в воздух и делали цветастые иллюзии. Думаю, к следующему турниру многие команды будут готовиться совершенно иначе, ведь теперь они точно знают, что все зависит только от них.

Подсчет очков затягивался. Очень хотелось сесть на песок, а еще лучше лечь и закрыть глаза, но было нельзя, и мы продолжали стоять, поддерживая друг друга. Наконец от судейского столика в нашу сторону направился не замеченный мной до этого королевский архимаг.

— Становится победителем и получает право принять участие в королевском турнире магов… — Лисандр сделал паузу, и трибуны выжидательно замерли вместе с нами. — Команда первого курса!

Трибуны взревели как стадо бешеных топтунов, а я осела на колени и, закрыв лицо ладонями, просто расплакалась, потому что ни на что другое сил уже не осталось.

— И прежде, чем мы приступим к награждению обеих команд, прекрасно показавших себя, — продолжил королевский архимаг, — я спрашиваю вас, лучшие маги королевства, «Кто готов вести этот круг на турнир? Кто сможет стать их лидером в нелегкой борьбе?».

Я отняла ладони от лица и сквозь пелену слез удивленно воззрилась на Лисандра. На трибунах поднялись сразу несколько мужчин и одна женщина. Кайден оглянулся на Элтара и сел. Ну и правильно, к турниру-то не он нас готовил. Остальные тоже решили уступить эту честь нашему другу, чему я была действительно рада.

Дальнейшая церемония прошла для меня как в тумане. Нам жали руки, надевали какие-то подвески на цепочке, совали букеты цветов. Пришел доктор Алан с Кайденом и спустившимся с трибун Элтаром и увели нас в лазарет. С арены я, кажется, все же вышла сама, хоть и опиралась на руку, предложенную нашим куратором, а вот как добрались до владений доктора уже не помнила, придя в себя на любимой кровати у окна. На потолке была все та же привычная по попаданиям в местный лазарет трещинка.

Чувствовала я себя при этом на удивление неплохо, хотя усталость никуда и не делась. Выглянув из своего закутка, я увидела Рамину и Рейса, пьющих отвар с доктором Аланом.

— Присоединишься? — предложил заметивший меня мужчина.

Я кивнула и, направляясь к ним, поинтересовалась:

— С остальными все в порядке?

— Да. У всех небольшой обрыв ауры, но ничего серьезного, я даже антимаги надевать не стал. Ушибы и ссадины тоже уже залечил. Повезло, что у вас плита над самой землей была, и никого не придавило, а то бы вы так легко не отделались.

Часть 24

Примерно через час, когда остальные члены круга присоединились к нам, Алан отвел всех в класс, где ждал сидевший за преподавательским столом, внимательно разглядывая сцепленные пальцы рук, мастер Кайден. Мы расселись по своим местам и замерли в предвкушении заслуженной похвалы.

Как только доктор вышел из класса, закрыв за собой дверь, все поразились выражению лица только теперь посмотревшего на нас куратора. Мужчина был в бешенстве.

— Вот как вас угораздило⁈ Это ж надо было так наизнанку вывернуться, чтобы в очередной раз в неприятности влипнуть! Какого демона вы эту плиту к финишу поперли, не могли на середине бросить⁈

Кайден вскочил со стула и начал метаться туда-сюда, окончательно выбив нас из колеи.

— Да что случилось? Что мы такого сделали? — попыталась получить я от завуча более вразумительные пояснения, мысленно прикидывая, когда мы вообще могли успеть это что-то сделать.

— Если ты не заметила, вы выиграли академический турнир, — ехидно сообщил наш куратор, наконец остановившись и уставившись на меня.

— Так это же хорошо, — заключила я, в упор не видя