Только оказавшись на приличном расстоянии от жилища Хромого, позволили себе немного сбавить темп.

Карась на ходу поправил засаленную кепку, выудил из глубокого кармана пиджака смятую папиросу и прикурил на ветру, привычно прикрывая огонек широкой ладонью. Лицо капитана светилось откровенным удовлетворением.

Несмотря на безвременную кончину Яши и отсутствие той информации, которую он мог дать, ситуация складывалась весьма неплохая. Вражеская сеть разбилась на изолированные, слепые звенья. Охридько сидит в допросной Управления, группа диверсантов ликвидирована, Аптекарь спокойно шлепает поддельные пропуска в комендатуре, искренне полагая, что всё идет по плану. Наша задача — аккуратно, без лишнего шума перехватить этого самого Аптекаря и явиться на берег моря вместо фрицевских недобитков

— Значит, так — подытожил Карасев на ходу, метким щелчком отправив окурок в кусты акации. — Время до завтрашнего вечера имеется. Порт пока оставим в покое. Лезть в коллектор под четвертым причалом будем только после того, как возьмем гостя. Сейчас главное — штабной крот. По-хорошему, Аптекарь нужен нам уже сегодня. Но без лишнего шума. Черт его знает, сколько у этой сволочи помощников под рукой. Никто не должен догадаться о провале диверсионной операции. Если штабная гнида продолжит спокойно гулять по Одессе, он может заподозрить что-то. В Яшиной квартире мы следы подчистили, но, знаешь, как говорится — береженого бог бережет…

Я топал рядом с Мишкой, слушал его размышления, кивал в такт, а сам продолжил анализировать полученные крохи информации.

Свинец, медь, мощные дизель-генераторы и немецкое оборудование, припрятанное под причалом, не давали мне покоя. Набор материалов, абсолютно бессмысленный для классической диверсионной группы. В голову снова упорно полез этот чертов «Колокол». Крестовский мертв, но его сумасшедшее дело, судя по всему, процветает. Хоть убейся, мне кажется одесская свистопляска началась именно из-за приблуды шизика. По крайней мере очень на то похоже.

Я глубоко вздохнул, прокручивая в голове возможные сценарии. Если фашисты действительно задумали собрать в катакомбах Одессы машину, которая способна пробивать время и пространство, им нужен специалист, чтобы все это соединить и запустить. Его они как раз отправили по морю сюда. И тогда мы получим… Что? Еще одного гостя из будущего? Или с помощью «Колокола» фрицы попытаются перебросить в город целую дивизию СС?

Я невольно сбился с шага. В принципе, версия рабочая. Она объясняет, почему именно Одесса выбрана как место действия. Допустим, по какой-то причине фрицам надо, чтобы «Колокол» находился именно на нашей территории. Таким образом они планируют изменить ход войны. Город освободили недавно, значит подготовку начали до прихода Красной Армии. Возможно, надеялись успеть. И вот чем хороша Одесса.

Во-первых — логистика. Тяжеловесные роторы, свинцовые экраны и всю эту научную лабуду по суше тащить через линию фронта нереально. Зато морем, в трюмах сухогрузов, пока город находился под румынской и немецкой оккупацией — проще простого. Четвертый причал служил перевалочной базой.

Во-вторых — маскировка. Одесские катакомбы тянутся на тысячи километров. Настоящий подземный лабиринт. Известняк отлично поглощает излучение, скрывает перепады энергии. Там можно спрятать целый завод по производству разнообразных приблуд, и ни одна собака наверху ничего не заподозрит.

Но самое главное — цель. Апрель сорок четвертого. Красная Армия только что вышвырнула фашистов из города. Здесь сконцентрированы колоссальные резервы, штабы фронта, командование Черноморского флота. Немцы терпят катастрофическое поражение по всем направлениям. Им жизненно необходим перелом. Если установка сработает как транспортный шлюз или как оружие… Пробой огромной мощности или банальный взрыв экзотической энергии «Колокола» превратит весь южный фланг в молекулы. Образуется черная дыра, которая даст Рейху отсрочку на месяцы, если не на годы. Ну или фрицы реально перекинут за спину нашим войскам какую-то подставу. Насчет дивизии, конечно, не уверен, но вариантов на самом деле предостаточно.

Черт…Как же хреново, что я вообще не разбираюсь в принципе работы этой приблуды. Знаю только, что шизик ее модифицировал, довел до совершенства. А Крестовский был на всю голову звезданутым, он мог придумать что угодно.

Мишка внезапно остановился как вкопанный, звонко хлопнул себя ладонью по лбу.

— Етить-колотить! Светлов! Лейтенант в комендатуре добрых два часа крутится. Надо двигать к нему прямо сейчас.

Я тоже замер, посмотрел вопросительно на капитана.

— Думаешь, отличник боевой и политической подготовки уже кого-то вычислил? — поинтересовался у напарника.

— Вычислил или нет, дело даже не в этом, — решительно заявил Карасев. Он сорвался с места и направился в сторону улицы Ришельевской, чтобы через нее попасть к комендатуре. — Из Яшиного рассказа я понял, что Аптекарь создает впечатление трусоватого человека, тихого, неприметного, но на самом деле — та еще сволочь. Хитрый и опасный зверюга, который считался лучшим агентом румын. Если Светлов напортачит, если засветится в комендатуре как оперативник, Аптекарь может просто его убрать. Прямо не отходя от кассы. Когда оправлял лейтенанта, думал, что тот будет искать штабную крысу. А по факту ему предстоит вычислить матерого диверсанта, которого побаивался Хромой. Это, знаешь, совсем не шуточки. Не то, чтобы я сильно переживаю за Светлова, но нам его внезапная гибель точно ни к чему.

— Согласен,— констатировал я, — Светлов каждый шаг сверяет с методичкой. Было бы у него красное знамя, он бы им размахивал на ходу. Очень велика вероятность, что он своей излишней правильностью испортит нам все дело.

Мы оба замолчали, представляя степень проблем, которые может устроить хороший парень Дима, и, не сговариваясь, на всех парах рванули к комендатуре.

Одесса, несмотря на пережитую оккупацию, гудела и суетилась. По разбитой брусчатке громыхали армейские «полуторки», обдавая прохожих сизыми выхлопами. На перекрестках девчонки-регулировщицы энергично размахивали флажками, направляя колонны техники в нужную сторону. Город отчаянно цеплялся за мирную реальность, хотя раны после оккупации зияли на каждом шагу.

К примеру, отсутствовал радостный перезвон трамваев. Румыны и немцы выскребли транспортный парк почти дочиста, вывезли десятки исправных вагонов за границу. Местами на дорогах чернели пустые траншеи — фашисты на момент отступления выдирали с мясом даже рельсы узкой колеи. Трамвайное сообщение восстанавливалось, но очень, очень медленно. К тому же, в городе имелись проблемы и посерьезнее.

Перед сдачей Одессы десятого апреля противник целенаправленно подорвал электростанции. Вывел из строя тяговые подстанции и перерубил кабельные сети, оставив улицы без света. Поэтому воду женщинам приходилось таскать в тяжелых ведрах от уцелевших колонок.

Кроме того, фрицы постарались заминировать едва ли не каждую улицу. Сейчас главными хозяевами на проспектах стали армейские саперы. Солдаты методично прощупывали обочины, извлекая мины, щедро заложенные гитлеровцами под остатками путей и в развалинах зданий. Рядом местные жители голыми руками разгребали завалы,