темно и тесно. Я чувствовала себя мышью, попавшей в мышеловку. Карета тронулась, и я поняла, что меня увозят в неизвестном направлении.

Глава 18

Фрея

Карета все дальше увозила меня от приюта, в котором я уже успела почувствовать себя, как дома, а ледяные глаза Дариана не предвещали ничего хорошего. Каждый толчок колес отдавался тревогой в груди. Но если честно, я уже так устала бояться, что сил брыкаться просто не осталось. Я закрыла глаза, пытаясь унять дрожь.

— Я не убивала твою даму сердца, — решила озвучить свою версию происходящего я. Слова сорвались с губ тихим шепотом. — Ну, вдруг тебе всё-таки интересно. Вдруг ты не совсем безголовый железный чурбан, который даже не подумал разобраться в ситуации.

— Тебе не кажется, что ты перегибаешь? — едва заметно вскинув правую бровь, спросил дракон. В его голосе сквозило раздражение.

— Мне кажется, что перегибаешь ты! — скрестив руки на груди и нагло взглянув ему в глаза, ответила я. Резкость в моем голосе должна была скрыть страх. Перед смертью не надышишься, поэтому я решила сказать ему все, что я о нем думаю, раз он все равно везет меня на убой.

— Вот именно, тебе кажется! — прорычал Дариан, а в его глазах вспыхнул опасный огонь. Я отшатнулась, почувствовав, как в животе все сжалось в тугой узел. — На твоём месте, я бы…

Договорить я ему не дала, перебив:

— О, это я с радостью поменяюсь, — фыркнула я, всплеснув руками. — Давай, представь себя на моем месте. Какого бы тебе было, если бы ты годами ждал дома любимую, локти кусал и думал, как бы так сделать, чтобы ей угодить, а она бы в итоге взяла и притащила в дом другого мужика, сказала бы, что будет жить с ним, а тебя бы отправила к черту на кулички, с глаз долой, чтоб не мешался. Ну как, нравится картинка? Уже успел прочувствовать ее сполна? Хотя о чем это я? Человеческие чувства чурбанам недоступны!

Каждое слово, словно плевок в его лицо. Воздух в карете наэлектризовался. Я понимала, что перехожу черту, но остановиться уже не могла. Да и не хотела, если честно. Кротостью и молчаливостью я никогда не отличалась. За это, собственно говоря, всю жизнь и получала. Будем считать, что жизнь меня ничему не учит.

— Я тебе ничего не обещал и не давал даже малейшего повода думать, что между нами есть что-то большее, чем мой долг перед твоим отцом, — поднявшись со своего сиденья напротив и грозно нависнув надо мной, прошипел дракон. Его лицо исказилось от гнева, но в глазах мелькнуло еще что-то. Я почувствовала его дыхание на своем лице, горячее и обжигающее.

— Так оно, — тут же согласилась я, стараясь не показать, что такое его близкое расположение меня одновременно пугает и будоражит (ох, уж эти юношеские гормоны). — Но это совершенно не означает, что нужно вести себя как му… — осеклась я, чуть не выругавшись, — как мужчина с низкой социальной ответственностью. Всегда можно сесть и поговорить словами через рот. Или ты этим ртом только рычать умеешь?

«Я, конечно, баба жутко рисковая, — подумала я про себя, нагло глядя в вертикальные драконьи зрачки и понимая, что если меня сейчас не убьют, то покусают точно. — И под кожу лезть люблю, и бегать не умею. Да и из движущейся на полной скорости кареты особо не убежишь».

— Видят боги, я до последнего держался, — процедил Дариан сквозь зубы. Его глаза горели неистовым огнем. В следующую секунду он схватил меня в охапку, и впился в мои губы яростным поцелуем, от которого Фрея внутри меня наверняка умерла бы от счастья.

Это был не нежный, робкий поцелуй, а грубый, властный захват. Он словно вырывал у меня душу. Я попыталась оттолкнуть его, но он держал меня крепко, словно в стальных тисках. Его губы терзали мои, выпивая из меня все до последней капли. В голове помутилось, а тело охватила странная дрожь. Ярость, страх и приятная тяга внизу живота смешались в какой-то безумный коктейль, в котором я тонула, захлебывалась и спасательного круга мне почему-то никто не предлагал.

Неожиданно Дариан резко отстранился. Его грудь тяжело вздымалась от глубокого дыхания, но руки продолжали крепко прижимать меня к стальным мышцам его пресса, а глаза горели огнем, от которого у меня по всему телу разбегались мурашки. Но эти мурашки были не от страха, нет. Это было чувство, в котором я пока, что была не готова себе признаться. Слишком сильно оно не вязалось с происходящим и я не понимала, могу я свалить это на гормоны молодого тела или нет.

— Вот теперь ты знаешь, что я умею делать ртом, — ехидно улыбнувшись и облизнув губы кончиком языка, хриплым голосом проговорил дракон. — И это только начало.

Я, конечно же, хотела уже было вставить свои пять копеек, чтобы снова вытащить из этого ледяного чурбана хоть какие-то эмоции. Но в этот момент крышка сиденья, с которого только что соскочил Дариан, с грохотом поднялась, и оттуда вылетел Элариан с криками:

— Не трогай мою маму, злобный ящер!

Глава 19

Фрея

— Элариан? — удивленно вскрикнула я, отшатнувшись к спинке кареты. Мои глаза расширились от изумления. — Как ты здесь оказался?

— Я бы тоже хотел это узнать, — прорычал Дариан, швыряя Элариана на пол кареты так небрежно, что у меня сердце екнуло. — Какого черта ты тут забыл?

Элариан, оказавшись на полу, тут же вскочил и принял боевую стойку, выставив вперед кулаки. Маленький, но дерзкий дракончик! Его глаза метали молнии.

— Я следил за тобой, — выпалил мальчишка, сверля Дариана взглядом. — Чувствовал, что ты задумал что-то неладное!

Дариан фыркнул, садясь на свою скамью и откидываясь к стенке, словно разговор с мальчишкой его утомил.

— Чувствительный какой, — пробормотал он.

Поведя плечом, он едва заметно поморщился, поднял руку, провел ладонью по плечу сзади. Увидев на руке кровь, его и без того свирепый взгляд стал еще злее.

— И когтистый, — прошипел Дариан, бросая испепеляющий взгляд на Элика.

— Ничего, — отмахнулся Элариан. — Зарастешь.

— Не надо было тебя ловить, — закатывая глаза, проговорил дракон. — Может, сбрякал бы головой об пару веток, так не хамил бы взрослым.