Действительно ли придёт кто-то, чтобы карающим мечом навести порядок, когда мы облажаемся? И опять нет ответов. Ничего у нас нет, кроме кучки злодеев мелкого разлива. Настолько незначительных, что кроме распускания слухов и мелких козней они и не способны ни на что.

— Рассказывай, — бросил Глейну, подпирающему забор с задумчивым видом.

— Всё то же самое, — не меняя позы, ответил парень. — Купцы из Монтибрика по секрету рассказали.

Опять эти загадочные купцы. Судя по допросам, работать этим купцам вообще некогда. Только и делают, что сомнительные сплетни пересказывают.

— А с тобой что? — всё-таки отменил нехарактерное для ученика поведение.

— А купцы не только про вас рассказывали, — горько усмехнулся парень.

Про Аренхарда я тоже слышал, и грязи там было не меньше, чем про меня. Даже хуже, если честно. Слухи, направленные в мою сторону, полоскали в основном мою личную жизнь и наделяли меня весьма специфическими наклонностями, а вот фон Аренхардам досталось всей семье. Немудрено, что Глейну, искренне привязанному к родителям, слышать такое неприятно. Подросток же ещё. Тут и взрослому-то порой хочется закрыть уши.

— Я же предлагал тебе не наблюдать за допросами, — укоризненно покачал головой, но сам понимал, что никто бы не удержался на его месте. — Не обращать внимания не предлагаю, наоборот, запоминай. Запоминай, чтобы в момент, когда мы найдём кукловодов, у тебя не осталось сомнений в правильности наших действий.

Глейн отвёл глаза, но плечи расправил — хороший знак. Нечего гадость всякую близко к сердцу принимать.

— А про леди Стейси слышали?

— Слышал, — с силой сжал кулаки. — И это я тоже запомню.

— А она бы посмеялась, а может, и возгордилась, — неожиданно вмешалась Руни. — Что вы так на меня осуждающе смотрите? Это для вас оскорбление, а для неё похвала.

— Сомнительный повод для гордости, — невольно улыбнулся я.

— Но не трагедия уж точно, — фыркнула Руни. — Она предполагала, что особой любви не вызовет.

— Может, ты и права, — устало согласился я и привалился к забору, потеснив Глейна.

Вот уж кто, а Анастасия точно не стала бы устраивать истерик из-за загубленной репутации. Скорее уж предложила бы завидовать тише. Но лучше бы её только в распутстве обвинили, так у меня была бы возможность взять всю вину на себя. Тем более что доля правды в этих сплетнях есть. Да и моя вина тоже. Я ведь предупреждал, что высшее общество очень любит заглядывать в чужие спальни. Ай, к демонам… Исправить всё равно уже ничего не получится, а покрыть грех я и не отказываюсь.

А вот связь с нежитью — это плохо. Это может вызвать не только пересуды, но и привлечь лишнее внимание от совета магов. Им только дай повод в дела Ордена влезть. Любые проверки Стася, безусловно, пройдёт. Какая вообще может быть связь, когда она неодарённая, но вот нервы потреплют, и почти уверен, что в самый неподходящий момент.

— Как думаете, успеем в столицу? — вырвал меня из задумчивости голос ученика. — Мне же тоже надо прибыть ко двору. А у вас и без меня забот немало.

— А ты уверен, что готов? У меня этих проблем уже столько, что в любом случае останусь виноватым.

— Готов, — почти без паузы ответил парень.

— Это твой выбор, — заметил я. — Потом не реви.

И под гневное сопение, в котором не осталось и капли меланхолии, пошёл в сторону навьюченных коней.

Глава 17

— Господин Стайвер занят, — не очень уверенно заступила нам дорогу женщина.

Миниатюрная, очень даже миленькая, но с таким пузом, что хотелось незамедлительно усадить её за стол обратно. Такая физкультура на таком сроке — просто опасно.

— Нам назначено, — холодно ответила я, хотя у самой поясница заныла от вида ходившего ходуном живота.

Да, божечки. Ей лежать лежмя надо, а не грудью дверь в начальственный кабинет защищать. Не хватало ещё, чтобы женщина переволновалась и спровоцировала преждевременные роды. А хотя с таким объёмом, речь про преждевременность уже, наверное, не шла.

— Но у господина Стайвера посетитель, — пролепетала помощница поверенного и не на сантиметр не сдвинулась с места.

Вот и что с ней делать? Поднять и переставить? Судя по вопросительным взглядам парней, они предлагали именно это.

— Ничего страшного, — позволила кровожадной улыбке тронуть губы. — Этот посетитель тоже будет рад нас видеть.

Как минимум изумлён, но вдаваться в подробности я не стала. Как-то слишком много лорда Даррена последние дни в моей жизни.

Скользкий, ушлый лордик ещё утром постарался незаметно покинуть территорию особняка. И не будь на моей стороне леди Надин, которая это безобразие засекла, и тёмных магов, которым это избалованная пародия на мужчину не нравилась от слова совсем, то, может, и скрылся бы Даррен.

Нужно отметить, возможный хвост он сбрасывал умело. Несколько раз менял наёмные экипажи, плутал по узким переходам и даже один раз прошёл через лавку, воспользовавшись чёрным ходом. И естественно же, таким поведением привлёк наше внимание сильнее.

Следил за ним Ром, третий из моих магов, и он же передавал информацию о траектории движения Марку. Ну а мы катились себе медленно в карете по широким мостовым, и только меняли направление. Заодно и на город полюбовались при свете дня.

Красивый город. Ухоженный, чистый. Коняшки всё со специальными мешками под хвостами. Смешно, конечно, но эффективно. В противном случае, уличные кафешки, которые встречались на каждом углу, вряд ли пользовались бы такой популярностью. Конский навоз не тот аромат, что пробуждает аппетит.

И когда карета заехала на улицу, название которой я уже знала, то почему-то даже сомнений не возникло в том у дома, под каким номером мы остановимся. Подозревала ли я Стайвера в махинациях? Изначально — нет. Но и гарантий в его невиновности никто дать не мог. Порукой за его честность выступало мнение Кайрена, а он так себе психолог, если честно.

На третий этаж аккуратного, но далеко не самого дорогого доходного дома мы влетели, чуть не сбив напором престарелого швейцара. Бедняга даже из-за конторки выбраться не успел, а вот секретарша успела.

— Простите, но мне необходимо доложить о вашем приходе, — проблеяла помощница Стайвера, но позиций не оставила.

— Докладывайте, — сдалась я, пожалев эту храбрую женщину.

— А как представить? — растерялась она от такой быстрой капитуляции.

Как