Глава 4: Караван

Глава 4: Караван.

Из Выстоя они выехали рано утром, причём настолько рано, что даже неприлично: когда солнце ещё только начинало подсвечивать горизонт бледно-розовой полосой, а звёзды даже не думали гасить свои тусклые огоньки на небе. Но, слава всем богам, на этот раз они ехали, а не шли пешком! Не плелись, как прежде, по выжженной пустоши, не проваливались по щиколотку в зыбучие пески, не собирали на себя клещей и песчаную взвесь, а именно ехали! Веда чуть с ума от счастья не сошла, когда увидела, что дед наконец-то сжалился над ней и решил, что к чёрту этот пешедрал.

Правда, радость оказалась недолгой и довольно обманчивой, потому что путь им предстоял в составе каравана торговцев. И как известно любому, кто хоть раз имел дело с ними, караванщики редко ездят сами по себе и ещё реже берут попутчиков без выгоды для собственного кармана. Разумеется, у торговцев имелась своя наёмная охрана, да и просто находились случайные пассажиры, которых можно было подвезти за определённую плату, если им было по пути или они соглашались работать в качестве подстраховки в случае нападения.

Веда оказалась среди них единственной девушкой на несколько десятков мужиков разной степени потрёпанности, и, как уже можно было без труда догадаться, на неё смотрели решительно все без исключения. Буквально все присутствующие смотрели на неё постоянно, прожигая взглядами, как будто она была последней шоколадкой в опустевшем мире, которую вот-вот расхватают по кусочкам, не оставив даже фантика. Это ощущение чужого внимания действовало на нервы, вызывая желание то ли спрятаться куда-нибудь, то ли нахамить самому навязчивому из зевак. В целом, женщин такое сильно пугает, поэтому её можно было понять.

Хорошо хоть Светозар был рядом и не собирался ни на шаг отходить от своей крестницы, чувствуя её дискомфорт и напряжение. Его суровое, обветренное лицо и исходящая от него аура внутреннего Будды с огнемётом, то есть с ППШ, за пазухой отпугивали большинство желающих пофлиртовать, хотя, если быть до конца справедливой, сами-то барыги вели себя вполне прилично и никто откровенно не приставал или не пытался трогать её. Но стоило им сесть в этот проклятый школьный автобус, который был набит до отказа всякой разношёрстной шушерой: рейдерами с гибкой моральной ориентацией, трейсерами, грузчиками и прочим людом, привыкшим решать вопросы силой, как Веда снова остро и неприятно ощутила на себе десятки любопытных взглядов, скользящих по её фигуре. Кто-то пялился откровенно и бесстыдно, не скрывая своего интереса, кто-то пытался завести тонкие беседы ни о чём, подсаживаясь поближе, а кто-то просто хихикал, перешёптываясь с соседом и поглядывая в её сторону, но пока никто лишнего себе не позволял, чувствуя рядом сурового старика.

В целом, ехали они весьма долго и утомительно, дорога тянулась бесконечной серой лентой, разбитой и ухабистой, заставляя пассажиров подпрыгивать на каждой кочке. Веда не заметила, как уснула, и проспала так хорошо и глубоко, что проснулась уже глубокой ночью, и то лишь потому, что её разбудил чей-то сиплый, надрывный ржач. В дороге все постоянно шумно переговаривались, перекрикивая гул мотора, то и дело вставали с насиженных мест и хаотично ходили по проходу салона, меняя собеседников и обсуждая последние новости из мира Улья. Ничего криминального, обычное дорожное дело, привычное для этих людей, но, честно говоря, не очень-то безвредное с точки зрения элементарной техники безопасности. Мало ли что случится, если автобус резко затормозит или налетит на препятствие, тогда ух сколько людей пересчитают кости и поломают носы, врезавшись в чужие спины и железные поручни.

Прямо из динамика раздался грубый голос:

— А ну, закрыли свои жевальники! Все по местам, живо! Свет в салоне отключаем на фиг! Въезжаем в Красную зону! Всем тихо!

Весельчаки, которые буквально минуту назад стояли в проходе и гоготали, обсуждая что-то своё, мгновенно бросились по своим местам, сбивая друг друга с ног и чертыхаясь, а в салоне моментально воцарилась непроглядная темнота, нарушаемая лишь редкими бликами от приборной панели в кабине водителя. Люди настороженно переглядывались, вглядываясь в силуэты друг друга, и едва слышно перешёптывались, обмениваясь тревожными предположениями.

Веда сразу же оживилась. Ещё бы! Интересно же, что это за Красная Зона такая.

Автобус, хоть и выглядел со стороны старой ржавой развалюхой с богатой историей поломок и аварий, на поверку оказался основательно укреплённым и подготовленным к самым разным неожиданностям: стёкла давно заменили на толстый бронепластик, способный выдержать попадание крупнокалиберной пули, на крыше были установлены металлические щиты, прикрывающие особо уязвимые места, колёса обшили тяжёлыми бронекожухами, а по всему периметру красовались решётки, колючая проволока и острые, хищные штыри, торчащие в разные стороны, как иглы дикобраза, готовые впиться в любого, кто посмеет приблизиться слишком близко. Но даже при всех этих внушительных мерах предосторожности, если бы на них вышел серьёзный, матёрый мутант или, не дай бог, элитник, то максимум, что спасло бы пассажиров от мучительной боли и агонии, это пуля в висок.

Светозар сидел на своём месте спокойно и невозмутимо, и даже пару раз зевнул, прикрывая рот ладонью. Надо было поскорее привыкнуть к его буддистскому дзену и философскому отношению к жизни, и Веда изо всех сил постаралась взять с него пример, хотя пальцы сами собой вцепились в мягкую обивку сиденья с такой силой, что ногти оставили на ней глубокие вмятины.

Караван, надо сказать, был довольно солидным — в целых десять машин, растянувшихся по дороге длинной, извивающейся змеёй. Первая и последняя машины представляли собой бронированные пикапы с пулемётами на крыше, похожие на зубастых сторожевых псов, готовых вцепиться в глотку любому, кто посмеет приблизиться к охраняемому каравану без разрешения. Следом за ними, на почтительном расстоянии, шли три мини-фуры, битком набитые каким-то особенно ценным барахлом, судя по тому, как бережно их водители объезжали ямы и ухабы. Что именно везли в этих фурах, Веда, разумеется, не знала, да и не очень-то стремилась узнать, потому что в Улье лишнее любопытство частенько наказывали очень быстро и очень жестоко. Далее по колонне двигался тяжёлый грузовик, тоже под завязку нагруженный разнообразными ящиками и тюками, а потом шли два укреплённых школьных автобуса, в одном из которых как раз и тряслись на ухабах Веда со Светозаром, периодически проклиная дорожное покрытие. Эти автобусы по маршруту развозили пассажиров по ближайшим стабам и временным стоянкам, разумеется, за весьма солидную плату, которую далеко не каждый мог себе позволить. Со Светозара содрали целый десяток горошин, что по местным меркам было приличной суммой,