не замедлили выскочить, отчего я даже рот не смогла закрыть. Думаю, что со стороны я была похожа на зайца, если бы зубы не были такими заостренными, словно шпаги.

Ну, в принципе, понятно, что так удобнее пить кровь, чем впиваться клыками. Я, если честно, всегда удивлялась, зачем киношным вампирам клыки, они же не раздирают свою добычу, чтобы сожрать, им нужно-то всего лишь проколоть в артерии дырочку, а дальше уже через нее высасывать кровь. Клыками это делать очень сложно, так как они расположены по бокам, а вот передними зубами вполне себе удобно.

Усилием воли вернула обратно свои клыки на место и сглотнула образовавшуюся от страха слюну. И дураку понятно, что череп когда-то принадлежал вампиру… Очень надеюсь, что не Игнесса являлась причиной его смерти.

Кошко-мышь же деловито подлетела к одному из шкафов, достала лапкой склянку с желтой жидкостью и, вернувшись к лабораторному столу, занялась изучением моей крови.

Причем делала она это так профессионально и сосредоточенно, что я поняла: это её личная лаборатория.

Подойдя ближе, я увидела, как Игнесса капает мою кровь на стеклышки, смешивает её с той самой жидкостью и просматривает через штуку, сильно похожую на микроскоп.

— Не стой над душой, иди пока умойся и поешь. Там на столе найдешь. Тут всё равно еще работы много, — пробурчала она, даже не оглядываясь, и продолжила изучение.

Вздохнув, я поняла, что всё равно ни черта в химии не понимаю и помочь вряд ли чем-то смогу, поэтому отправилась заниматься собой.

Чувствовала я себя уже чуть лучше, но голова всё равно слегка кружилась. Значит, тот самый яд не до конца вышел из моей крови.

Приняла быстро душ, прополоскала зубы, при этом не забыв с ними поиграться, чтобы понять принцип работы.

Как оказалось, зубы вылезали с большой скоростью, видимо, чтобы быстро ударить по вене и проткнуть её, а затем уходили обратно, так как дальше в них смысла не было.

В голове мелькнуло воспоминание о том, как я пила кровь у Антуана и какой у неё был невероятно великолепный вкус, такого я в своей жизни никогда не пробовала, и низ живота резко прострелило удовольствием.

Схватившись за живот, я в шоке уставилась на своё отражение. Как такое вообще возможно — заводиться от одного воспоминания о вкусе его крови? Это что вообще такое?

Кем я стала?

К сожалению, а может, и к счастью, зеркало отвечать на мой вопрос не спешило.

А мне в голову пришла еще одна странная мысль.

Пока пялилась в зеркало, решила спросить у Игнессы, когда она освободится: почему, если зеркала запрещены, отсюда их не убрали?

А затем, вернувшись в комнату, заметила письменный стол, стоящий в углу, заваленный бумагами, с отдельным креслом, а на его краю был открытый мешок, из которого пахло копченостями.

Подойдя ближе к столу и заглянув в мешок, заметила в нем бумажные свертки с различной едой. Тут были и сыр, и копченое мясо, и даже хлеб. Ну и бутыль с напитком.

Собрала бумаги и отложила их в сторону аккуратной стопочкой, чтобы не испачкать.

А затем начала выкладывать еду на стол.

Посуды не было, поэтому пришлось действовать руками.

И когда я начала отрывать кусок мяса, мои ногти вдруг трансформировались и, превратившись в когти, легко отсоединили нужный мне кусок.

— Хм, — радостно улыбнулась я. — Полезный апгрейд. Про тебя-то я и забыла!

Когти трансформировались и увеличивались просто по моему желанию, как и зубы, а еще они были сверхострыми, что я не рассчитала и несколько раз порезала саму себя.

Благо раны прямо на глазах зарастали.

Сделав себе и Игнессе бутерброды, я положила их в один из свертков, который превратила в импровизированный пакет, и отправилась в лабораторию.

Кошко-мышь так и продолжала пялиться в микроскоп, сидя на подставке из нескольких книг. Я сразу и не заметила её, но потом поняла, что иначе бы Игнессе пришлось смотреть в эту махину, зависнув в воздухе.

— Я тут тебе бутерброды сделала, — сообщила я маленькой ученой.

Кошко-мышь отвлеклась и посмотрела на меня с таким удивлением, как и на бутерброды в моих руках, будто у меня выросла дополнительная голова.

Она переводила свой взгляд с бутербродов на меня и обратно, а затем хриплым голосом ответила:

— Положи на стол, только аккуратно, не задень ничего.

И вновь уставилась в свой микроскоп. Как мне показалось, даже слишком быстро.

По её реакции я поняла, что за Игнессой явно никто давно не ухаживал, вот она так и удивилась. Мне же было не сложно, к тому же, как я понимаю, она тут как бы за меня, и с духом замка надо дружить, а не ругаться…

Положив импровизированный пакет с бутербродами на свободное чистое место, я заметила кучу разных разбросанных листов с записями.

Буквы я разобрать могла, что меня порадовало, вот только значение слов не особо.

Нет, ясно было, что это какой-то химический эксперимент, вот только названий ингредиентов я всё равно не понимала.

Хотела уже отойти от стола, как зацепилась за еще один лист, лежащий поверх всех остальных, хаотично разбросанных по столу.

Почерк на нем отличался от других. Он был более размашистым и небрежным.

— Здесь кто-то еще ставил эксперименты? — на автомате спросила я Игнессу.

— Конечно же, — буркнула кошко-мышь. — Тот, кто создал этот замок.

— Так это место принадлежит ему? Настоящему хозяину? — не удержалась я от еще одного вопроса.

— Угу, — ответила Игнесса и, поменяв стеклышко на другое, опять начала что-то высматривать в микроскопе.

Поняв, что больше кошко-мышь не собирается разговаривать на эту тему, я решила осторожно побродить по лаборатории и посмотреть, что тут есть интересного.

Особенно меня заинтересовал целый шкаф разных книг, стоящий у противоположной стены.

Только, подойдя к книгам и почитав корешки, я опять не нашла знакомых и понятных слов.

Вроде бы буквы складывались в слоги, но что эти слова означали — было совершенно не ясно.

— Экзистенциальные потоки хеликолюксов и их преобразование, — вслух прочитала я одно из названий, но опять же в голове не появилось никакого понимания, о чем вообще речь. И, не сдержавшись, спросила Игнессу: — Что это значит?

Я уж думала, что кошко-мышь мне не захочет отвечать, но Игнесса все же, с шумом выдохнув, пояснила:

— Это профессиональные книги артефакторов, объяснять слишком долго и бессмысленно, конечно, если ты не захочешь сама заниматься разработкой артефактов.

— Ой, не, не хочу, — тут же покачала я головой, заметив приподнятую бровь кошко-мыши. И тут же пояснила своё любопытство: — Я просто подумала, что