Мы могли бы обсудить детали позже, в более интимной обстановке, наедине, — подал голос Серелс, пожирая блондинку взглядом.

— Незачем ждать. Я дам вам ответ сейчас, сир. — Гвиневра хлопнула ладонью по золотистому боку, вливая в тело дракона концентрированный сгусток целительской магии, направленный на стимуляцию пищеварения.

Результат последовал незамедлительно. Огромный хвост рефлекторно дернулся вверх, и в ту же секунду из-под него вырвался оглушительный, мощный залп драконьих газов. Тяжелое, удушливое облако, насыщенное парами серы и переваренной пищей, ударило прямо в лицо Серелсу. Ударная волна оказалась такой силы, что холеного менталиста просто снесло с ног.

Серелс кубарем покатился по камням, захлебываясь в зловонии и беспомощно размахивая руками. Весь его аристократический лоск исчез в одно мгновение, сменившись паникой и рвотными позывами.

Гвиневра не спеша обошла хвост все еще спящего Дракона. Она остановилась над распростертым на земле Серелсом, который пытался продышаться, и сверху вниз посмотрела на него. В её стервозных голубых глазах не было сочувствия — лишь холодный расчет Целителя.

— Ой, вам плохо, сир? — протянула она с притворной заботой, в которой сквозило откровенное издевательство. — Бедняжка, вы совсем позеленели. Не беспокойтесь, сейчас я вам помогу.

На её пухлых губах заиграла опасная улыбка, а пальцы начали светиться бледно-зелёным светом, обещающим сиру Серелсу весьма специфическое излечение.

Глава 5

Я стою у окна в обнимку с Настей, лениво наблюдая за тем, как по внутреннему двору с диким ором проносится сир Серелс. Племянник Питона выглядит, мягко говоря, необычно, даже для искушенных дроу. У парня почему-то напрочь отсутствует рука в плечевом суставе, зато ниже пояса, в районе паха, болтается нечто инородное. Присмотревшись, я едва сдерживаю хохот: потерянная конечность пришита прямо к тазу и теперь судорожно дергает пальцами, задевая колено при каждом шаге.

— Что это за ужас? — Настя опешила, прикрыв рот ладонью от неожиданности.

— Химерология среднего уровня, — хмыкаю я, наблюдая за улепетывающим сиром. — Леди Гвиневра умеет веселиться, когда её доводят до ручки.

Судя по ювелирному способу сращивания тканей, наша Целительница обладает весьма специфическим чувством юмора. Очевидно, у Гвиневры возникли серьезные вопросы к манерам Серелса, и она решила преподать ему урок анатомии, который он запомнит надолго.

— Пойду-ка я проведаю Золотого, а то мало ли что она с ним сотворит, — Настя обеспокоенно хмурится. На прощание она крепко обнимает меня, прижимаясь всем телом. Оборотницы принципиально не носят лифчиков, и это чертовски приятное дополнение к любому утру.

Проводив взглядом её короткие шортики, я на секунду задерживаюсь, а затем закрываю глаза. За судьбу желточешуйчатой животины я не переживаю — ошейник из мидасия позволяет мне чувствовать состояние Дракона на расстоянии, и сейчас у него все лапы на нужных местах. К тому же, у Золотого нет дурной привычки обижать блондинок. Наоборот, он ту же Ольгу Валерьевну просто обожает. В конце концов он ведь тоже в какой-то степени блондин. Золотистый окрас обязывает.

Настало время заняться делами посерьезнее.

Я погружаюсь в Бастион. Моя ментальная крепость требует масштабной модернизации. После того как я освоил технику Расширения сознания, стало ясно: Бастион — это не просто защищенная обитель для моего Легиона и тихая гавань для тренировок. Теперь это полноценное поле битвы, вынесенное за пределы разума. Отныне, когда Расширение призывает мою внутреннюю цитадель в реальный мир, она должна быть готова к встрече с врагами любого уровня.

Я начинаю мысленно перекраивать пространство, возводя один уровень за другим. Прямо внутри цитадели я выстраиваю бесконечную, сводящую с ума сеть коридоров и ложных тупиков. Я создаю эти лабиринты с особой тщательностью, добавляя сотни ментальных ловушек: меняю направление гравитации на поворотах, создаю бесконечные зеркальные залы. Любой агрессор потеряет ориентацию в первые же секунды.

Завершив основной массив работ по перекройке пространства, я зову Воронова, который всё это время нетерпеливо топчется неподалеку, наблюдая за архитектурными метаморфозами.

— Шеф, к чему такие масштабные перестановки? — спрашивает легат, с недоумением оглядывая новые переходы и уходящие в землю казематы. — Готовишь новый полигон для тренировок личного состава?

— Нет, легат, это ловушка для по-настоящему серьезных гостей. Помнишь Пламеноподобного?

— Того огневика, которого ты затащил в Бастион для окончательного разбора? — легат хмыкает, вспоминая ту схватку.

— Ага, только на самом деле всё было ровно наоборот — это Бастион я притащил прямо к нему. Да, оказалось, я теперь и так могу, — поясняю я, заметив его искреннее удивление.

Я сосредотачиваюсь и прямым импульсом заливаю Воронову в разум весь обновленный массив данных: все бесконечные маршруты, потайные лазы, обманные схемы залов и точки изменения гравитации. Легат на секунду замирает, переваривая объем информации, его зрачки расширяются.

— Теперь ты видишь всю схему целиком, — продолжаю я, давая ему прийти в себя. — На случай визита нового «гостя» расставь когорты так, чтобы устроить ему максимально жаркий прием. Используйте лабиринты для внезапных атак и засади в тупиках самых зубастых ребят из Легиона.

— Понял, шеф, — Воронов уверенно кивает. — Мы превратим этот замок в персональный ад для каждого твоего врага.

Хлопнув Воронова по плечу на прощание, я рывком возвращаюсь в реальность. Снова ощущаю себя в глубоком кожаном кресле, и обнаруживаю на своих коленях Лакомку. Конечно, я чувствовал её присутствие, даже находясь в глубинах Бастиона, но сейчас решаю немного подыграть. Несколько секунд притворяюсь, что всё ещё нахожусь в глубоком трансе, а затем резко хлопаю альву по упругой пятой точке. Она испуганно подпрыгивает, но тут же весело смеется, обрадованная тем, что мне удалось застать её врасплох.

— Подкрадываешься? — усмехаюсь я, перехватывая её поудобнее, пока она обхватывает меня за шею.

— К тебе-то подкрадешься, мелиндо, — шутливо ворчит она, легонько пихая меня кулачком в плечо. — Ты же всё чувствуешь, даже когда спишь.

— Вообще-то, ты очень вовремя, — замечаю я, скользя взглядом по её нежному лицу.

— Да ты что? — глаза альвы мгновенно загораются предвкушением, а пальцы начинают игриво теребить пуговицы моего альвийского кафтана. Ткань на ощупь безупречна — в Золотом Полдне открылась ткацкая фабрика, и теперь я с удовольствием ношу одежду, изготовленную моими подданными.

— Именно. В вылазку в Фантомную зону я планирую прихватить Омелу. Ты ведь уже изготовила мазь из нее?

Лакомка чуть заметно тускнеет от того, что я снова перевел тему на рабочие моменты.

— Изготовила, — вздыхает она. — Но учти: запасы Омелы почти на нуле. Чтобы вырастить новую