class="p1">Мелкая шпилька между строк: против Хьюга Хироя выступила даже родная внучка, что уж говорить о чужих людях.

— Какая подруга? — брат бабки изо всех сил старался поспеть за стремительностью событий, на его лице всё росло и росло недоумение.

— Миёси Моэко.

— Это такая полненькая? — Хьюга-старший на автомате развёл руки в стороны. — Моэко-тян?

Йоко молча задержала веки в опущенном положении.

— Как такое может быть⁈ — принятие реальности по обыкновению давалось родственнику со скрипом.

Вместо ответа безопасница перевела камеру сперва на группу чиновников, затем на Решетникова с его адвокатом:

— Представитель Регулятора вопреки ожиданиям оказался совсем не так компетентен, как планировалось. Прошу меня извинить, — поклон. — Я свои возможности исчерпала и при всём желании не могу подменять работу государственных органов.

Старик сухо поблагодарил и отключился.

* * *

— Нам с клиентом нужно поговорить наедине, — Моэко безукоризненно чётко улавливает заминку оппонентов.

Подхватив меня под руку, она решительно направляется в противоположный конец холла первого этажа.

— Кажется, я слегка погорячилась. — Наедине подруга Хину утрачивает внешний официоз, становясь задумчивой. — Хотя иначе было нельзя.

— По мне, всё лучше, чем идеально. Я готов тебе аплодировать.

— Если б не синие и чёрные костюмы во втором ряду, я бы с тобой согласилась. Ты, кстати, понял, что они из разных ведомств?

— Предположил по лицам, но не был уверен — не имею твоего опыта.

— Теперь можешь быть уверен, подтверждаю. Такидзиро-кун, кто этот серый костюм? — Моэко незаметно оглядывается по сторонам, намекая на возможность фиксации нашей беседы. — Подробностей не надо, в самых общих чертах. То, что имеешь право сказать.

— Зачем?

— В моей семье процессуальный опыт копится достаточно давно, — она многозначительно поднимает бровь. — Он гласит: если надзорный орган прокуратура используется как ширма, ситуация потом всегда оказывается гораздо сложнее, чем поначалу.

С другой стороны, адвокат — это как врач. Чем быстрее и больше расскажешь, тем точнее и раньше начнут лечить правильно, какой бы деликатной ни была болезнь.

— Хорошо. В самых общих чертах, без деталей, хотя и не понимаю, чем оно тебе поможет.

— Я и сама пока не понимаю. Пожалуйста, рассказывай.

— Однажды возникла ситуация, когда некую вещь нужно было переместить из пункта А в пункт Б. Я тогда как раз был в армии.

— Государству было нужно?

— Скажем, оно идее очень симпатизировало и само намерение активно поддержало, даже нас привлекли.

— Ничего не понимаю в армейских делах, но здравый смысл говорит: простого контрактника на такие задачи не посылают, — борёкудан требовательно смотрит в глаза.

— Звёзды так сложились. Во-первых, нужен был человек с не самым характерным японским лицом, — приглаживаю собственную причёску.

— Пха-ха-ха, зачёт! — меня хлопают по плечу, что под взглядами чиновников является демонстрацией тесных дружеских отношений.

— Во-вторых, этот внешне не-японец должен был уметь объясниться на любом языке региона за исключением корейского, японского или китайского.

— А что тогда остаётся? Вернее, кто? Только не говори, что знаешь вьетнамский или тайский.

— Русский же, — удивляюсь искренне. — Фамилия моя какая?

— Ух. Точно. — Меня задумчиво берут за пуговицу.

— В момент получения посылки нужно было обмениваться достаточно сложной информацией так, чтоб она не стала достоянием других. Отправитель предупреждал, что по-корейски, японски и китайски могут понимать, — продолжаю. — Вопрос коммуникации был критично важен, без деталей. А когда выяснилось, что я и по-английски говорю, то даже представитель верхнего штаба из категоричного противника моего участия превратился в ярого сторонника.

— Кто этот серый костюм в итоге?

— Ночь, многомиллионный город вокруг залива в огнях. Дорогие машины, кучи людей, море — его там почти отовсюду видно. По неоговоренным каналам связи после получения курьером посылки пришёл сигнал: план меняется. Почтальону вместо пункта Б тащить штукенцию в пункт С.

— Затем?

— Серый костюм, если формально, отвечал за последнее звено транспортной цепочки. Он устно присоединился к неоговоренной команде и начал активно настаивать на её исполнении. При этом за последствия он бы не отвечал — слово против слова, у курьера доказать дома ничего б не вышло. — В этом месте задумываюсь. — Разве что сложные сочетания инструментов, типа интервью под прибор после одного очень интересного укола. Но это до меня вот прямо сейчас дошло, тогда подобные решения почему-то в голову не приходили. А предварительная инструкция, которой стоило доверять больше, прямо определяла пункт Б как единственно возможный.

— Как его зовут? — Моэко неверно истолковывает мою мимику и торопится добавить. — Я уже поняла, что посылка адресовалась техническим специалистам. Скорее всего, нашим лидерам какой-то отрасли. Имя у серого костюма есть?

— Зачем?

— Если знать имя, можно попытаться навести справки. Ситуация явно глубже, чем кажется — по их лицам видно.

— Проблема в том, что его настоящего имени я не знаю.

— Да ну⁈

— Могу намекнуть по аналогии. Если даже у мелкой сошки-контрактника документы прикрытия были совсем на другую фамилию и страну, то почему ты думаешь, что кадровый сотрудник более высокого ранга выступал под собственным именем?

— Поня-ятно. — Моэко напряжённо размышляет, потом преображается. — Как ты относишься к авантюрам?

— Смотря в чьём исполнении и в каком контексте.

— Интуиция: после того, как мы сбрили недействительное Постановление Комиссии, появилось желание сделать обратный шаг. — В глазах собеседницы зажигает энтузиазм. — Не могу объяснить с точки зрения формальной логики, но чувствую, что так правильно.

— Что значит обратный шаг?

— Как в ринге, отца схема. Не давать противнику ни сблизиться, ни разорвать дистанцию — двигаться на одном расстоянии, как приклеенный.

— Занятная аналогия. Что это значит применительно к нашей ситуации?

— Идём к ним и говорим: поехали в вашу Комиссию, — на лице Моэко проступает уверенность. — С неуполномоченным, как оказалось, Отокаэ, общаться отказываемся, но с начальником сектора — давайте хоть сейчас. Вот ходатайство прокурору, раз он приехал за законностью наблюдать.

— Думаешь застать их врасплох? — задумываюсь следом.

— Очень часто срабатывает. Если на тебя зарядили такую артиллерию, есть смысл не вести себя стандартно, — борёкудан скашивает глаза, указывая себе за спину. — По крайней мере, пока обстановка не прояснится.

* * *

Если бы кто-то спросил, зачем поступать именно так, логически обосновать Моэко скорее всего бы затруднилась. Решетникову она это честно сказала