по команде загоготали. Н-да, лица не обезображенные интеллектом, по-другому и не скажешь.

Слушать их гогот мне надоело, так что я просто прыгнул вперед, благо между мной и главарем расстояние было в три шага. Легкий тычок в кадык, и он падает на землю, держась за горло. Снег под ним покраснел, говоря об успехе моего первого удара. Четверка быков явно не ожидала такого, не привыкли они, чтобы жертва брыкалась. Воспользовавшись их ступором, я быстро нанес еще четыре удара, целясь в слабые точки. Благо таких на человеческом теле было достаточно.

— Господин! — за спиной прозвучал встревоженный голос Феди. Развернувшись, я увидел водителя, сжимающего в руках внушительных размеров кочергу.

— Ты вовремя, мне как раз нужна помощь, — я усмехнулся. — А то в одиночку я бы долго их тащил.

Ответом мне был ошарашенный взгляд и короткая, но очень емкая фраза. Эх, Федя, придется тебе привыкнуть, другого выбора у тебя нет…

— … и-и-и-и… взяли!

Федя крякнул, подхватывая первого бандита под мышки, я же взял бугая за ноги. Новое тело категорически отказывалось таскать тяжести, так что пришлось мне подключить к процессу остатки выуженной из источника энергии. Пока что буду компенсировать мышечную массу вот так. Ну а что мне ещё остаётся?

— Алексей Николаевич, вы как?

— Нормально.

— Может, всё-таки на тачке перевезём?

— Я говорю, нормально. Тащим-тащим…

А перетаскивали мы господ бандитов, понятное дело, не в дом. Истина, которую не нужно объяснять — не пытай людей там, где живёшь. Так что в качестве допросной я решил использовать одну из хозяйственных построек. Хорошо хоть Степанида спит крепким сном, незачем пугать служанку.

— Сюда, ваше благородие, — по расчищенной от снега дорожке мы дотащили бугая до сарая, закинули внутрь и пошли за вторым. Потом за третьим. Потом за четвёртым. И каждый раз, возвращаясь, я невольно задерживался взглядом на машине бандитов.

Чёрная, огромная, угловатая и из-за этого как будто бы хищная. Глядя на ту машину, в которой меня сегодня возил Фёдор, так и хочется предположить, что она кобыла, породистая, но кобыла. А вот это — жеребец. Огромный монстр, от которого веет мощью.

— Федь, — я всё-таки не удержался от вопроса. — А их машина лучше нашей?

И по Фединому лицу было понятно, что вопрос вогнал его в неловкую ситуацию. Он сейчас чем-то напоминал ребенка, у которого спросили, кого он больше любит — маму или папу.

— Я так даже и не знаю, что вам ответить, ваше благородие, — сказал он, перехватывая бандита поудобней. — В плане проходимости… наверное, да. Там же полный привод, рама попрочней, движок побольше.

Слова водителя вроде бы были понятны, и одновременно с этим их смысл ускользал от меня.

— То есть лучше?

— Она просто другая, Алексей Николаевич.

— А в плане стоимости?

— Так сразу и не скажу, Алексей Николаевич. Надо в сети смотреть…

Что ж. Как бы там ни было, я уже определился.

— Завтра вечером поучишь меня ей управлять.

Федя аж споткнулся.

— Ваше благородие, так я же ваш водитель, и зачем вам самому…

— Хочу, — отрезал я. — Нравится, — и ещё разок обернулся на чёрного зверя. Чувствовалась в ней какая-то природная мощь.

И вот так, без особой спешки, мы снесли все четыре тушки в сарай. Который, в свою очередь, оказался настоящим кладезём всякого интересного. Вдоль стен — верстаки, заваленные инструментами. Рубанки, пилы, стамески. Но самое примечательное находилось прямо по центру — лодка. Недоделанная, но уже обретшая форму. Шагов десять в длину, с округлыми плавными обводами.

— А это что такое? — спросил я у Феди и погладил деревянный корпус.

— Так это батюшка ваш увлекался, — улыбнулся он. — Хобби себе такое завёл. Нашёл старинные чертежи и хотел собственными руками сам всё построить. А потом по речным маршрутам аж до Астрахани сплавиться. Типа как, — Фёдор защёлкал пальцами. — Типа как реконструкция, только не военная, а судоходная, во.

Интересно. Какое простое и человеческое желание было у отца Алексея.

— Красиво, — сказал я вполне искренне.

— А то!

Чтобы оно было символично, самого главного гада мы с Федей примотали прямо к носу лодки. Чтобы, очнувшись, он сперва увидел крышу сарая, а не наши довольные лица. Пускай помучается, вспоминая, где он, кто он и что вообще происходит. Остальных же, не мудрствуя лукаво, примотали к столбам-подпоркам.

А очнулся гад уже спустя пять минут, так что даже форсировать события не пришлось.

— Ты? — прохрипел он. — Пацан… это ты нас так? — его взгляд метался по сараю в поисках подмоги, но натыкался лишь на своих же связанных людей.

— Это я вас так, — кивнул я. — Как звать тебя, неуважаемый?

— Ты понимаешь, что у тебя будут проблемы? — бандит уставился на меня тяжелым взглядом, — лучше отпусти, парень, пока еще есть возможность решить все мирно.

Подойдя к нему, я прицелился и врезал ему по печени. Даже несмотря на мое физическое состояние, удар пронял его.

— Я задал вопрос. Как тебя зовут?

— Вася Лом, — в глазах громилы зажглись недобрые огоньки, — запомни это имя, щенок, запомни! — он дёрнулся, но верёвка оказалась крепче.

Где-то с минуту я молча смотрел на то, как он пытается вырваться, но это быстро надоело, и я решил продолжить разговор.

— Отлично! Значит, слушай, Вася Лом. Вы вчетвером вломились на мою частную территорию, причём явно что с недобрыми намерениями. Как потомственный дворянин, теперь я имею право делать с вами всё, что захочу, и закон будет на моей стороне.

Лом дёрнулся ещё раз, для проформы, но промолчал.

— Хорошая для вас новость заключается в том, что я не садист. Пытать я вас не хочу. Это против моих внутренних установок. А нужно мне теперь от тебя немного. Просто ответь на вопросы, и тогда, может быть, дело решится мирно, хе, — я уставился на него в ожидании, но бандит по-прежнему молчал.

Причем, присмотревшись, я вдруг понял, что порез, что он получил, почти затянулся. Хм, неужели в нём есть магия? Тут же переключившись на магический взор, я увидел небольшой, можно даже сказать, крохотный источник внутри его тела. Вот это удача!

— Вася, ты будешь говорить так или иначе, — вытянув руку вперёд, я зажег небольшой огонёк, — и только от тебя зависит, сколько урона ты получишь. Давай так, на кого ты работаешь?

— Это на меня работают, парень, — сквозь зубы процедил он, — я главный. Думаешь, повязал нас и всё? Думаешь, это мои единственные бойцы? — чем больше бандит приходил в себя, тем больше он наглел.

— Думаю, что на территории моего дома я могу перерезать глотки вам четверым, и остальные быстро найдут себе нового главаря, —